Поцелуй со вкусом манго - Джанет МакЛеод

— То есть я была у Тэма запасным вариантом, — подытожила Софи, горько засмеявшись.

— Ты была наилучшим вариантом, — сказал Боз, схватив ее за руку. — Теперь Тэм это понимает.

— А зачем же он тогда продолжает писать своей бывшей возлюбленной? — резонно возразила Софи.

Боз растерянно покачал головой.

— Наверное, теперь она для него просто старый друг, которому можно довериться, ничего больше.

— Я тоже на это надеюсь.

— Тогда не позволяй Нэнси стать между вами. Скажи Тэму, что знаешь о письмах и хочешь, чтобы он прекратил переписку.

— Спасибо тебе, Боз.

Сжав его руку, Софи отпустила его.

— Надеюсь, ты найдешь себе когда-нибудь достойную пару.

Боз с сожалением посмотрел на нее сверху вниз, и Софи вспомнила, что высокий друг Тэма тоже был в нее влюблен. Они попрощались.

Над крышами разнесся призыв к молитве. Софи была в смятении. Она осознавала неопределенность своей жизни в Индии. У них с Тэмом было слишком много секретов друг от друга. Софи вдруг подумала: а какие взаимоотношения были у ее родителей? Из глубин памяти пришел ответ: в их жизни преобладали крик и слезы, а не поцелуи и ласковые слова.

Будет ли их ребенок счастлив с такими родителями, как они с Тэмом? Софи с болью в сердце подумала о том, что ее собственные родители умерли от лихорадки, что ее отец, как и Тэм, тоже часто болел и пребывал в плохом настроении. Ее тяготили дурные предчувствия.

Вернувшись в гостиницу, она уже не испытывала желания пойти в англиканский собор, где выходила замуж за Тэма, питая радужные надежды, связанные с их совместным будущим. «Какими же дураками мы были!» — подумала Софи с досадой. Тэм, возможно, писал Нэнси накануне их свадьбы, а его будущая жена уже была влюблена в Рафи.

Софи наполнила ванну водой. Какая роскошь после месяцев, проведенных в джунглях! Пусть горячая вода смоет ее тягостные мысли. Тошнота мешала даже думать о еде. Софи забралась под одеяла и уснула.

Глава тридцать девятая

Вздрогнув, Софи проснулась. Кто-то ввалился к ней в комнату, распахнув дверь настежь. Ее ослепил вспыхнувший электрический свет.

— Который час? — спросила она спросонья.

— Не получил! — заорал Тэм. — Я не получил повышения, черт бы его побрал!

— Тэм!

Софи села на кровати. Ей снилось, что она ест снег.

Хромая, Тэм ходил по комнате, сдирая с себя бабочку.

— Его новый заместитель — мерзавец Джимми Скотт!

— Нет! — воскликнула Софи. — Не могу в это поверить. Он же тебе обещал…

— «Слово джентльмена», — сказал он, — прошипел Тэм. — Еще и руку пожал тогда на собрании ложи.

Софи с усилием поднялась с кровати.

— Ах, Тэм, как же так?..

Она протянула к нему руки. Но он бросился к ней с перекошенным от злости лицом. От него несло перегаром.

— Брекнэлл унизил меня при всех. И все из-за тебя!

— Из-за меня?

Страх сковал сердце Софи. Неужели мерзавец Брекнэлл сказал что-то о той ночи в Чанга-Манга? Но этим он навредил бы и себе.

— Из-за тебя с Ханом, — продолжил Тэм. — Брекнэлл сказал, чтобы я не высовывался пару лет, пока все не уляжется. Что нужно было поставить тебя на место и не позволять тебе путаться с местными.

— Он отвратителен, — сказала Софи. — Рафи был нашим другом. Ты знаешь его уже многие годы.

— Теперь я не уверен, что знал его, — возразил Тэм. — Он всегда увивался за тобой, не так ли? Вечно вертелся рядом, как пес возле сучки.

— Прекрати, Тэм. Ты говоришь как Брекнэлл.

— Что ты сделала, чтобы настроить против себя моего начальника? Тебе следовало проявлять больше уважения к нему. Все, о чем я тебя просил, это помочь мне продвинуться по службе. Немного преданности и поддержки.

Софи вытерла со щеки брызги его слюны. Тэм схватил ее за руку.

— Знаешь, какое я получил наказание? Вместо того чтобы вести дела здесь, я сослан в Пешавар.

— На северо-западную окраину?! — в ужасе ахнула Софи.

— Бандитский край. Прекрасное место для воспитания ребенка, не правда ли? Мать с сестрой откажутся туда приехать.

Софи попыталась успокоить его.

— Не будем падать духом. У нас ведь будет ребенок, верно?

— И какого цвета он будет? — ядовито спросил Тэм. — Полукровка?

— Что ты говоришь? — ахнула Софи.

Он крепко сжал ее руку.

— Тогда посмотри мне в глаза и скажи, что ты не любишь Рафи Хана.

Софи опешила.

— Рафи женат на другой женщине, а я вышла за тебя.

— Это не ответ!

Ее терпение лопнуло.

— А как насчет Нэнси Баннерман? Ты все еще влюблен в нее?

Тэм изумленно уставился на нее.

— Ты переписываешься с ней все время нашей совместной жизни, Тэм. Я нашла ее письма в твоей конторе.

— Ты рылась в моих письмах? — прошипел Тэм. — Какое ты имела право это делать?

— Я твоя жена! — взорвалась Софи. — И имею на это полное право. Я знаю, что ты был влюблен в Нэнси и хотел на ней жениться, но она дала тебе от ворот поворот. Так почему же ты продолжаешь ей писать?

— Потому что я до сих пор ее люблю!

У Софи внутри все оборвалось.

— А зачем же ты тогда женился на мне? Зачем заставил поверить, будто любишь меня?

— Я никогда не говорил, что люблю тебя. Это ты на меня вешалась! Я думал, у меня получится, я хотел полюбить тебя. Бог свидетель, как я старался. Но ты не Нэнси, тебе далеко до нее.

Он оттолкнул Софи. Потеряв равновесие, она ударилась об угол стола и упала на пол.

Тэм выбежал из комнаты, хлопнув дверью. Софи закрыла лицо трясущимися руками. Потрясение было столь велико, что она не могла ни пошевелиться, ни заплакать.

Она, должно быть, пролежала на холодном полу минут пятнадцать, прежде чем нашла в себе силы подняться. Тэм так и не вернулся. Охваченная бессильной злобой на свое положение, Софи встала, оделась и вышла в ночную тьму.

Подозвав извозчика, Софи отправилась в старый город.

Улицы вокруг нее, хранившие тепло дневного солнца, становились все ýже. Некоторые лавки были еще открыты. Из темноты выныривали закутанные люди, чтобы поглазеть на проезжающую мимо мемсагиб. Софи понимала, что ведет себя безрассудно, пытаясь найти старый дом Рафи, но не имела сил сопротивляться велению, идущему из глубины сердца. Он вступился за нее, тогда как собственный муж этого не сделал. Как же она восхищалась Рафи! Они даже не попрощались друг с другом, и ей хотелось выразить свое сожаление и попросить у него прощения, за то что она стала причиной его увольнения. Софи хотелось рассказать ему об этой ужасной ссоре с Тэмом, и, даже если это будет их последняя встреча, она хотела, чтобы Рафи знал, как сильно она его любит. Если им не суждено повстречать другую любовь, они, по крайней мере, будут честны друг с другом и смогут радоваться тому, что в их жизни был короткий миг счастья на склоне горы в Гималаях.