Стивен Эриксон Кузница Тьмы - Карбарн Киницик

Атран была женщиной умной, она обычно игнорировала Хилиз и заигрывала - к его очевидному неудовольствию - с Айвисом, вовлекая и Сендалат в издевательский заговор против несчастного мастера оружия. Это и было единственным развлечением во время обедов. Но в отсутствие капитана Атран впадала в уныние, пила слишком много и мрачно молчала; к концу трапезы она с трудом стояла, не говоря о том, чтобы идти.

Сендалат успела изучить обитателей дома, их места в иерархии. Все было слишком сложно, ненадежно и порядком смешно. Ее непрестанно осаждала скука. Непонятно, как изменятся дела с приездом лорда, но как-то изменятся - потому она ожидала его с нетерпением.

Почти пора было идти к ужину. Она сидела в своей комнате, поджидая двух горничных. Они уже опаздывали, что было необычно, хотя еще не казалось дерзостью. Хилит, вероятно, нашла им какую-то неотложную работу, проявив все свое имение подгадывать время: причинение неудобств заложнице стало у Хилит навязчивой идеей.

В доме было тихо. Встав, она подошла к окну во двор. Капитан Айвис еще не вернулся. Трапеза обещала стать ужасной: лекарка напьется, Хайдест и Вент перейдут к злословию в адрес отсутствующего мастера оружия, а Хилит, разумеется, будет их украдкой раззадоривать. Сендалат уже почти видела блеск удовольствия и удовлетворения в глазенках карги, слышала, как лязгают ножи, скребут по тарелкам, разрезая нежное мясо.

Она надеялась, что Айвис вернется вовремя. Само его присутствие казалось стуком кулака по столу - он заставлял замолчать всех, кроме Атран. Сендалат завидовала умению лекарки поддразнивать жертву. Ее вожделение было настолько заметным, что казалось почти забавным; недовольство Айвиса тоже было заметно, и Сендалат начала подозревать, что тот положил глаз на совсем другую даму.

Сендалат считала себя хорошенькой; замечала, как солдаты проводят ее взглядами на прогулках по двору, помнила, как нежно они выносили ее из кареты, когда жара полдневной поездки оказалась слишком сильной. Айвис тогда рассказал ей о дочери, но оказалось, что соврал, пытаясь быть заботливым. Она подозревала, что его забота однажды понадобится, и находила это его великодушие привлекательным.

Но где же служанки? Скоро зазвонит колокольчик. Первые блюда уже готовятся на кухне, а Сендалат проголодалась. Она подождет еще немного, а если Рильт и Зул не покажутся... что ж, она так и сойдет в столовую неопрятной и постарается выдержать взгляды торжествующей Хилит.

Хилит вышла из комнат в коридор. Заметила пыль там, где пыли быть не должно. Рильт заслужила порку - по задним частям бедер, где больнее всего, а рубцы и кровавые полосы незаметны под туниками. А Зул не обманет Хилит - девица каждую ночь встречается с парой или тройкой дом-клинков за казармами, зарабатывая деньги, мечтает уехать подальше. Но Хилит нашла тайник с ее сбережениями, и если денег скопится много, украдет всё и никому не расскажет. Задержка на целую зиму станет достойным наказанием, а если Зул станет раздвигать ноги десять раз за ночь и ходить с красными глазами... что же, поделом шлюхе мука.

Свернув в коридор, что ведет к лестнице, она увидела на полу плачущую над разбитым коленом Злобу. "Неуклюжее шлюхино отродье, жаль, что не череп разбила. Мерзкое создание, мерзопакостное". - Ох, милая, - заквохтала она с улыбкой, - какая ужасная ссадина, вот беда.

Злоба подняла голову, глаза снова наполнились слезами.

Что-то новенькое. Хилит никогда не видела гнусных дочек лорда плачущими. Им позволялось бегать где хочется, как дикаркам, их избавили от порки, хотя Хилиз именно этого и хотелось - вбить в мерзавок подобающее смирение и уважение. Дети должны походить на испуганных кроликов, только это научит путям мира и покажет, как нужно выживать.

- Больно, - хныкала Злоба. - Госпожа Хилит, наверное, тут перелом! Не посмотрите?

- Я готовлюсь к трапезе - думаешь, мне нужна грязь и кровь на руках? Иди к лекарке или к целителю из казарм - вот где тебе будут рады.

- Но, госпожа... - Злоба вдруг вскочила, вставая на пути Хилит.

Хилит фыркнула: - Какой уж перелом... - Звук сзади, она начала поворачиваться. Что-то вонзилось в спину, вышло назад и вонзилось снова. Боль заполнила грудь Хилит. Ощутив невозможную слабость, она одной рукой ухватилась Злобе за плечо, но девица со смехом увернулась.

Хилит упал на пол. Она ничего не понимала. Она едва могла оторвать лицо и руки от полированного пола, и были грязь и пыль между досок. Рильт нужно высечь. Всех нужно высечь.

Зависть поглядела на ножик в руке, увидела, как застыла кровь жалкой старой ведьмы на отполированном стальном лезвии - бусинами, будто вода или масло. Потом поглядел на Хилит, что лежала на брюхе, отвернув набок голову, и глаза смотрели на Зависть, ничего не видя.

- Хватит пялиться, - зашипела Злоба.

- Нужен нож побольше, - сказала Зависть. - Этот не для мужчин.

- Для Хайдеста сошел!

- Он недомерок. А вот Вент настоящий мужчина. И Сетил. Айвис...

- Айвиса нет. Я послала его в сон. Теперь я так могу. Легко.

Они были все в хлопотах. Резня в прачечной. Убийства в каморках горничных. Мертвая повариха, мертвые поварята - Зависть украла этот нож несколько месяцев назад и думала найти в кухне получше, но те оказались уж слишком большими. Хотелось бы ей быть сильнее, но пока всё идет отлично, ведь можно бить сзади, пока Злоба отвлекает жертву. Стать убийцей оказалось легко.

- С мужчинами будет трудно, - повторила она.

- Бей в горло, - посоветовала Злоба. Окунула палец в лужицу натекшей из-под тела Хилит крови и снова испачкала колено. - Теперь Атран. Идем, пока не зазвонили к ужину.

Узнав от капрала Ялада, что Айвис блуждает в лесу, Атран начала считать предстоящую ночь черной дырой, и сразу замаячило забвение, соблазняя ее и побуждая к поискам. Решив, что не стоит ждать первого бокала вина за ужином, она ушла в лекарскую и налила в глиняную кружку славную дозу чистого спирта. Добавила немного воды и ложечку порошка ягод нез. Выпила половину микстуры и встала, покачиваясь, пока не нашла спиной стену. Принялась ожидать, пока пройдет первое ошеломляющее жжение. Еще через пару мгновений ощутила действие ягод.

Щепотка черного порошка на язык потерявшего сознание мужчины заставит того вскочить через одно сердцебиение; но она употребляла его так долго, что тело попросту как бы начало расплываться. Приятная теплота заполнила ноги и руки. Выпивка влечет в сон, но порошок держит ее бодрствующей, полной диких сил. Не будь в крови алкоголя, знала она, ее сейчас трясло бы - нервы напряжены, зрение мутится. Как-то она видела мужчину, который под порошком нез выломал дубовую дверь.

Ее ожидает забвение восхитительное, особенно если удастся сохранить прямой путь. Ягоды нез отпускают быстро и яростно, она пошевелиться не сможет целый день, упав где получится, но не будет и снов. Она была довольна такой сделкой.

Айвис ушел на ночь. Она не смогла его затронуть, хотя открыто показывала любовь - он просто не интересуется, именно равнодушие ранит Атран, словно копье пришпиливает тело и душу к земле. Она знает, он взял в койку какую-то женщину - интересуйся он мужиками, она поняла бы и не стала бы так обижаться. Но нет. Именно к ней в нем нет интереса.

Она не уродина. Может, чуток худощава, и становится все тоньше, ведь ягоды нез пожирают запасы; но лицо ровное, без торчащих углов и морщин, и щеки не запали. У нее зеленые глаза, которыми мужчины склонны восхищаться, а резкость, которая их смущает, давно пропала, утонула навек. Острый ум - нежеланный дар, если ты ищешь одурения.

Злоба, хромая, вошла в лекарскую. - Атран? Я повредила колено! Иди скорее - я сама не могу!

Хирург моргнула. - Чушь, - сказала она, не пошевелившись.

Девица нахмурилась. - Чего?

- Это артериальная кровь, и это пятно, а не струйка. Повариха зарезала очередную свинью? А ты мерзкая мелкая гадина, поняла?

Злоба уставилась на нее - и не спеша распрямилась. - Просто шутка, - сказала она.

- Иди с глаз моих.

Девица нахмурилась. - Отцу не понравится, когда я расскажу.

- Отец тебя не любит, и какого хрена ему будет до того, как я с тобой говорила?

- Мы тебя убьем, - сказала Злоба. Зависть вышла из-за ее спины, Атран увидела в руке окровавленный нож.

- Что вы, дуры, натворили? Кому навредили? Где Обида?

Зависть рванулась к ней, поднимая нож.

Рука Атран мелькнула, поймав запястье девушки и переломив. Она тут же ухватила ее рукой за глотку и швырнула через комнату. Зависть упала на стол, спина выгнулась над краем - стол отлетел и перевернулся.

Злоба с визгом рванулась в атаку.

Шлепок ладонью заставил ее упасть. Атран обернулась и увидела, как Зависть поднимается с пола, что невозможно - у девки должна была сломаться спина, лопнуть как веточка. Но вместо того нечто темное и злое истекало из девки, сочилось из рук, ног, из темных глаз. Щупальца ужасного колдовства тянулись, хлеща как когти. Сломанное запястье срасталось на глазах, плоть шевелилась под алой кожей.