История кавалерии. - Джордж Денисон

Люди Моргана вначале были вооружены самым непритязательным образом, однако по мере того, как шла война, он захватил такое количество вооружения у врага, что смог снабдить всех своих людей винтовками и револьверами. Сначала у некоторых его солдат были винтовки, у других – гладкоствольные ружья, у третьих – сабли, четвертых – револьверы. Вскоре же всех снабдили винтовками или карабинами и револьверами, так что сабля практически не применялась.

Отряд Моргана обучался по «Тактике для кавалерии» Мори, к которой сам Морган добавил множество эволюций для полков и бригад. Строй рот, подразделение, спешивание, развертывание в сторону фронта, флангов или тыла – все это было такое же, как и в регулярной коннице. Каждый отряд был вполне обучен всему, что касалось перестроения из развернутого строя в колонны и обратно, движения по различным направлениям, правильных действий при поддержке пехоты и в резерве.

Данное генералом Дюком описание образа действий генерала Моргана заслуживает внимания и интересно для каждого читателя, а не только для офицера кавалерии.

Читатель может представить полк, развернутый в одну шеренгу. Фланговые роты частью рассыпаны фланкерами, частью действуют верхом, иногда как пешие стрелки, и развернуты так, чтобы прикрывать весь фронт полка. Остальные люди спешены (коноводами оставили одного из каждого отделения в четыре человека и капралов) и развернуты в одну линию с интервалами между стрелками. Шеренги шли в 2 ярдах друг от друга. И затем представьте, как эта линия двигается вперед на удвоенной скорости или чаще почти бегом. Тогда вы и представите себе стиль, который использовал Морган в бою.

Те же самые эволюции применялись для боя в конном или пешем строю, однако позже этот способ действий стал чаще использоваться фактически всякий раз, когда речь шла о конных стрелках из винтовок. Обычно небольшую часть конников оставляли в резерве, чтобы они действовали на флангах, прикрывая отступление или в ходе преследования. Во всяком случае, солдаты практически не сражались на лошадях, разве что только во время разведывательных операций.

Люди Моргана оказались отличными наездниками, с детства обученные обращению с самыми дикими лошадьми. Однако характер местности, на которой они обычно сражались (густые леса, высокие изгороди), и невозможность уделять достаточное внимание обучению лошадей делали применение крупных конных формирований весьма сложным.

Идти в атаку по дороге колонной по четыре достаточно просто, гораздо сложнее двигаться развернутым строем по пересеченной местности и сохранять при этом боевой порядок. Кроме того, никогда не использовались сабли, а длинноствольное огнестрельное оружие мало подходит для кавалерийских эволюций. Поэтому считалось, что гораздо результативнее сражаться в пешем строю, ибо так можно было маневрировать более уверенно, защищаться и нападать с меньшими потерями.

Длинную подвижную линию, растянувшуюся, как превосходно описывает автор, на большое расстояние, было сложно прорвать. Если же в каком-нибудь месте ее теснили, то туда обрушивался губительный огонь со всех сторон. Кроме того, она могла легко маневрировать, ее легко было отбросить примерно так же, как и веревку, простым обращением направо и налево и двойным поворотом в том же направлении. При необходимости людей можно было быстро сконцентрировать в любом месте, где требовалось.

Следует также помнить о том, что Морган редко сражался вместе со всей большой армией северян, чаще всего его отряд действовал совершенно самостоятельно. В случае неудачи он не мог отступить и укрыться за пехотой. Ему приходилось сражаться с пехотой, кавалерией, артиллерией, брать города, когда в каждом доме был свой гарнизон, атаковать укрепления, не располагая никакой поддержкой. Следовательно, Моргану приходилось действовать быстро, успевая совершить многое за короткое время, и всегда держать в руках своих людей, независимо от того, оказывались их действия успешными или нет. Когда твои главные силы находятся от тебя в 400–500 милях (640–800 км), офицеру невольно приходится полагаться только на самого себя.

Солдаты и офицеры Моргана были вооружены тем оружием, которое могли достать. Поэтому одна рота имела длинные, другая – короткие, третья – средние винтовки Энфилда, четвертая – винтовки «Миссисипи», пятая – охотничьи ружья, шестая – карабины Энфилда.

Почти у каждого человека имелся револьвер, иногда даже два. Когда же они захватывали достаточно оружия, каждый человек обеспечивал себя двумя револьверами. Предпочитался револьвер Кольта.

Кроме конников, Морган также располагал двумя горными гаубицами, перевозившихся двумя лошадьми каждая практически по любому виду почвы. Они неоднократно очень помогали, к ним сильно привязались и нежно называли их «буйволятами», всегда громко приветствовали, когда те вводились в действие.

Мы рассмотрели вооружение и тактику боевых действий кавалерии Моргана. Краткий обзор подвигов, совершенных этими конниками, несомненно, покажет, насколько результативными они были в тех особых обстоятельствах, в которых оказались.

Мы уже писали, что Морган первый в США применил дальние рейды. Вероятно, и сама идея их организации принадлежала ему, поскольку совершенно ясно, что ему не доводилось слышать об операциях Теттенборна, Чернышева и других [86]лидеров партизанской войны в тылу французской армии в 1813 году. Все же «рейды» Моргана был схожи с проводившимися Давыдовым или Дембинским, разве что только он не использовал никакой пехоты и располагал всего лишь двумя пушками.

Первый значительный рейд Моргана был совершен в Кентукки в 1862 году. 4 июля он выступил из Ноксвилла (в Теннесси), переправился через реку Камберленд и двинулся через Спарту и Глазго в Ливан, где были захвачены огромные припасы всякого рода. Из Ливана Морган двинулся в Спрингфилд, оттуда в Маквилл и затем в Харродсберг, Лауренсберг и Мидуэй, станцию на железной дороге между Франкфортом и Лексингтоном. Последнее место было опорным пунктом федеральных войск в том регионе, и именно здесь, как и во Франкфорте, находились крупные силы федеральных войск, во многом превосходившие по численности те, которыми командовал Морган.

Благодаря искусным переходам, рассеиванию своих войск и угрозам одновременно нескольким пунктам, Морган привел федеральных офицеров в совершенное замешательство, они не знали, откуда следует ожидать удара. Необычайная подвижность его летучих колонн также делала невозможным получение точной информации как о численности отряда Моргана, так и о его намерениях. О способности его отряда к большим переходам можно судить по тому факту, что ко времени, когда колонна достигла Мидуэя, она прошла более 300 миль (около 480 км) за 8 дней, и все солдаты выглядели свежими и бодрыми. Прибыв в Мидуэй и имея превосходящие силы противника на обоих флангах, Морган прибег к содействию телеграфа, для чего в его штабе находился необыкновенно искусный в этом деле канадец Эльсфорс. Заставив телеграф действовать в обе стороны, он соединил между собой обоих федералистских генералов, перехватывал их приказания, а также посылал депеши, вследствие которых войска северян были разосланы по различным, совершенно ложным направлениям.

Рейд, который был доведен до Синтианы на железной дороге Лексингтон – Цинциннати, был весьма успешным, о чем Морган кратко сообщил в своем донесении: «Я выступил из Ноксвилла четвертого числа этого месяца с отрядом примерно в 900 человек и вернулся в Ливингстон с отрядом в 1200 человек. За 24 дня я прошел более 1000 миль, захватил 17 городов, уничтожил все запасы правительства и находившееся в них оружие, рассеял 1500 национальных гвардейцев и отпустил под честное слово почти 1200 солдат регулярных войск. При этом я потерял убитыми, ранеными и пропавшими без вести из того числа, что я взял с собой в Кентукки, примерно 90 человек».

Во время второго рейда, в августе 1862 года, Морган перерезал железную дорогу Луисвилл – Нашвилл у Галлатина. Армии северян генерала Бюэла пришлось отступать обратно к Луисвиллу, ибо Морган отрезал его от баз снабжения.

Во время боя у Хартсвилла, состоявшегося вскоре после захвата Галлатина, произошла схватка между частью отряда Моргана и отрядом федеральных конников, атаковавшими их с саб лями. Описание произошедшего позволяет составить ясное представление о стиле ведения боя Моргана.

Вот как описывает атаку генерал Дюк: «Сломав восточную изгородь луга, примерно 300 человек ворвались на него, построились в длинную линию и устремились наискось с саблями наголо, к той линии конников, которую заметили на дороге вдалеке. Одновременно три роты спешились и стали на колени за низким забором по ту сторону дороги. Они не стреляли до тех пор, пока противник не оказался на расстоянии в 30 ярдов, и только тогда начали стрелять.