Фантастика 2025-32 - Алексей Викторович Вязовский

почти не было. Мелкие стычки, косые взгляды, демонстративное игнорирование — это максимум, на который хватало сил.

Был один показательный случай. На шестой день при очередной жесткой пробежке, где нам накидали штрафных минут, один парень свалился и встать сам не смог. Его привычно хотели поднять другие, но вмешался Стропо.

— Не всегда можно полагаться на других. Вставай и беги или оставайся и подыхай.

К тому дню прошлые выходки Черного мастера как-то выветрились из головы. Если умом считать, всего ничего прошло, но по ощущениям — как маленькая жизнь промелькнула. Слова Строго я пропустил мимо ушей. Больше думая о том, чтобы восстановить дыхание. А зря. Парень остался лежать. Мы побежали дальше. Когда бежишь в гору, на дворе минус, и ты за последние дни в край задолбался, то наступает отупение, не способствующее заботе о тех, кто рядом. Особенно если это какой-то левый парень, который ничем не выделялся и чьего имени ты не запомнил.

Мы его увидели на обратном маршруте. Он собирался пристроиться к нам, но Стропо на ходу крикнул, что вернуться можно, лишь пробежав весь маршрут.

Наставник не тот человек, которого можно ослушаться. Не знаю, о чём тогда подумал тот парень, но послушно побрел назад. Я замедлился, бросил на него взгляд и тут же выкинул из головы. Сам едва ноги переставлял.

К вечеру он не вернулся. О чём мы вспомнили, когда на следующее утро сначала с собой инструмент прихватили, а потом добежали до растерзанных останков. Обглоданное лицо, оторванные конечности, вспоротый живот. Смерть парня не была легкой.

— В горах хватает монстров, — пояснил Стропо. — А теперь собирайте то, что осталось, и идем искать место для могилы. Копать придётся глубоко, иначе падальщики раскопают. Вы же этого не хотите? Не хотите.

Стоит ли говорить, что всё сострадание к погибшему улетучилось где-то на первом же метре каменистой породы, который мы долбили по очереди часа полтора. А ведь наставник Стропо сказал, что нужно углубиться на все пять…

Сорок девять человек многовато для одной могилы, поэтому мы копали сразу пять. Пока одни трудились с кирками, другие тренировались так. Ничего нового, та же программа, но не в крепости, а на открытом, хорошо продуваемом пространстве.

Закончили, когда уже стемнело, пропустив и обед, и ужин.

— А теперь, — скомандовал наставник. — Каждый ложится в могилу и лежит там, пока не скомандую вылезать. Воспользуйтесь этой уникальной возможность прочувствовать, каково будет вашему соратнику, который не нашёл в себе силы выполнить поставленную задачу.

К тому времени мы настолько устали, что не особо удивились приказу. Лечь и лечь. Я об этом особо и не думал, пока сам не залез.

Вот там да, пробрало. Холодно, небо синее и пустое, отнюдь не дружелюбное. Никто не говорил, и снизу казалось, что ты здесь один. Пройдет всего ничего, и тебя заметет снегом и засыплет землей.

После чего ты проведешь здесь вечность, в одиночестве и темноте.

Не знаю, что там другие ощутили, но с тех пор никто не позволял себе сдаваться. Что не отменяло того, что это была первая, но не последняя смерть ученика.

Глава 11. Изменения в организме, или Как Спартанец силу почувствовал

Вторая неделя лично для меня ознаменовалась тем, что я впервые испытал то, что даёт редкий камень. Случилось это на занятиях во время бега, когда я, уставший, внезапно ощутил необычайную легкость и последние метры пролетел как на крыльях.

При этом чувствуя жжение в районе груди, там, где камни висели.

Занятия с наставником Графом официально у нас были через день. По факту — раз в четыре дня, когда он появлялся сам и отвечал на вопросы, если они возникали. Не скажу, что их было сильно много. Каждый старался спрашивать так, чтобы другие не услышали.

Так и я поступил. На двенадцатый день, когда Граф появился, рассказал ему о произошедшем.

— Это нормально, — с ходу понял он, о чем речь. — С редким камнем сонастройка длится дольше, и ты прошёл первый шаг. Главное, камень не потеряй. А то словишь такой откат, что больше способности доступны не будут.

— Всё так серьезно? — напрягся я.

— Да, — коротко ответил мужчина. — Продолжай заниматься в том же темпе по составленной программе.

Программу мне составил Граф. По этому вопросу каждый, опять же, с ним отдельно общался, поэтому я не знал, чем именно Гатс и Калия занимаются. Видел внешние проявления тренировок, но не внутренние. У Калии нового камня не было, поэтому я не мог сравнивать себя с ней, а вот Гатс в разы быстрее продвигался и сейчас мог ударить сжатым воздухом так, будто кулаком бил.

Сразу видна разница в скорости освоения камня. Не как у меня за почти две недели «минута облегчения бега». Но я не жаловался. Стал чаще прислушиваться к ощущениям и отслеживать, когда появлялось чувство наполненности внутри. Короткие опыты показали, что так организм сообщает о готовности ещё раз использовать силу камня. Пара дней ушла на то, чтобы убедиться — меня хватает на две минуты суммарно. Часов, как у наставников, у меня не было, так что время приходилось определять субъективно, на глаз.

Что можно сделать за столь незначительно время в течение дня? На самом деле не так уж мало. До чего я тоже опытным путем дошёл. Пока что я мог облегчить тело где-то на треть. А значит, выше прыгать и, как показала практика, легче переживать приземление. Заинтересовавшись последним и потренировавшись, обнаружил, что при концентрации за счёт сокращения времени пользования я на несколько мгновений могу вообще весь свой вес убрать. Главное — точно рассчитать. Потому что эта штука не влияла на мою скорость. Если я уже падал, то включать её не было смысла. А если заранее рассчитать всё верно, то во время утренней пробежки, когда возвращаемся, мог проскочить особо неприятный участок, где чуть ли не вертикально приходилось карабкаться.

Мелочь, но она стала важна с четвертой недели, однако перед этим кое-что случилось на третьей.

Началась она с того, что Проф наш огорошил:

— Наставник Стропо, — сказал он в конце лекции, — сообщил мне, что вы слишком плохо подготовлены физически и надо скорректировать план обучения так, чтобы подтянуть эту дисциплину. Поэтому на следующие две недели у нас с вами не будет занятий. Но, чтобы вы совсем не отупели, каждый берет по учебнику и должен прочитать его за отведенное время. Спрашивать буду со всей строгостью.

Книги он нам тогда же и выдал.

— А если не умеешь