Лестница в небеса: Led Zeppelin без цензуры - Ричард Коул

Из участка Питер позвонил Стиву Вайссу, который незамедлительно постарался вытащить нас оттуда. Через два часа нас освободили под залог в двести пятьдесят долларов за каждого. Лимузин встретил нас у входа в тюрьму, и мы вернулись в отель.

— Какая хрень! — орал Питер. — Что Грэм хочет этим доказать?

Бонзо лишь покачал головой.

— Ты заметил, что он дождался второго концерта, и только потом спустил на нас полицию? Он не захотел терять деньги из-за ареста.

— Лучше свалим из этого города, — сказал Питер.

Через два часа мы уже были в воздухе по дороге в Новый Орлеан.

Время работало против нас. Инцидент рассматривался в суде нереально долго. В конце концов, мы получили приговор о тюремном заключении и были выпущены на испытательный срок.

Билл Грэм негодовал по поводу мягкого приговора.

— Не могу поверить, что эти парни могут надрать зад кому угодно, а судья говорит им: «Ступайте!», — говорил он прессе.

Карты всегда благоволили группе, как и в этот раз.

На следующие выходные нам предстояло играть на стадионе в Новом Орлеане. Губернатор Луизианы планировал сделать нас «почетными полковниками». Здесь приём был гораздо более тёплым, чем в Калифорнии.

Вскоре после того, как мы въехали в отель, Роберту позвонила жена. Я перевёл звонок в его номер. Через несколько минут Роберт появился в моём дверном проёме в прострации.

— Что случилось? — спросил Бонэм.

— Карак, — ответил Роберт. Он с трудом добрался до стула и опустился на него. — Мой сын умер.

54. Траур

Мы были потрясены новостями о смерти Карака Планта. Никто и слова не сказал против возвращения Роберта в Англию, несмотря на то, что пришлось отменить семь концертов американского тура.

Я попытался организовать отлёт нашего самолёта немедленно, но пилотам не хватало времени получить разрешение на трансатлантический перелёт. Я позвонил в нью-йорский офис, чтобы обсудить, как отправить Роберта домой. Пока я ждал ответного звонка, мы все старались поддержать его. Но это было непросто.

Роберт хмуро рассказал нам то, что смог узнать от жены по поводу смерти пятилетнего сына. Карак подхватил инфекцию дыхательных путей, и за сутки его самочувствие ухудшилось. Вызвали скорую помощь, но Карак умер по дороге в больницу.

— Давайте посмотрим на вещи со стороны, — говорил он. — У меня куча денег и слава, но нет больше сына. Зачем мне всё это?

Пока он говорил, слёзы катились по его щекам. Он не терял самообладания, но боль в душе была адская.

Led Zeppelin не были организацией, в которой легко делились чувствами. Кроме как «прости», мы редко задумывались, что можно ещё сказать. Роберт испытал самую опустошительную потерю в жизни. Мы это знали. Каждый подошёл и обнял его, поддержал и дал понять, что мы рядом.

Как глупо, подумал я, что в этот раз тур сопровождался суматохой и враждебностью. Члены группы отдалились друг от друга. Постоянно возникали трения, ссоры и злоба. Тем не менее, когда ударил кризис, который задел всех, распри и раздоры в момент исчезли.

Зазвонил телефон, я узнал, что у Atlantic-Warner Brothers есть корпоративный самолёт, но его отдали Джимми Картеру. И я решил заказать билеты на обычный коммерческий рейс до Лондона через Ньюарк. Роберт попросил Питера взять кого-нибудь с собой.

— Только назови, — ответил Питер. — Кого ты хочешь взять?

Роберт попросил Джона Бонэма поехать с ним, также Денниса Шихэна, личного помощника, и меня. Деннис помог упаковать маленькую сумку, и мы отправились в аэропорт. Через час мы сели в самолёт до Ньюарка, в котором пересели на рейс до Хитроу.

Мы летели первым классом, во время рейса почти не разговаривали. Каждый думал о своём. Я размышлял о том, что будет с Робертом, оправится ли он от потери. Авария на Родосе еще не стёрлась из памяти, а теперь случилась эта страшная трагедия. Встанет ли Роберт на ноги? И даже если сможет, что станет с Led Zeppelin?

Роберт попытался поспать, но не получалось. Пару раз он вздрагивал, просыпаясь, затем склонял голову, словно горюя над смертью Карака. Бонзо сидел рядом и держал Роберта за руку.

Когда мы приземлились, Бонзо и Роберта встретил частный самолёт, доставивший их в Бирмингем. Лимузин отвёз их в дом Роберта, где они оставались до похорон. Я поехал к себе, на следующий день купил костюм и приготовился к поездке в Бирмингем.

Похороны состоялись в конце недели. За исключением Роберта, Бонэм был единственным членом группы, кто присутствовал на церемонии; Джимми, Джон Пол и Питер до сих пор находились в Штатах. Роберт так страдал на похоронах, выглядел измождённым. Он не терял самообладание, но глаза были красные и опухшие.

После похорон мы вернулись на ферму Роберта. Он спросил меня, где Питер, Джон Пол и Джимми, и был сильно разочарован тем, что никто из них не приехал, особенно Джимми, его соавтор.

Я тоже был удивлён их отсутствием. Может быть, им пришлось остаться из-за бизнеса, или же им не нравилось ходить на похороны и иметь дело со смертью. Но Роберт однозначно хотел их видеть.

В час дня я вместе с Робертом и Бонзо сидел на лужайке возле дома Планта, мы пили виски и пытались говорить о хороших временах, но это было непросто. Роберт был поглощён мыслями:

— Я ничего не понимаю, почему Карак?

Перед тем, как уйти, я сказал Роберту, что скоро позвоню.

— Мне нужно подумать и понять, что творится.

Мы обнялись. Я залез в лимузин и поехал в Лондон.

Сразу же пресса вспомнила о «проклятье». Лондонский таблоид процитировал какого-то экстрасенса, который напророчил ещё более худшие события в жизни группы. Диск-жокей из Чикаго заявил, что «если Джимми Пейдж не прекратит свою мистику и фокусы с оккультизмом и не перестанет заигрывать с силами зла, то Led Zeppelin смогут сконцентрироваться на музыке».

Я сомневаюсь, что Роберт считал, что увлечение Джимми в оккультизме является виной в трагедиях его жизни за последние два года. По крайней мере, он никогда мне об этом не говорил. Я уверен, он слышал о домыслах и задумывался иногда об этих вещах. Но на проклятие и сглаз он точно не сваливал всю вину.

Что касается Джимми, его злили разговоры о плохой карме группы или проклятиях.

— Люди, говорящие такие вещи, просто понятия не имеют об этом, — сказал он мне. — И Роберт не должен слышать эту чушь. Много негативного случилось за последнее время, но что случилось, то случилось. Зачем им нужно делать нам хуже? Пусть Роберт скорбит в покое!

Тем, кто верил в легенды о сглазе группы, дров подкинули в сентябре, два месяца спустя после смерти Карака. Бонзо выпивал в пабе возле дома. Глубоко за полночь он сел в машину и поехал домой. До дома оставалось меньше трёх километров, когда он попытался проскочить изгиб на дороге на высокой скорости. Машина потеряла управление и уткнулась в канаву.