Черные начала. Том 4 - Кирико Кири

ответят на вопрос. Жаль лишь, что здесь деньги обычные не входу. Пришлось вытащить духовный камень и положить в её старую сморщенную ладонь, после чего я получил… жаренного паука. Я не боюсь пауков, но этот выглядит просто отвратительно.

Бабулька указала рукой на лестницу, что шла вокруг ствола дерева.

— Тебе туда, в павильон Великой охоты. Там и будет аукцион, где охотники показывают самых удивительных и редких животных.

— А как павильон выглядит-то?

— Это такое большое здание с башней и колоколом на ней. Быть может там ты найдёшь что-нибудь, что сможет тебя заинтересовать.

— Спасибо…

Меня едва не передёрнуло, когда я взял паука на палочке в руки.

Едва мы поднялись по лестнице и завернули за ствол дерева, я тут же отдал это вот Люнь. И почти сразу пожалел, глядя на то, как она с аппетитных хрустом уминает за обе щёки жаренного паука. Чаф-чаф-чаф на всю округу.

— А зря, очень даже вкусно, — сказала Люнь с набитым ртом.

— Мерзость.

— Ты ведь даже и не пробовал, — хмыкнула она. — Вот, попробуй, вдруг понравится.

— Убери это, — отмахнулся я от паука. — И вообще, ешь быстрее, а то вдруг кто увидит, как я сам с собой разговариваю, и еда в воздухе исчезает.

— Да кому мы нужны.

— Да той же страже, — я огляделся, но не заметил ни птиц, ни зверей, что могли следовать у нас по пятам. — Давай, доедай реще, вечно голодная.

Мы тем временем поднялись по спиральной лестнице вокруг ствола дерева на небольшую площадку, от которой расходились в разные стороны канатные мосты. Здесь людей было поменьше, но ненамного. Мне пришлось отобрать у Люнь всё, что она не успела доесть и выбросить. Не дура, понимает, что к чему и тем не менее она с грустью проводила взглядом недоеденного паука.

Сверху вид на город был ещё более красочным. Теперь он напоминал самый настоящий муравейник. Домики были повсюду, а там где не было домков, дома находились прямо в стволах деревьев, и ведь те не умерли, вон, цветут и пахнут.

И чем ближе к центру мы приближались, тем богаче выглядели дома и толще были стволы деревьев. Здесь попадались и полноценные здания в китайском уже относительно привычном мне стиле, которые держались на стволах, буквально обволакивая их, некоторые и висели в воздухе над землёй, держась на хитрых конструкциях.

— Вон, вон о том здании она, наверное, говорила, — показала пальцем Люнь на большой дом.

Я бы даже сказал, что это что-то типа пагоды, совмещённой у основания с большим зданием. На вершине пагоды виднелся огромный колокол, который поблескивал отполированным металлом. Что ещё интереснее, само здание находилось между двумя большими вековыми деревьями, держась исключительно на балках, перекинутых между двумя стволами.

— Павильон Великой охоты, значит, — прищурился я. У входа уже толпились разные люди, которые спешили попасть внутрь. — Ладно, идём.

Добравшись до здания, я подошёл ко входу, где стояла охрана в виде хмурых больших охотников, чей уровень был всего лишь пятым.

— Вход — десять камней, — тут же сообщил мне один из них, перегородив проход копьём, которое заканчивалось чем-то вроде меча.

Я молча высыпал в подставленную корзину десять камней, после чего он слегка кивнул и отошёл в сторону, пропуская меня внутрь.

Внутри строение очень сильно напомнило театр. Ряды сидений идут вниз, к сцене, что слегка возвышается над первым рядом, по бокам балконы, и, судя по всему, сверху надо мной был ещё один этаж, который заканчивался балконом, но туда путь я не знал. Поэтому решил не понтоваться и сел посередине на одно из свободных сидений.

Огляделся, с интересом наблюдая за людьми. И с удивлением подметил, что не все здесь одеты оп местной моде. Некоторые имели наряды вполне себе уже мне знакомые, из северных земель.

Правда здесь их можно было пересчитать по пальцам, а учитывая, что носили их всё те же смугленькие люди, то и вовсе предположу, что это завозное. Видимо город ведёт торговлю с севером, и есть вероятность, что такая одежда — дорогое удовольствие и могут себе его позволить только самые-самые.

Прошло ещё минут десять, прежде чем все расселись по своим местам, после чего на сцену вышла девушка в довольно открытом даже по местным меркам платье. Едва она оказалась на сцене, как все стихли, ей даже голоса не пришлось поднимать.

Дождавшись, когда всё внимание будет сосредоточено на ней, она спокойно и громко произнесла:

— Сегодня на торг будут выставлена вся добыча клана Меткой стрелы, что была поймана за последние дни. Среди них вы найдёте как очень сильных животных, кои станут для вас отличными защитниками, так и весьма экзотических, которые обычно не водятся в наших лесах, и порадуют ваш взгляд.

Вот оно, вот, ради чего я здесь. Зу-Зу, пушистый ты говнюк, из-за тебя я готов опустошить свой кошелёк!

Я устроился по удобнее и стал ждать, когда вытащат нашего жирного на свет.

— Итак, первый лот, розовая кобра, — она взмахнула рукой и на сцены вытащили клетку со змеёй.

Что я сразу заметил, так это то, что на сцене были одни девушки. Оглашала девушка, вытащили клетку девушки. В качестве охраны по краям сцены стояли девушки… не многовато ли?

— Самка, возраст один год, уровень Взошедшей, — огласила девушка и подняла над головой розоватый кристалл, назначение которого я не знал. — Один из редчайших экземпляров, который, помимо этого, обладает редкой способностью очаровывать своих противников, заставляя их успокаиваться и иногда даже самим идти на встречу неминуемой гибели. Начальная цена — десять тысяч духовных камней

— Десять тысяч сто! — тут же раздалось из зала.

— Десять тысяч двести! — последовало следом.

— Десять тысяч триста!

Народ вскакивал со своих мест, выкрикивая цену, пока я спокойно сидел и ждал, наблюдая за тем, как люди выбирают себе любимцев. Было действительно интересно посмотреть, как заклинатели демонов находят себе своё основное оружие.

Интересно, за сколько Зу-Зу попытаются купить.

* * *

Её возраст невозможно было угадать — это могла быть как девушка, так и женщина в рассвете сил.

Её красота затмевала звёзды, немногие могли сравнить с ней, а мужчины были способны потерять разум, стоило взглянуть на неё хоть единожды.

Её походка была настолько плавной, что казалось, она парит над землёй.

Сила, которая исходила от неё, заставляла обычных смертных падать на колени и хвататься за сердце, а камень вибрировать, будто тот оказывался под огромным давлением.

Девушка шла в абсолютной темноте по каменным коридорам и вновь поднималась по ступеням всё выше и выше из подземелья, которое было когда-то тюрьмой, и при этом она будто сама светилась.