Утро псового лая. День вторжения-1 (том 1-2) - Андрей Завадский

Молодой бизнесмен, владелец коммерческого банка, спонсировавший ученых, развивавших новые технологии, а не торговавших сырьем или подержанными машинами, ввозимыми из-за рубежа, дельцов, он был одним из немногих сторонников перехода России на новые виды энергии, и этой цели подчинял все, что имел. Приобретенные им мелкие фирмы занялись разработкой принципиально новых двигателей, или дорабатывали существующие под новые виды топлива, повышая их экономичность и безопасность. Были приобретены лицензии на поистине революционные изобретения, сделанные в стенах малоизвестных институтов и конструкторских бюро многие годы назад.

И, разумеется, действия Вячеслава Климова не остались незамеченными для нефтяных магнатов, создавших огромные состояния за счет продажи ценнейшего ископаемого сырья. Эти люди не желали, чтобы их монополии мешало хоть что-нибудь, и приложили все усилия, чтобы уничтожить молодого наглеца, вставшего на их пути.

Климов лишился почти всего, что имел, но приобрел известность из-за устроенной на него и некоторых его единомышленников публичной травли, благодаря которой Швецов и выбрал Вячеслава, сделав его одним из самых могущественных людей в стране. Отставной полковник не ошибся и на этот раз, приобретя верного сторонника своих самых смелых реформ, настоящего патриота своей страны.

Да, этим людям можно было доверять даже больше, чем самому себе. Иное дело - Самойлов, Решетников и Розанов, которые хоть и были людьми старой закалки, за годы перемен успели сильно измениться. Они привыкли к власти, к известному достатку и тому положению дел, которое не менялось прежде долгие годы.

Нет, разумеется, эти люди вовсе не были явными врагами. Напротив, они искренне считали себя патриотами своей страны и таковыми являлись, вот только патриотизм их заключался в том, чтобы не менять установившийся порядок, при котором страна все же смогла выживать, пусть и растеряв большую часть былой мощи. Они являлись профессионалами, расчетливыми, пожалуй, даже слишком расчетливыми и чересчур осторожными, и потому каждое по-настоящему серьезное решение Швецова встречали с явным неодобрением. Им не хотелось ломать свой собственный мир, ведь всегда была опасность, что они исчезнут вместе с ним, оказавшись лишними в том мире, который будет возведен на руинах.

Разумеется, на пост премьера и других ключевых министров можно было поставить и иных людей, молодых, активных, смелых, но Самойлов и те, кто поддерживал его, все же были искушенными политиками, настоящими профессионалами, имевшими огромный опыт. К тому же, несмотря на свое недовольство и опасения, пока они и еще многие, также оставшиеся у вершин власти с прежних времен, и успевшие сжиться с этой властью, все же не становились в явную оппозицию, и уже только этому Швецов был несказанно рад. Еще не сумев сделать их своими безоговорочными сторонниками, он все же не превратил их и в своих врагов, и только это можно было считать своей маленькой победой.

Размышления президента, грезившего о перспективах для его страны, что откроются вскоре, если иранцев удастся уговорить на предложенные Россией условия, прервало появление помощника главы администрации президента. Иван Скворцов выглядел взволнованным и обеспокоенным, что с ним обычно случалось редко.

-- Господин президент, - Скворцов не обратил внимания на вопрошающие взгляды министров, обращенные к нему, пройдя сразу к Швецову. - В Кремль направляется грузинский посол. Он требует срочной аудиенции, Алексей Игоревич. Боюсь, у нас опять будут проблемы - он настроен очень серьезно.

Министры многозначительно переглянулись между собой. Как всегда, стоило только расслабиться, поверив, что все будет хорошо, и неприятности не заставили себя ждать.

Глава 3 Охотники

Москва, Россия

16 апреля

Телефонный звонок раздался неожиданно, и расслабленно откинувшийся на спинку заднего сидения роскошного "Крайслера" мужчина испуганно дернулся, пытаясь нашарить плоскую трубку мобильника в кармане. Он не ждал звонка, как не ждал и неприятностей, пребывая в абсолютном покое. Шикарный автомобиль нес своего хозяина в укромное место, тихое и неприметное, а пока его безопасность обеспечивал десяток вооруженных до зубов людей, расположившихся в двух джипах, следовавших перед "Крайслером" и позади него, прикрывая тыл.

-- Да, слушаю, - увидев номер звонившего, мужчина на мгновение ощутил беспокойство.

-- Наши хотят зайти в гости к твоим, - прозвучал в динамике торопливый голос.

-- Что, - мужчина нахмурился. - К кому? Еще раз, - резко бросил он. - Повтори!

-- К родственникам твоего Султана, тем, что на даче оттягиваются, - нервно прозвучало в ответ. - Они скоро будут.

Фразы, полные тумана, неясные непосвященным, заставили человека в лимузине похолодеть от страха. Он понял, что хотел сказать собеседник, наверняка сейчас рисковавший головой, и потому коротко выдохнул:

-- Когда?

-- Полчаса. Может, чуть больше.

-- Шайтан, - мужчина в "Крайслере" глухо зарычал, выругавшись сразу на двух языках. - Мало!

-- Все, что могу, друг, - раздалось в трубке, и тому, кто сейчас внимательно слушал, почудилась плохо скрытая насмешка. Так раб злорадствует исподтишка, наблюдая унижение своего господина. - Пусть собирают на стол. Потом начнется маскарад.

-- Понял, - коротко ответил уже не чувствовавший себя в безопасности человек. - Отбой. Сочтемся.

Короткий разговор, услышав который, мало кто вообще понял бы, что происходит. Тот, кто сидел в салоне шикарного лимузина, понял, и сердце его вдруг забилось в два раза чаще. Счет шел на минуты, и он должен был успеть. Наплевав на конспирацию, мужчина схватил брошенный на кожаное сидение телефон, принявшись набирать по памяти номер. Он очень хотел успеть.

-- Начали! - рация пискнула, и висевший на "когтях" на столбе линии электропередач человек в робе электрика, под которой был укрыт девятимиллиметровый "Стечкин" в подплечной кобуре, сжал рычаги кусачек, рассекая кабель. В окнах двухэтажного особняка, расположенного в нескольких сотнях метров, погасли огни. Потухли и мощные прожектора, заливавшие внутренний дворик ярким светом. Те, кто долгое время ожидал, пребывая в страшном напряжении, начали действовать.

Через двухметровый кирпичный забор, опоясывавший стоявший в пригороде Москвы, в нескольких километрах от шумной столицы дом, небольшой, весьма скромный, но добротный и выглядевший вполне уютным, чтобы уединяться там, сбегая от суеты огромного мегаполиса, неслышной тенью перемахнул человек, с ног до головы затянутый в камуфляж. Едва его ноги пружинисто коснулись посыпанной гравием дорожки с внутренней стороны ограды, он припал на колено, прижимая к плечу приклад бесшумного "Винтореза". Голова в тяжелом шлеме-"сфере" повернулась в направлении казавшегося абсолютно пустым дома. Туда же уставился бездонной тьмой дульного среза кажущийся непривычно толстым из-за несъемного глушителя ствол. Человек со снайперской винтовкой знал - дом не был пустым.

Несколько мгновений стрелок озирался, вслушиваясь в доносящиеся со стороны особняка звуки, и лишь потом, убедившись, что его появление осталось незамеченным, что не притаилась в зарослях колючего кустарника засада, осторожно крадущимся шагом двинулся вперед, держа смотревший на мир темными проемами окон дом на прицеле. Четырехкратный ПСО-1 позволял различать трещины на кирпичах, плотно пригнанных друг к другу, и человек в камуфляже мог в любой момент обрушить на того, кто хоть на миг покажется ему врагом, шквал бронебойных девятимиллиметровых пуль, со ста метров легко прошивающих лист стали толщиной восемь миллиметров. Сегодня добыча была слишком опасной, чтобы рисковать, пытаясь взять ее живьем.

Вслед за первым незваным гостем через ограду перебрались еще несколько людей в масках, тяжелых шлемах и бронежилетах. Все они были вооружены бесшумными девятимиллиметровыми автоматами "Вал" и компактными "Вихрями" такого же калибра, представлявшими собой все тот же "Вал", но со складным плечевым упором другой конструкции и к тому же лишенный глушителя.

-- Второе отделение - к воротам, - беззвучно приказал один из спецназовцев. - Первое отделение - за мной. Пошли! - Осторожно, ступая неслышно, плавно перекатываясь с пятки на носок, бойцы двинулись к зданию, обнимая его со всех сторон.

Взяв строение в кольцо, спецназовцы стали приближаться к нему, стараясь производить как можно меньше шума. В предрассветном сумраке они казались призраками, бесплотными, сотканными из тумана. Трудно было и предположить, что крупные мужчины, увешанные оружием и разным снаряжением, могут передвигаться так плавно и тихо, не издавая ни малейшего шороха даже шагая по прошлогодней листве.

Каждый из бойцов, нервно сжимавших оружие, знал, что с другой стороны так же тихо и незаметно к особняку подбирается еще одна группа, замыкая, таким образом, коттедж в кольцо. Еще несколько десятков спецназовцев ожидали своего часа снаружи, пока оставаясь незамеченными никем из обитателей здешних мест, а расположившиеся вокруг снайперы держали под прицелом буквально каждый метр прилегающей к особняку территории, готовые открыть огонь по любой обнаруженной цели.