Янтарный меч 1-4 - Ян Фэй

падали на плечи и падали водопадом. Такой цвет волос был редкостью у Ауина, а его волосы имели темно-фиолетовый оттенок.

Брат. – Принцесса Гриффин прервала его, это было не то, что она хотела услышать: – Архиепископ Вуд говорит, что у вас есть решение для хаоса на севере. Ты собираешься заключить со мной сделку? –

Старший сын короля остановился, затем серьезно кивнул.

Точно. –

— Вы должны понимать, что это невозможно, Принцесса Гриффин нахмурилась, но ее тут же перебили. Принц Левин улыбнулся: — Я понимаю, Гриффин, но ты не угадала. Я не пытаюсь предложить это как условие чего-либо, как насчет того, чтобы вы двое послушали, что я думаю? –

— О чем ты думаешь, брат? Принцесса слегка испугалась.

Левин кивнул, затем сказал стоявшему рядом с ним Вуду: – Господин, можно мне остаться наедине с принцессой и мистером Бренделем? –

Вуд, державший ножницы, остановился. Он посмотрел на старшего сына короля и кивнул, затем небрежно убрал ножницы. Он сказал Гриффин и Бренделю: – Ваше Высочество, я более или менее знаю, о чем думает ваш брат, и хотя это немного радикально, это неплохая идея. По крайней мере, в текущей ситуации, пожалуйста, учтите это.

Сказав это, этот бывший архиепископ Ампер Сил мягко поправил свои одежды и вышел во двор.

Принцесса нахмурилась, глядя, как Вуд уходит.

— Итак, брат, что именно ты имеешь в виду? Она спросила.

— Гриффин, как твой бывший враг, ты, должно быть, с подозрением относишься к моим намерениям, верно? Левин не ответил ей прямо, а вместо этого спросил об этом. Он звучал непринужденно, как будто шутил с другом.

Впрочем, вопрос прозвучал несколько глупо, подозрительно относиться к незнакомцам, не говоря уже о врагах, было естественно. Брендель знал, что принц не дурак, и он явно имел намерение сказать это, поэтому просто тихо ждал ответа.

Княгиня тоже это понимала, но все же кивнула: – На личном уровне я знаю, что ты из себя представляешь, и хотела бы верить тебе, брат Левин. Но вы должны понимать, что в политике нет места личным чувствам и слабости.

— Да, но ты можешь ошибаться в чем-то. Между нами нет конфликта, и, возможно, с какой-то точки зрения нам даже следует стоять вместе, Гриффин и мистеру Бренделю. — внезапно сказал старший сын короля.

Двор затих.

Княгиня молчала и глубоко смотрела в глаза мужчине, формально являвшемуся ее братом: – Брат Левин, как вы думаете, вы можете завоевать наше доверие, сказав это? –

На самом деле это было то, о чем думал Брендель, но то, что принцесса Гриффин использовала – мы – вместо – я -, немного удивило его.

— Нет, это не было ложью. Старший сын принца слегка улыбнулся: – Гриффин, твое желание разрешить хаос на севере в конечном счете является желанием положить конец междоусобицам в этом королевстве, чтобы страна могла объединиться.

Разве нынешняя ситуация в королевстве не вызвана именно тобой? – — холодно ответил Гриффин.

Это? – Левин риторически спросил: – Был ли Ауин единым и стабильным королевством еще до того, как у семьи Сейфер возникли проблемы? –

Старший сын короля вдруг поднял голову, и хотя он не мог видеть, он мог заставить людей чувствовать, что за ними наблюдают. Этот взгляд казался осязаемым, и его – взгляд – охватил всех присутствующих: – Гриффин, ты это прекрасно знаешь. Ты помнишь слова, которые я однажды сказал тебе? –

Принцесса поджала губы.

Брендель увидел, что ее брови почти сошлись вместе. Он знал, что Гриффин имела отношения со своим титульным братом в младенчестве, когда герцог Аррек заставил короля Оберга Шестого пересмотреть политику, касающуюся смены защиты в Году Астролога. В это время принцесса гостила в Зимнем замке у отца и познакомилась с братом.

Но в исторических записях об этой встрече упоминается лишь вкратце, и разговор двух детей записать было явно невозможно. Но Брендель знал, что старший сын короля прав.

Был ли Ауин когда-либо единым?

Может быть, это было.

Ауин был единым королевством с тех пор, как Эрик объединил Юг. Но со смерти первого царя до конца династии Сейфер и утраты Меча Львиного Сердца авторитет королевской семьи падал, и даже в эпоху возрождения, когда жили Святые Меча Дарий и Тульман, центральное суверенитет правительства над местными территориями был еще очень слаб.

А после того как герцог Аррек вынудил короля Оберга Шестого пересмотреть закон о смене обороны, центральная власть пошатнулась, существовавшая только по названию.

Как Ауин когда-либо был единым?

Поскольку королевство медленно разваливалось, монарх больше не мог управлять своими распадающимися государствами. И это было именно то, что принцесса хотела изменить.

— Гриффин, мистер Брендель, вы только хотите вернуть королевство к тому состоянию, в котором оно было, когда отец был еще жив? Старший сын короля продолжал: – Если это так, то какой смысл менять имена, Сейфер, Ковардо? Вы не это имеете в виду, не так ли? –

Брендель и принцесса замолчали, потому что именно этого они и добивались.

Источник разногласий между тобой и северной знатью и даже источник предательства герцога Аррека, Гриффин, проистекает из их понимания твоих амбиций. Ты хочешь провести реформы, подобные реформам Кирллуц и Санорсо, и превратить Ауина в действительно централизованное королевство. Так что, если вы когда-нибудь добьетесь успеха, это, несомненно, станет кошмаром для тех, кто сейчас у власти.

Левин ответил: – Никто не отдаст свою прибыль, поэтому вас никак не поддержат.

Нет, всегда найдутся те, кто поддержит меня, например, Рыцари Хайленда и те, кто все еще верит в идеалы покойного короля. — ответила принцесса Гриффин.

А что потом? Возможно, с обанкротившимися рыцарями и бездомными вам удастся выжить. Но Гриффин, не забывай, для тебя осталось не так много времени. Старший сын короля спокойно проанализировал: – Враги Ауина не просто приходят изнутри.

Слова вонзились в сердце Бренделя, как шип, и он не мог не сузить глаза. Да, реформа может быть для Ауина неизбежна, но опять же, врагами Ауина были не только слабые дворяне.

Борьба за время также была чем-то, чем он занимался все это время.

Принцесса подняла глаза: – А что ты, брат, можешь с этим поделать? –

Старший сын короля замолчал.

Через короткое мгновение,

Он тихо ответил: – Это просто, сделай меня королем Ауина, Гриффин.

Братья и сестры(6)

Во дворе на мгновение стало жутко тихо, за исключением Амандины, которая тихо воскликнула короткими очередями, и дамы-торговца, которая оглядывалась вокруг.

Принцесса