Охотник И Его Горгулья - Елена Ларичева

И я, кляня себя за тупость, принялся плести чары. В небо взлетели переливающиеся радужные буквы "С Т О Й!" и помчались к кораблю.

Мой сигнал заметили и остановились. Я замер на носу лодки. Но долго расслабляться мне не позволили.

- Приятель, заплати-ка сейчас, пока ты не полез выяснять отношения, - окликнул меня Эдр. Я счел его просьбу разумной.

- Только не забудь, ты обещал дождаться, - сказал я, уже мало веря в свои слова. Этот тип тоже в них не верил, только усмехался в бороду и кивал.

Доплыли. С "Альбатроса" на тросах спустили подъемную люльку - нечто среднее между лодкой и ванной - металлическую, громоздкую, с перилами и откидными сидениями по периметру. Уже не пытаясь унять внутреннюю дрожь, я ступил на подъемник и махнул рукой - тяните.

На палубе на меня глазели с любопытством: что за взъерошенный малинововолосый чудак вздумал остановить корабль?

- Мне нужно видеть двоих! Нет, троих. У них может быть моя горгулья! - выпалил я капитану, высокой тощей как сушеная вобла женщине с острыми резкими чертами лица. Я обратил внимание, что ее форма бирюзового цвета с вышитыми якорями на широком воротнике и манжетах, с сияющим парусником на груди была пошита из такой дорогой ткани, какую себе не всегда могли позволить самые богатые купцы и чародеи (уж я-то знаю: сам вел дело о хищениях).

- Тебя к ним проводят, - ответила капитан, и тут же сама, перегнувшись через перила, дала знак Эдру отплывать.

- Стой! Мне надо будет… - начал я.

- Так спешил, и сразу рвешься нас покинуть? - мне не понравилась ее улыбка. - Ситэн! - она кивнула одному из матросов. - Отведи нашего пассажира туда, куда он так стремится.

Меня довели до двери каюты и оставили одного. Я взялся за ручку, глубоко вздохнул и дернул ее на себя, даже не додумавшись прощупать помещение.

- Три часа сорок восемь минут, - ехидно доложил в темноте знакомый низкий женский голос. - Так-то, Ванитар, ты меня ценишь! Мог бы и раньше найти!

Я обессилено привалился спиной к стене и тихо выругался. Эта поганка еще и издевается!

- А спасать меня от этих троих кто будет? - не унималась Нюка.

- Я тебя сам в зверинец продам, ворона ты дрессированная! - фыркнул я, собираясь выпустить светляка. Но меня опередили. Просторная каюта осветилась лампами. А на уютном лимонно-желтом диване прыснули со смеху трое: Тирель, Фехай и… Виреса! Сердце загудело тяжеленным колоколом.

- Подлецы! - топнул я ногой. - Я тут чуть не поседел со страха и волнений, а вы!…

- Подожди, ты что, даже не понял, что это мы Нюку "похитили"? Мы специально магический след оставили, столько улик накидали, - не переставая смеяться, с трудом выговорил Тирель.

- А на "месте похищения" моя заколка лежала, - добавила Виреса. В ее фиалковых глазах стояли слезы.

- Никакого места похищения я не видел. Мне вообще про случившееся малявка сказала, та, которая эту курицу-переростка разглядывала! - метнул я свирепый взгляд на получавшую истинное удовольствие от происходящего горгулью. - Я от трактира сразу в порт примчался.

Они еще смеют издеваться, бессердечные.

- И это говорит Охотник, Преследующий! Позор! - хрюкнул Тирель. - Расскажу Ньего, он тебя в помощники разжалует!

Я вяло улыбнулся. Накопившиеся на сердце камни лавиной сыпались куда-то вниз.

- Дорогой мой! - ехидно отозвалась Нюка. - Выходит, ты меня предпочел Виресе, раз сломя голову ринулся догонять? Спасибо, миленький!

Я промолчал. У меня не было больше сил с ней препираться. Не обращая внимания на этих наглецов, я подсел к Виресе, обнял ее. Она молча уткнулась мне в плечо, вцепившись пальчиками в мокрую от брызг рубаху, и я понял, что не зря проделал такой путь. Всевеликий, как же я по ней соскучился!

- Вы что, пробрались сквозь туман? - спросил я Тиреля, по-прежнему не выпуская из объятий любимую.

- А ты думал, мы пропустим самое интересное? - улыбнулся напарник. - Поначалу мы тоже застряли у стены. Только попали в другую гостиницу. Мы подвезли до перевала ее хозяина. Он-то и проболтался про тоннели, выбитые в скалах и ведущие к городу. В них тумана не было. Мы уже собрались туда лезть, как подоспела Нюка.

- И мы обо всем договорились! - обрадовала меня горгулья. - Это была моя идея!

- Да, - кивнул Тирель. - Спуститься вниз было делом техники. К тому же не забывай, два огнеметателя всегда разыщут третьего. У нас имелось все охотничье оборудование! Мы шли по показаниям магохода. Порядком испачкались и набили немало шишек в этом гадостном тумане, но ее дом разыскали.

- Представляешь мое удивление, когда из тумана ко мне вышел Тирель! - счастливо улыбнулась Виреса. Я еще крепче прижал ее к себе.

- Конечно, - кивнул этот наглец. - Нюка вернулась к тебе, а мы остановились у Вирескиных родителей.

Мерзавцы! Подлецы! Но как же я их всех обожаю! Главное, все живы-здоровы и рядышком со мной! Что еще необходимо для счастья?

- А "похищение" задумали, чтобы никто из вас двоих не вздумал струсить перед лицом жрецов неназванных, - вставил свое слово Фехай. - Я чувствовал себя виноватым, что невольно разлучил вас.

- Едва сошел туман, мы перебрались на корабль ждать сигнала, - продолжил Тирель. - Дальше ты знаешь.

- У меня не получается на вас сердиться, - признался я. - Что с вами делать, если вы такие?

- Ценить и снова ценить! - назидательно заметила горгулья.

- А почему именно остров Хмурого Вулкана? - я поцеловал Виресу в макушку и продолжал допытываться.

- А про это ты забыл? - любимая на миг отстранилась. Перед моим носом вспорхнула тонкая смуглая ручка с предсвадебным браслетом из старинного клада. - Или мне суждено сойти с ума от неразделенной любви? - почти сердито вопрошала Виреса.

Я поцеловал ручку и шепнул:

- Помню.

- По дороге туда на острове Утренних цветов находится самый близкий к нам храм неназванных, - пояснил Тирель.

Два больших крыла по шесть моторов в каждом и два малых - по четыре мотора вспенивали воду вокруг корабля, щедро выплевывали пламя, ничуть не пугая летучих рыб, плывущих косяком навстречу. У малышек тоже были крылья и яркие золотисто-зеленые хвосты. А еще рыбы пели, не так как дивницы мелодично и печально. Летучие рыбы почти по-воробьиному чирикали, забавляя команду прыжками и кувырками. Они приветствовали корабль, как близкого друга, и легко прощались, не в силах угнаться за крылатой, пышущей пламенем махиной.

Три дня на корабле для меня пролетели незаметно - слишком спокойно и мирно. Я таял от счастья, не замечая окружающих, лишь изредка выбираясь на палубу, когда Виресе хотелось подышать морским воздухом. Но "Лунный Альбатрос", хоть и заходил в порты всех встречных островов, оказался деловым кораблем, перевозившим грузы и важную корреспонденцию, поэтому шел достаточно быстро.