Заземелье. Романы 1-6 - Терри Брукс

всему. Он всегда знал это. Над ним Бен поклялся служить Заземелью. Медальон был символом его власти. Все знали, что это королевский знак отличия. Он был ключом от ворот Заземелья. Он связывал королей Заземелья с Паладином.

Марк вонзил железные шпоры глубоко в бока своего змееволка, и тварь снова двинулась вперед, злобно шипя. Следом устремилось все войско.

«Он не сможет забрать у меня медальон, — вдруг решил Бен. — Марк должен завладеть медальоном, но не может отнять его у меня. Я уверен, что это так. Он ждет, что я сброшу его и навсегда исчезну из Заземелья. Вот на что он рассчитывает».

Микс тоже желал этого. Похоже, все враги Бена ждали одного и того же.

Этого достаточно, чтобы поступить иначе.

Бен вытащил медальон из-за пазухи и дал ему свободно упасть на грудь — туда, где все могли его видеть. Он не снимет медальона. Он не сбежит. Он потратил слишком много усилий, чтобы остаться. И он останется — живой или мертвый. Ибо этот мир стал его домом.

Продается волшебное королевство.

И его долг защитить свой дом.

Бен снова вспомнил о Паладине.

Железный Марк подошел вплотную, его зазубренное копье уперлось в грудь Бена. Бен ждал. Ему больше не было страшно. Он больше не чувствовал ничего, кроме упрямой решительности.

Бен вдруг почувствовал прилив сил.

На дальнем краю поляны вспыхнул свет — неожиданно яркий и белый в навалившейся мгле. Марк оглянулся, и по толпе демонов пронесся шепоток.

В сиянии возник Паладин.

По телу Бена пробежала дрожь. Что-то в его душе потянулось навстречу этому видению. Оно притягивало его подобно незримому магниту. Призрак как будто приближался.

Паладин подскакал к кромке леса и остановился. Свет за его спиной померк. Но Паладин не пропал вместе с ним, как прежде. Он остался.

Душа Бена корчилась, словно отрывалась от тела совершенно немыслимым образом. Ему хотелось кричать. Что происходит? Его мысли смешались. Демоны просто обезумели — они визжали и метались, словно перестали ориентироваться в пространстве. Марк поскакал в самую гущу своих подданных, топча их копытами скакуна, словно траву. Бен услышал крики советника и Ивицы и собственный голос, что-то кричавший в ответ.

Несмотря на путаницу в своих ощущениях, он понял, что произошло нечто великое и ужасное. Паладин больше не был призраком. Он ожил!

Бен чувствовал, как медальон жжет ему грудь — он зажегся серебряным пламенем. Потом он обратился в лед, потом опять в пламя, а потом вообще неизвестно во что. А потом Бен увидел, как сияющий медальон летит через все Сердце к Паладину.

И несет туда самого Бена.

У него осталось ровно столько времени, чтобы сделать одно ошеломляющее открытие. Лишь один вопрос он так и не догадался задать — и никто из его друзей. Кто был этот Паладин?

Теперь он знал. Он сам был Паладином.

Все, что нужно было сделать, для того чтобы узнать такое, — отдать себя этой волшебной земле. Все, что нужно было, для того чтобы вернуть Паладина, — это оставить мысль о бегстве и принять окончательное и бесповоротное решение остаться.

Бен сидел верхом на скакуне Паладина. Он был охвачен стальной оболочкой, серебристыми доспехами. Все замки и пряжки были защелкнуты, болты затянуты, и на Бена нахлынул поток обрывочных воспоминаний. Эти воспоминания поглотили Бена, и он потерялся в них, словно пловец, попавший в стремнину. Он словно рожден был заново. Он изменился. Он был из тысяч других мест и времен, он прожил тысячи других жизней. Все эти воспоминания теперь принадлежали ему. Он стал воином, с чьим боевым искусством никто не мог сравниться. Он стал непобедимым королевским защитником!

Бен Холидей прекратил свое существование. Бен Холидей стал Паладином.

Он бросил беспокойный взгляд на нынешнего короля Заземелья, застывшего, как статуя, на возвышении посреди Сердца. Время как будто остановилось. Рыцарь пришпорил своего коня и позабыл обо всем, кроме черного чудовища, дерзнувшего бросить ему вызов.

Они схватились с пугающим лязгом лат и оружия. Утыканное шипами копье Марка и копье Паладина из белого дуба разлетелись в щепы. Животные под ними завизжали и зашатались от силы этого удара, потом разбежались в стороны и снова повернули навстречу друг другу. Руки в железных перчатках схватили боевые топоры и со свистом завертели их в воздухе.

Противники надвигались друг на друга. Марк был черным чудовищем, превосходившим размерами серебряного рыцаря. Они явно были в разных весовых категориях. Они бросились друг на друга и схватились с новой силой. Лезвия топоров вонзались глубоко в металл, застревая в сочленениях. Оба всадника потеряли равновесие и опасно накренились в седле. Они кружились и расходились, гремели топорами. Паладин получил чудовищный удар и слетел с лошади. Он упал, вцепившись в сбрую змееволка.

Казалось, что ему пришел конец. Змееволк изогнулся, стараясь схватить его острыми зубами. Он не достал совсем немного. Железный Марк обеими руками занес свою секиру. Топор опускался раз за разом, словно Марк решил раздробить шлем своего соперника.

Паладин висел на сбруе, уклоняясь от ужасных ударов. Он не мог ослабить свою хватку. Если он упадет, тяжесть лат не даст ему подняться и его затопчут насмерть. Он ощупью искал своего противника и наконец ухватился за перевязь для оружия на поясе демона.

Его пальцы сомкнулись на рукояти четырехгранного кинжала.

Он выхватил оружие и вонзил его в колено Марка, в зазор между латами. Марк содрогнулся, и топор выпал из его рук. Паладин сцепился с демоном, стараясь выбить его из седла и повалить наземь. Змееволк яростно кружился и шипел от ненависти, чувствуя, что его седок сползает вниз. Марк отчаянно цеплялся за ремни и поводья, пытаясь пнуть Паладина. Скамьи трещали, разлетаясь в щепки под копытами чудовищного скакуна, — противники сражались уже в самой середине Сердца. Выли затоптанные демоны.

Потом Паладин вдруг выдернул кинжал из колена Марка и вонзил его в чешуйчатое тело змееволка. Чудовище заревело и понеслось, не разбирая дороги, сбросив рыцаря и демона в грохочущих доспехах.

Паладин приземлился на колени и руки, стараясь не завалиться набок. У него закружилась голова. Марк рухнул в десятке футов от него, но тут же вскочил, несмотря на огромный вес своей брони. Обеими руками демон вытащил широкий клинок, висевший в ножнах на поясе.

Паладин заставил себя встать и вытащил свой меч. Марк приблизился почти вплотную. Лезвия мечей гремели друг о друга, и только этот металлический звон был слышен окрест. Огромный Марк теснил Паладина. Они сходились снова и снова, не переставая лязгали мечи. Они поднимались и опускались, а противники