"Фантастика 2023-177". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Исьемини Виктор

— Сопротивление властям? — поинтересовался десятник.

— Как можно, почтенный мастер стражник, — сразу заныл воришка, — я сам, я сдаюсь. В это, как его… в руки правосудия отдаю.

— Чего отдаешь?

— Ну это, как же… себя! Себя отдаю!

Ральк только теперь как следует разглядел пойманного воришку — парень был довольно молодой, худющий.

— А ножик?

— Какой ножик? — тощий отшвырнул оружие через забор. — А нету никакого ножика! Померещилось вам, почтенный мастер стражник! Так что я признаю свою вину и отдаю это… себя в руки правосудия!

Сопя, притопали стражники. Последним появился Ропит, его опередил даже старый Эрвиль. В наказание за нерасторопность Ральк послал толстяка подобрать узел с украденным барахлом и вернуть законному владельцу. Задание это было хлопотное, предстояло еще доставить хозяина к писарю, чтобы добрый мастер своей подписью подтвердил, его имущество сохранено благодаря доблестной городской страже. Разумеется, топать через полгорода в кордегардию никому не охота, так что Ропиту наверняка предстоит попотеть, чтобы заставить хозяина явиться к писарю.

Затем Ральк велел Эрвилю отправляться на поиски выброшенного ножа, а Керту с Нирсом ждать старика и стеречь связанного преступника. Потом — всем вместе сдать злодея в каталажку, а ножик — определить, как доказательство вины. За ножик ворюге достанется дополнительно. Стража строго следила, чтобы даже такие несмелые попытки сопротивления наказывались строго и неукоснительно. Напоследок Ральк хлопнул по плечу Керта, похвалил и пообещал, что расскажет дяде о том, как парень отличился нынче. Керт просиял. Ральк, глядя на него, тоже улыбнулся — все же славно хоть иногда заняться такими делами, как ловля обычных преступников. И славно похвалить парня, который рад похвале… и заслужил ведь, точно. Все выходит здорово… если бы не Тварь…

Глава 34

Ближе к полудню в порту все стихло. Купеческие суда покинули гавань, отправляясь вдоль побережья в соседние города, оттуда встречные барки еще не прибыли. Округа тоже успокоилась. Рыбаки давно вышли на лов, их жены разбрелись по делам либо занялись хозяйством дома.

Ральк с тремя солдатами побродил по сонным улицам. Парило. Полупрозрачное марево окутало шпили церквей, нависло над черепичными крышами. Сквозь влажную дымку солнечные лучи проходили, теряя веселый желтый блеск, но сохраняя нездоровую слепящую остроту. Поднять глаза было больно, на серое небо глядеть не хотелось. Тем не менее, стены домов и мостовая источали пар, не высыхая при этом окончательно. Казалось, весь город — и облезлые стены, и булыжник под ногами, и черепица — все покрылось липкой влажной пленкой. И солнце светилось сквозь душную взвесь, словно раскаленный добела медный грош… Стражники брели, расстегнув кафтаны, и поминутно утирали лбы, смахивая липкие капли.

Наконец Ральк решил, что до полудня остается совсем немного, и можно двигать обратно. Довольно долго солдаты шагали вдоль канала, здесь было немного лучше, от воды несло затхлой прохладой. Ральк поглядывал на грязно-зеленую маслянисто блестящую воду Ораны — на волнах покачивались щепки, огрызки, проплывали радужные пятна, стебли каких-то водных растений и всевозможный мелкий хлам. Где-то притаилась Тварь, ждет прилива. Интересно, каково ей в мутной замусоренной воде? Кстати, зеленые стебли и листья в волнах Ораны очень похожи на те, что оставила Тварь в доме Рукиста Онрима. С чего решили, что это морская трава? Прилив еще не принес морской травы в Орану, а стебли — вон они. Затем стражники перешли мост и свернули в сторону от канала. Мысли Ралька обратились к Сирине. Наверное, стоило вчера встретиться с ней… Ну, может, сегодня отпустят пораньше. Можно даже попросить писаря…

Вот и площадь. Перед кордегардией толпятся стражники. Ральку показалось, что там происходит что-то необычное, и солдат зашагал быстрей. Первое, что бросилось в глаза — растерянный Керт, потирающий огромный, в пол-лица, кровоподтек. Еще несколько человек, стоявших рядом с парнем, выглядели так, словно только что побывали в потасовке — одежда порвана, выпачкана, у многих синяки и ссадины, правда, не такие заметные, как «украшение» Керта.

— Что случилось, Керт? Нирс? Что здесь произошло?

— Виноват я, мастер сержант… — промямлил Керт. — Не уберег…

— Так что здесь было? Кто это тебя разукрасил? Неужели тот мозгляк, которого мы утром?..

— Да если бы! — брякнул Нирс. Рыжий выглядел получше, только куртка вываляна в грязи, да нос исцарапан. — Напали на нас, арестованного отбили. Керту вон как рожу разукрасили… Гангмар их дери…

— Да кто напал? Неужели ворье осмелилось?

— Цеховые напали, — буркнул, походя поближе, Ропит. — Целая толпа, человек сто, а то и больше… Лично я одного точно узнал. Из цеха сапожников, живет на моей улице… Не пойму, что на них на всех нашло, а этот — сосед-то мой — всегда спокойный такой малый… А тут…

Их окружили еще с десяток стражников и принялись что-то втолковывать Ральку, но кричали вразнобой, перебивали друг дружку, и десятник ничего не разобрал.

— Так. Стоп. Рассказывайте по порядку. Вот ты, Ропит. Значит, на вас напали, когда вы вели арестованного…

— Да нет же! Меня поначалу вовсе не было, я эту дуру, ну, которую ограбили, пока уговорил сюда явиться, пока то да се…

— Говори короче, — потребовал Ральк. Он уже прикидывал, что скажет Тревер по поводу лица племянника, наверняка это будет очень скучно.

— Так вот, — продолжил Ропит. Наши привели вора уже к самой двери, можно сказать, и вдруг подваливают цеховые. Сапожники точно были, плотники…

— Кузнецы, — вставил хмурый стражник с подбитым глазом.

— В общем, окружили и тычут в этого, который арестованный. Мол, вора поймали? Разбойника? Отдавайте нам.

— Я пытался, я дрался с ними, — жалобно вставил Керт .

— Мы не отдали бы, — добавил Нирс, — да они кучей навалились. Керту вон первому в глаз, меня повалили. Наши из кордегардии выскочили, свалка началась…

— Ничего себе, — только и смог вымолвить Ральк.

— Во именно, — снова завладел инициативой Ропит. — Тут я с этой дурой подоспел, а они, ну, мастеровые, значит, уже арестованного отбили и восвояси пошли. Я ж с теткой, я — что?

— Ясно, — заявил Ральк. — Понимаю…

На самом деле он не понимал ровным счетом ничего.

Ральк огляделся — среди стражников не было ни единого, кто мог бы считаться начальником. А сам он — как-никак десятник. Старший здесь. Эта мысль Ральку не понравилась, но делать нечего. На всякий случай он осведомился:

— А из командиров кто-нибудь есть?

Солдаты молча переглянулись и те, кто стоял ближе, на всякий случай подались назад. Конечно, в кордегардии, как всегда, писарь — но он не годится.

— Никого нет? Тогда слушать меня! — Ральк постарался приосаниться. — Сейчас двинем в ремесленные кварталы. Разберемся…

Ральк решил не уводить всех, оставить солдат постарше.

— Эрвиль… и вот ты! Останетесь здесь. Остальные — за мной. Оружие держать наготове, но без команды в ход не пускать!

Ральк не оглядываясь, зашагал к району мастерских, за спиной послышался неровный топот. Что цеховые отбили арестованного преступника — этого спускать было нельзя, престиж стражи оказался под угрозой. Правда, как действовать, Ральк еще не решил. В драке преимущество мастеровых над стражей будет несомненным — да ведь уже и дрались. Обнажать боевое оружие против мирных граждан, даже если они и бунтуют — не дело. Да и не верил Ральк, что это поможет. Наверняка и у цеховых отыщется, чем защититься… взять хотя бы оружейников, у них всегда найдется в мастерских некоторое количество товара… Но в любом случае, сперва нужно разобраться — с чего бы это мастеровые вступились за воришку?

Мост, отделяющий центральный район от мастерских, был нынче перегорожен баррикадой. Перед препятствием стражники остановились. Ральк огляделся — баррикада хлипкая, взять ее штурмом — не вопрос. За баррикадой околачивалось несколько десятков мастеровых, предводительствуемых Ренкилем — тем самым старшиной ткачей, с которым Ральк защищал город от северян. А дальше… К перилам, ограждающим канал, с внешней стороны был накрепко привязан тот самый воришка, отбитый у стражи накануне.