Невеста в законе. Поймай меня, дракон - Мария Эмет

не ясно. Моя жизнь сейчас больше походит на клубок ниток, отданный коту на растерзание: такая же запутанная.

— Как ты думаешь, зачем он приехал? — спросила у Джейда, услышав его тихие шаги.

— Даже мыслей нет на этот счет. — Признался старик, усаживаясь рядом. — Но я уверен, что намерения у него хорошие. Мне кажется, мы сильно ошибались насчет него. Он… Похож на порядочного мужчину. Во всяком случае сдавать воровку королю он не собирается. У него была прекрасная возможность поймать тебя в своем доме, но герцог поступил иначе — помог сбежать.

Легче не стало. Три недели… Три чертовы недели! За это время мне нужно достать кристалл. Пора серьезно задуматься над этим. Опустить День силы никак нельзя.

— Пора укладываться, — сказал Джейд. — Пойду-ка стелить постель. И ты иди. День сегодня был сложный.

— Я не хочу спать. — Твердо произнесла я, поднимаясь.

— И что же ты будешь делать?

Пожав плечами, я направилась к двери.

— Погуляю. Подышу свежим воздухом.

— Да-да… Иди. Свежий воздух — это хорошо. Особенно когда его та-а-ак мало вокруг, — с сарказмом протянул слуга, в смеющихся глазах которого плясали озорные огоньки.

Усмехнувшись, я покинула наши комнаты и на цыпочках направилась к лестнице. Полы здесь ужасно скрипят, а будить мирно спящих эльфов совсем не хочется.

Словно мышка я миновала лестницу и столь же беззвучно дошла до черного входа, ведущего на задний двор.

Приятная прохлада и запах цветущего сада заставили меня улыбнуться. Я спустилась по ступенькам и пошла по дорожке из камушков. Что-то манило меня в глубь сада. Повинуясь этому чувству, я ускорила шаг и вскоре оказалась подле беседки, увитой виноградом. Внутри на ажурной скамеечке сидел Валтор. Он задумчиво смотрел на меня.

— Ой… — сразу растерялась я.

— Ой, — кивнул Валтор. — Ну-с, расхитительница сокровищниц, поведаешь мне свою историю?

— Куда же мне деваться? — смеялась, проходя внутрь. Сев подле дракона, я сорвала кисточку винограда с нависающей надо мной грозди. — С чего начать?

— С главного. — Был серьезен мужчина. — Зачем тебе кристаллы? Хочешь восстановиться в обществе? Отомстить злопыхателям?

Я откровенно веселилась, отрицательно качая головой. Герцог хмурился, продолжая:

— Богатство?

— Не-а…

— Власть?

— Упаси господне…

Он замолчал, смерив меня тяжелым взглядом.

— Не сочти меня за идиота, — начал он вкрадчиво, — ты… Не Дакота?

130

Открыв рот от удивления, я долго думала над ответом. Можно ли ему верить? Раскрыться или сохранить тайну?

— Ты не Дакота. — Более уверенно сказал он, не сводя глаз. Мужчина обхватил мое лицо и аккуратно повернул его к себе. Зеленые глаза, казалось, исследовали каждый миллиметр, пытаясь найти ответ на догадку. — Или Дакота?..

— Теперь уже Дакота. — Ответила я, убирая его руки. Он выжидающе молчал. Осознав, что мне никак не отвертеться, я начала: — Настоящей Дакоты Эверджин, на который ты хотел жениться, действительно больше нет. Точнее… Я просто не знаю, где она. Я попала в это тело тогда, в храме.

Слова давались с трудом. Во мне бушевало выработанное за жизнь недоверие к чужим людям и странная, но при этом железная вера Валтору. Во всяком случае молчать я не собиралась.

— Тогда я жутко перепугалась и убежала. Мой мир совершенно другой. В нем уже нет карет, столь жестких манер, явного разделения на слои общества… И самое главное — в нем нет магии. Вообще никакой. Первое время я была убеждена в своем сумасшествии.

Элфорд слушал не перебивая. Мне даже казалось, будто он не дышит. Его глаза с каждым моим словом все шире и шире раскрывались.

Я замолчала, поглядев на него с немым вопросом.

— Что ж… — он прочистил горло. — Это многое объясняет.

— Неужели все настолько плохо?

Мужчина загадочно улыбнулся.

— Не всякий заметит. Но я-то догадался. Тебя выдавали манеры. Они, мягко говоря, страдают. Ты совершенно не умеешь танцевать вальс. Дакота же всегда славилась этим. Однако во всем остальном ей были присущи грубые движения, полное отсутствие пластики и грации. С тобой все иначе. Я промолчу про возникшую из ниоткуда магию, про тягу к театру и цирку… Мне подлинно известно одно — настоящая Дакота бы ни за что не убежала с нашей свадьбы. — Он резко оборвал повествование и отвел глаза, словно думая, договаривать или нет?..

— Ну же… — не сдержалась я.

— Она была влюблена в меня. Писала огромное множество записок, которые подкидывала мне на балах и званых ужинах. Все было настолько запущено, что однажды я не выдержал и пошутил по этому поводу. Но её это сильно задело. Но не в этом суть. При выборе жены я сразу же обратился к Эверджин. Молодая аристократка из хорошей семьи, которая, ко всему прочему, испытывает столь сильные чувства ко мне… Идеальная партия. — Дракон последовал моему примеру и сорвал виноград — всю огромную гроздь. Уложив ту на скамейку между нами, он закончил: — Которая вдруг сбежала, когда была так близка к исполнению мечты.

Согласна, выглядело это крайне подозрительно. Странно, что Джейд не знал про записки. Видимо, Дакота хорошо скрывала свои чувства.

— Значит, ты попаданка… Вот почему ритуал на крови тебя не берет! Кровь Дакоты, но душа-то не её. Все сошлось. Тебе повезло. Это спасло тебя и немного запутало меня.

Мы замолчали. Просто сидела друг напротив друга и глядели в глаза, поедая виноград. Он был очень сладким и сочным. Давненько я такого не ела.

— Из тебя получилась отвратительная воровка, — беззлобно сообщил мне мужчина.

— Потому ты до самого конца не мог узнать меня? — вернула шпильку я.

— Так я знал!

Виноградина выпала из пальцев, так и не достигнув рта. Она задорно плюхнулась на скамейку, а после поскакала по полу беседки, скатившись в кусты. Наблюдая за её коротким путешествием, я говорила про себя: «Он знал… Он все это время все знал… Знал!!!».

— Как? Каким образом?

— У тебя было много промахов. — Признался дракон. — Догадался я ещё в поместье Эверджин. И знаешь как?

Быстро мотаю головой, ибо очень хочу получить ответ. Многозначительно поиграв бровями, он выдает:

— «У вас отличные духи»… «Благодарю, мне очень приятно»… «Где купили?»… «„Лавка Дяди Джонса“. Аромат номер триста шестьдесят пять…»… — он получал удовольствие от моей реакции. Кажется, моё лицо