Залетная гостья (СИ) - Яна Ладина

несильно сдвигать предметы, приближая или отдаляя те от себя. Дверца отворилась, и подруга буквально влетела внутрь. Всклокоченная, с горящим взглядом и изрядно сердитая.

— Убивать будешь? — покаянно уточнила у нее, поглубже сдвигаясь к изголовью и выставляя на манер щита подушку, которой только что накрывала голову.

— Допрашивать с особым пристрастием о твоих дальнейших планах, — кровожадно раскрыла она свои планы, заставив меня невольно сглотнуть.

Пока я собиралась с мыслями, сжимая в руках край подушки, Сакел предусмотрительно заперла дверь на два щелчка, скинула туфли и босиком уверенной походкой проследовала к моему убежищу. Я вжалась глубже. Не нравился мне взгляд подруги, буквально пожирающий все, что под него попадало. Девушка была настроена решительно. Вот только на что?

— И как прошел разговор с мужем, на который ты так нарывалась, что вылетела из-за стола, пустив салфетку в свободный полет? — едва сдерживая рвущееся наружу негодование вперемешку с нетерпением начала свой допрос Сакел.

— И-информативно, — неуверенно проблеяла я, прикинув пути отступления. Мало ли! Излишний энтузиазм, завладевший сейчас подругой, может подтолкнуть ту на опасные действия. Вдруг ей взбредет в голову привязать меня к кровати и устроить допрос под угрозой голодовки? Кто их знает, людей, одержимых идеей?

— Насколько информативно? — как танк принялась идти на мины Сакел, с каждым словом набирая обороты. Наверняка обиделась, что осталась в стороне, а точнее в одиночестве в столовой, вот и пытается наверстать упущенное.

Я выпрямилась, разгладила изрядно смятую подушку, сложила на восточный манер ноги и неоднозначно заявила:

— А у него в спальне висит портрет мужика! — и чуть было не свалилась на пол, поняв, насколько компрометирующее прозвучало это заявление. Для меня-то оно имело определенный смысл, а вот для Сакел…

— ЧТО? — взвизгнула та, подскакивая на добрые полметра и приземляясь так, что вслед подпрыгнула и я. — Так он из ЭТИХ?! О, Латус! Ах ты ж, умертвие! Проклятый… — Перекошенное выражение лица подруги и отразившийся в глазах ужас от неправильно понятого рассмешили меня до колик в боку. Надо же, какой двусмысленной оказалась произнесенная впопыхах фраза!

— Нет, он не такой, — отсмеявшись, принялась обелять мужа в глазах подруги. — Дело в том, что это портрет его брата, покойного. И с этим связана одна очень неприятная история.

Более-менее придя в себя, Сакел пригладила растрепавшуюся прическу и приготовилась слушать. Ее скептическое выражение лица говорило об обратном, но, вспомнив только что пережитый разговор, я не поддалась на провокацию:

— Моя история появления здесь как раз с ним и связана. Если бы пятнадцать лет назад один из родственников Киатар по неизвестным причинам не убил его, то и свадьбы этой бы не было. И проклятия. И моего появления тут, — емко изложила суть ситуации, понимая, что образовавшиеся на лбу Сакел бороздки предрекают кучу вопросов. Они не замедлили последовать:

— Проклятия? Которое наслала Аролла? — неуверенно спросила Сакел.

Кивнула, наконец упорядочив все факты в голове и придя к одну верному, но сложному решению:

— Как объяснил лорд Магорус, суть проклятия такова: — вздохнула, набрала в грудь побольше воздуха и почти дословно процитировала слова, услышанные в доме Киатар с глазу на глаз: — Если в ближайшие пятьсот лет с момента смерти Ароллы ее прямой наследник не появится, то всякий, кто когда-то причинил серьезный вред семье, будет как-то страшно наказан. Но если кто-то из семьи совершит подобный поступок, то все последующие потомки лишатся магии, а значит, и могущества, привилегий и титулов.

— Но причем здесь брат Шера? — недоуменно воскликнула подруга, всплеснув руками.

— При том, что никто не знал, что вассал, которого убили Киатар, был его братом. Точнее, убийца знал. А это значит, Сакел, — шепотом заговорила на ухо девушке, чтобы ненароком никто не подслушал, ведь у стен есть уши, — что проклятие ложится на обе семьи сразу! А поскольку потомки Ароллы, как и она сама, носят в себе каплю императорской крови, представь, какими последствиями это все обернется…

— Но если император, как мы догадываемся, был в курсе того, что Аролла принадлежит к правящей династии, то, отговорив Шера от совершения мести, он тем самым спас положение, объединив две семьи.

Сакел была абсолютно права. Да, теперь императорским потомкам ничего не грозило, но оставались Киатар.

— Потомкам Цвелия теперь ничего не грозит, — подтвердила слова девушки я. — Однако это не спасает от проклятия мою нынешнюю семью. Наш брак не официальный и будет расторгнут сразу после возвращения. Значит, через сто лет их ждет неминуемый крах. На вторую женитьбу Шера вряд ли уломают, а отдавать еще одну девочку на заклание никто захочет. Если только…

— …Шер во всеуслышание не заявит о своей принадлежности к вашей семье. А значит, и к императорской. Но Цвелию не нужен соперник, то есть… — Сакел зажала в ужасе рот. — Он не должен этого делать, Юля!

Согласно закивала. Ситуация оборачивалась совсем не так, как я планировала. И как сделать так, чтобы я могла спокойно вернуться домой, зная, что никто от этого не пострадает, было огромным вопросом. За сто лет столько всего может произойти между этими семьями и их ветвями! Даже того, что этот конфликт до конца не будет погашен, уже представляет собой угрозу!

— В столице я попала в покои Ароллы, которые на протяжении всего времени с момента ее исчезновения опечатаны. В них может войти только ее наследник, согласно оставленному посланию.

— Покои Ароллы в доме Киатар? — уточнила подруга, вставая с постели и принимаясь расхаживать по комнате, заложив за спину руки.

— Да. Я могу повторить вылазку и дочитать ее дневник до конца. Тогда, думаю, решение, вокруг которого мы ходим, может найтись. Но мне нужна твоя помощь.

— Какого рода? — Сакел наконец остановилась и преисполненная решимости и серьезности взглянула мне в лицо.

— Я не знаю причин, и возможно мы никогда не узнаем, почему брата Шера убили. — издалека принялась подводить к своей мысли. — Шеррер вряд ли, даже если в курсе, захочет распространяться на этот счет. Тема слишком больная, и мне уже и так досталось хотя бы за то, что я посмела залезть к мужу в душу. Но по-прежнему никто официально не запрещал залезать в запертые комнаты! — Радости не было предела. Я чувствовала себя сыщиком, напавшим на след. Шпионом, крадущимся в ночи и выслеживающим преступника. Шерлоком!

— Говоришь, досталось? — подруга на секунду задумалась. — Значит, вечером жди Шера с примирениями. Это точно. Все обсуждают, что отношение хозяина к его жене меняется, а значит, ответные шаги будут очень скоры.

Задумалась. Стоит ли отвечать взаимностью, чтобы только сбить бдительность? Видимо, те же мысли витали в голове Сакел, поскольку