Анархопокалипсис (СИ) - А. Штерн

волнируют? Ну, я вколю растворчик потом, часто его подворовуем! Должно попустить! Э, чего с тобой, Райн?

Просидев так ещё секунд десять, парень медленно опустил руки и слегка сгорбил спину. Расслабив плечи и выпрямив спину, он недоверчиво зыркнул на медика и устало покосился на пробегающих в проходе молоденьких девушек с глиняными кувшинами на головах, которые то и дело норовили заглянуть внутрь сквозь неприкрытый проход лекарского отделения. В большинстве они были облачены в старое мешковатое тряпье, а их вьющиеся густые волосы свалялись.

— Кочевники? Разве вас не перебили лет сорок назад?

— Ой! Знаешь? А мы не дурни соваться наверх без надобы! — проворчал Марсин, усевшись на трехногую табуретку и поправляя странный чепчик. Его говор был вроде понятен, но дико раздражал слух наёмника, привыкшего к четкой и поставленной речи.

— И что вы собирались мне вкалывать? Думаете, я идиот?

— А хто его знае? — хитро прищурился Марсин и звонко расхохотался. — Ой, ну тебе хмурица, шо? Хош, на себе испытаю?

— Допустим, — нахмурился ловчий. — Почему вы используете свечи, если есть внешние светильники? Не скажи, что это безопасно.

— А что прикажешь? Лампы-то временны, с утра до полудня — ни-ни! — дяденька с умным видом покачал указательным пальцем и слегка подкрутил регулируемую настольную лампу. — Смотреть надо, шоб не рвануло! А «кумуляторы» — их беречь натьно! Они ж старющие, так-то!

— Ясно, — вздохнул Райан, устало разминая ноющую шею, и с удивлением вытаращился на лекаря, который бесцеремонно сделал укол себе в ногу и ехидно покосился на ловчего, покачивая новой стерильной иглой в упаковке. И всё бы ничего, если не учитывать того, что производили такие исключительно в закрытом городе Рейха.

— Так шо-й, веришь теперячи, не?

— Колите, — сдался наемный, позволив тому завершить процедуру. — Сколько с меня?

— Весть, чем собрался маяться дальше? — протараторил мужчина, игнорируя Вэнсона и ярко жестикулируя, подобно старине Хэму. Если подумать, они были почти что ровесниками. — Отдохнуть не жылаешь? Авось и шыю не просто терёшь! Шо? Вывихнул? Чи помогли? — он резко указал пальцем на юношу и подозрительно прищурился, скорчив комичную рожу.

— Не важно, — сухо буркнул наёмник, припоминая довольную физиономию гончей. — Спасибо за помощь, но…

— Никаких «но»! — довольно улыбнулся Марсин, изучающе глядя на замешкавшегося пациента. — Ходи в чулан лучше! Там и койка, и замок имееца, хоть выспися нормасно! Или што, вещь свою караулишь?

— Вроде того. Я вас не очень хорошо понимаю.

— Угомонься и наведайсь к знахарке Ри! Она всё покажет — сам решишь, как да чего. Я ж ведь лекарь, как-никак! А нет, так оставь патронов да харчей, всё равно скоро сморишься сном, а мы тебя до ниточки обберём! — усмехнулся Марсин и указал на сидящую неподалеку женщину, расположившуюся посреди общего коридора. Промежуточная ширма колыхалась от малейшего дуновения и едва скрывала саму по себе больничку. Сидя на деревянном ящике, пышная дама в возрасте сгорбилась над складным верстаком и кропотливо сшивала отделанные шкуры с помощью крючковатой иглы и какого-то странного педального агрегата.

— Слышу, милок, слышу! — не отрываясь от работы, крикнула она. — Чавой это там такое занятное? — славно улыбнулась лохматая барыня, стоило Вэнсу подняться с места и проковылять в коридор при помощи выданной трости. Как бы не хотелось отсюда свалить, сейчас у него не было сил на протесты.

— В смысле? Вы о плате? — Райан как-то странно на неё покосился, и хорошенько оглядел общий коридор. Здесь было особо не на что посмотреть, кроме расставленных ящиков, которыми пользовались в качестве стульев, пары рабочих верстаков и странного, наполовину вкопанного в землю столика. К нему вели своеобразные ступени, выложенные из ящиков, а по обе стороны висели диковинные подсвечники, утыканные разноцветной бумагой на манер факелов. Завершала такой себе пьедестал стоящая сбоку стремянка, предназначение которой ловчему было неведомо. В стене справа был узкий проход, который, судя по всему, вел к остальным «комнатам», а вот справа не было ничего, кроме утрамбованной земляной стены и лестницы наружу.

— Сумка твоя пустует, а кажется полной, — сгорбленная женщина покачала головой, неспешно обернувшись к наёмнику. — Меня Рима звать, запоминать не обязатно! Комнату могу дать на день, не боле. У нас своих проблем хватат!

— Отлично, — устало ответил парень, потирая глаза и слегка опираясь на уже более-менее рабочую ногу, — сколько с меня?

— Есть харчи али деталь? — она с интересом распахнула глаза, внимательно изучая рюкзак чужака.

— Детали? — удивился Райан, припоминая пару упаковок с болтами и разными штуками, в которых он сам совершенно не разбирался, но покорно принял у Чарльза, во избежание очередного скандала со стороны опекуна, который частенько снабжал его совершенно ненужными вещами.

— Штуки такие! Стальные, аль древесные! Бывают малы, велики, круглы, квадратны, прямо как люди в природке!

— Я понял, сами взгляните, — нащупав во внутреннем кармане бархана небольшую коробку, Вэнс беззаботно вручил его знахарке. Совладать с жуткой усталостью было непросто и он всё же решился остаться.

— Эхь, не то! — проворчала она, прислушиваясь к грохоту увесистого ранца и требуя показать «ещё чего эдакого!». — Аля! Смотри-ка! За четверть кряпежей таких и койку отдам! — воскликнула дама, перебирая содержимое очередного набора.

— Идёт, — зевнул Райан, не особо заинтересованный в торгах подобного рода, — забирайте.

Прибрав к рукам свою долю, Рима провела чужака к запертой двери в конце длинного ветиеватого коридора, скрытого сшитыми шкурами и крепкими коврами. Причудливый лабиринт, однако, был полон жизни! За ширмами то и дело сновали чьи-то силуэты, подсвеченные свечами и керосиновыми лампами. Гремели какие-то инструменты, лилась ругань на непонятном языке. Старшие определенно были чем-то недовольны, а вот старческие голоса можно было сосчитать по пальцам одной руки.

— Вы не боитесь возгорания? — задумчиво пробубнил Райан, глядя на тусклые потолочные светильники в виде подвешенных мисок с горящими фитилями на неизвестной основе.

— Все мы — давно уж как трупы, — улыбнулась знахарка, поправляя всколоченные косы и отряхивая рабочий комбинезон. — Чего бояться-то, зляцык?

— Не думал об этом, — холодно ответил Вэнс, наблюдая, с каким усилием она открывает тяжелую стальную дверь на скрипучих петлях.

— Проходи, смотри, — гостеприимно отозвалась Рима, зазывая его за собой в сырую темную комнату наподобие скрытого бункера, где уже давненько не было посетителей.

Нехотя парень всё же вошел в небольшую то ли каюту, то ли чулан. Глядя на то, как старушка копается в поисках спичек и поджигает настенный светильник у навесной шконки, Вэнс невольно поежился и слегка напряг плечи. Меньше всего хотелось оказаться в ловушке у местных. Однако пожилая дама лишь поправила мятые перчатки и, пожелав ему спокойной ночи, направилась обратно к общему залу.

— Постойте! А что насчёт ключей?

— Ой, точненько! — всплеснув