Живым или Мертвым - Том Клэнси

Последовал обычный инструктаж по безопасности полета. Пристяжные ремни точно такие же, как в вашем автомобиле (балбесы), если вы не в состоянии застегнуть их сами, мамочка, так и быть, подойдет и защелкнет пряжку. Нет, выпивки не будет! Туалеты в носу и корме, двери отмечены картинками (специально для тех, у кого не хватает мозгов, чтобы прочесть надпись). Кампания по упрощению всего на свете началась и в Канаде. «Вот жалость-то», — подумал Джон. Вряд ли рейсами «Юнайтед» летают только граждане США.

Полет прошел нормально, без каких-либо событий. Всего через час самолет коснулся бетона в аэропорту О’Хара, названного в честь морского летчика, героя Второй мировой войны, награжденного Медалью за храбрость и вскоре после этого сбитого, как предполагали, своими же союзниками, чей огонь убивает так же верно, как и вражеский. Кларк задумался было, каким образом пилот находит нужный посадочный рукав, но тут же сообразил, что он, несомненно, летел по этому маршруту не впервые, а вероятнее, уже добрую сотню раз. А теперь начинается самое трудное — понял Джон. Куда Хади отправится дальше, и удастся ли ему найти место в самолете на тот же рейс? Какая жалость, что он не может напрямую спросить урода об этом. Ему придется пройти иммиграционный контроль, потому что Америка относится к тем, кто прилетает в страну, как нельзя более серьезно. Настолько серьезно, что плохим парням, по всей вероятности, нужно было подумать добрую минуту, прежде чем решиться все же полезть сюда. Возможно, это останавливало совсем уж глупцов. Но, с другой стороны, глупцы не представляли особой опасности.

Впрочем, все это совершенно не входило в его компетенцию, а те, кто принимает соответствующие решения, редко советуются с рабочими пчелами, обитающими там, где ставкой служит собственная задница. Кларк впервые осознал это во Вьетнаме. Тогда он еще носил фамилию Келли. Неужели эти порядки никогда не меняются? Мысль была страшненькой, но страшные вещи существовали как само собой разумеющееся, а он подрядился заниматься ими тридцать с лишним лет назад. Вся процедура оказалась более чем поверхностной. Удивительно — на его паспорт даже не поставили печати. Снова порядок изменился? Или контролер просто боится испачкать руки в штемпельных чернилах?

— Ну, что происходит? — спросил Грейнджер, позвонивший по защищенной связи.

— Кларк вылетел одним рейсом с нашим другом, — сообщил Джек. — Мы сделали пару его портретов. Если повезет, Джон проводит его до места назначения.

«Маловероятно», — подумал руководитель оперативного отдела, сидевший у себя в кабинете. Мало народу, мало ресурсов. Что ж, частная корпорация не в состоянии справиться со всем на свете, вот и приходится делать подачи чуть слабее, чем мы могли бы.

— Ладно, держите меня в курсе. Когда вы рассчитываете вернуться?

— Купили билеты на рейс до аэропорта Рейгана, вылет через тридцать минут. Будем на месте в полшестого-шесть.

«Что означает полностью потерянный день, если, конечно, не считать за успех несколько фотографий», — подумал Джек. Но, черт возьми, это же гораздо больше, чем у нас имелось еще вчера.

Глава 49

Кларк находился в подземном переходе, соединявшем между собой два терминала. Как правило, когда идешь по такому переходу, на память приходят конвейерные ленты. Этот определенно выглядел достаточно длинным. Он увидел, как Хади вышел на воздух, еще раз покурил, после чего вернулся в здание. Кларк прошел через металлодетектор — как ни странно, на сей раз маршальский значок не пробудил его к жизни, — спустился в этот длинный туннель, проследовал на изрядном расстоянии от Хади до ведущего вверх эскалатора и поднялся в терминал вылета, где предстояло снова всерьез взяться за работу. Хади сразу повернул налево. Номер ворот, из которых будет производиться посадка, он узнал по информационному табло — но не заглядывал в билет, чтобы проверить номер рейса. «Что это значит — что он тренированный профессионал или просто обладает хорошей памятью, или чересчур самонадеян?» — гадал Кларк. Что ж, за что заплатил, то и приходится выбирать. Хади свернул налево в зал «F». Походка его была решительной. «Неужели торопится? — думал Кларк. — Если так, то плохи мои дела. Ага, вот он повернулся, чтобы посмотреть на очередной информационный монитор, задержался на мгновение и направился дальше налево, к выходу «F-5», а там сел с видом человека, желающего передохнуть». Из «F-5» должна была состояться посадка на рейс в… Лас-Вегас. Международный аэропорт Маккаррен был громадным, оттуда можно было улететь, один Христос знает, куда. «Неужели для Хади это всего лишь очередная пересадка, — думал Кларк, — еще одна мера предосторожности? Хм-м-м… Кто же обучал эту птичку летать, если вообще у нее были учителя? Человек из КГБ или кто-то из своих?» Однако, каким бы ни был ответ, самолет вылетал через пятнадцать минут, а за это время Джон никак не успел бы вернуться в первый терминал и купить билет на этот рейс. Значит, упражнение в скрытой слежке предстояло закончить на этом. Проклятье! Он даже не мог позволить себе пристальнее разглядеть этого парня, даже лишний раз взглянуть на него. Хади вполне мог посматривать по сторонам и, следовательно, заметить его лицо. Вполне вероятно, что его обучали профессионалы, а это значило, что он владеет тем же умением, которое знал за собой Кларк — запоминать лица, которые время от времени попадаются ему на жизненном пути. Для полевого агента — жизненно важный навык. Кларк подошел к киоску, купил шоколадный батончик пейдей и баночки диет-коки и лишь после этого позволил себе вновь окинуть взглядом зал. Хади сидел, даже не глядя на курительную, где за стеклом желающие могли перед вылетом еще раз дать потачку своему пороку. «Похоже, способен контролировать свои желания», — думал Кларк. Такие люди бывают опасными. Но тут объявили посадку — сначала первый класс, — Хади поднялся, подошел к выходу и предъявил мужчине-контролеру билет. Он даже улыбнулся контролеру, который, взглянув на билет, махнул рукой в сторону видавшего виды «DC-9» с широкими кожаными креслами и бесплатной выпивкой по пути в Вегас, где каждый имеет возможность предаться любому пороку, до какого только сможет додуматься. Джон доел шоколадку и направился назад, к входу в туннель. Как и прежде, ему показалось, что эскалатор тянется, по меньшей мере, до середины пути в ад, и он благословил в душе того архитектора, который выдумал движущиеся дорожки. В своем немолодом возрасте Кларк вполне мог оценить их должным образом. Ему пришлось напомнить себе, что не следует хмуриться из-за проваленной операции. На самом деле, лишь частично проваленной. Теперь они знали об этом типе много того, что было прежде неизвестно и имели его фотографии. Ему нравится путешествовать под видом еврея, что вполне разумно, хотя и очевидно. Евреи и арабы как-никак генетически близкие родственники, да и религиозные различия между ними не столь уж непреодолимые, хотя и те, и другие придут в бешенство, стоит лишь заикнуться об этом. Христиане тоже Люди Писания, как некогда объясняли ему друзья из Саудовской Аравии. Но по-настоящему религиозные люди редко идут на убийства. Бог может этого не одобрить. В любом случае, его дело сейчас — как можно быстрее вернуться в Кампус. Он стоял и смотрел, как закрылась дверь посадочной галереи, как тягач подвинул самолет назад, а потом двухмоторный авиалайнер включил собственные двигатели и покатил по рулежной дорожке в сторону взлетно-посадочной полосы. До Вегаса три часа лету? Может быть, чуть меньше. Через Айову, Небраску и Вайоминг — в город торжествующего греха. «А дальше куда?» — думал Джон. Куда бы он ни направился, вряд ли он скоро вновь попадется на глаза. Ладно, вся эта операция проводилась вслепую, так что и провал ее не должен оказаться очень уж сильным разочарованием. И, черт возьми, у них все же есть фотографии этого типа. Он отыскал билетную стойку, где ему предложили рейс до аэропорта Балтимор-Вашингтон, отправляющийся через полтора часа. Кларк позвонил, чтобы кто-нибудь встретил его с машиной.

Хади сидел в кресле 1D, изучал меню и потягивал поданное ему белое вино — оно оказалось лучше итальянского, что, впрочем, было неудивительно, — и бранил себя за неуместную разборчивость в винах. Земля, раскинувшаяся внизу, казалась плоской, кое-где попадались неожиданно яркие зеленые пятна, которые, как ему было известно, представляли собой орошаемые сельскохозяйственные угодья. В прериях американские фермеры использовали системы орошения, в которых вода каким-то образом не пропадала, вновь пускалась в оборот. Первооткрыватели когда-то назвали эту местность Великой американской пустыней, а сегодня она стала всемирной житницей. Впрочем, настоящие пустыни лежали впереди, за горами. Какое же огромное и странное государство со странным народом, большинство в котором составляют неверные. Но этих людей следовало опасаться, и поэтому он вынужден непрерывно следить за собой, ежеминутно контролировать свое поведение еще тщательнее, чем в Италии. Трудно, когда не имеешь возможности хотя бы ненадолго расслабиться, отбросить настороженность. Если все сложится удачно, можно будет передохнуть, когда он встретится с другом, но это будет зависеть от дальнейшего маршрута. Просто удивительно, что он никогда не знал, где живет Эмир. Они дружили давно, очень давно. Даже вместе учились ездить на лошадях, когда были еще совсем мальчишками, ходили в одну школу, вместе бегали и играли…