Бесконечный Танец - Светлана Зимина

Поймав нужную нить, он скользнул по ней, перемещаясь в другое измерение вслед за заклинанием через портал, которым обычно передвигались довольно старые магические существа. Те, кто был в этом мире задолго до демонов. Феи еще помнили это.

И чуть не подпрыгнул, когда жуткий холод жадно вонзился в его тело. Фея моментально сплел заклинание, но они не сработали. Лёд словно блокировал его магическую силу. Придётся мерзнуть, понял он и огляделся. Кругом громоздились глыбы льда, прозрачного, зеркального и радужного. Холодное белое солнце заставило фею зажмуриться. Что ухудшало положение, лёд отражал этот слепящий свет.

Зеленоглазый с трудом адаптировал своё зрение, понимая, что долго в этой слепящей лёдяной пустыне не выдержит.

Он медленно приоткрыл глаза и замер. Прямо перед ним возвышалась глыба льда. Совершенно прозрачная, она почему-то не искажала и не преломляла свет как остальные.

А внутри… Изящная стройная фигура в знакомом мундире. Руки судорожно сжаты, словно, он пытался остановить заклятие.

Фея, с любопытством поднял взгляд на его лицо. Чистые аристократические черты лица. Очень красивое, окруженное шапкой тёмно-золотых волос. Благодаря шутке льда, волосы выглядели так, словно лорд застыл под водой. Светло-синие глаза удивлённо смотрели на того, кого здесь не было.

– Какая красота, – невольно вырвалось у феи, и он даже раскрыл крылья, в которые невольно кутался. Как все феи он ценил прекрасное в естественной природе. И сейчас демон напоминал ему красивые камешки, которые получались из золотистой смолы, когда та застывала и солнечными искрами радовала взгляд. И он просто не мог не восхититься этой картиной.

На правой щеке Януса теперь уже навечно застыла длинная царапина и несколько капель крови весело искрились у его лица. Видимо зацепило чем-то когда заклинание ударило по нему.

Фея стоял перед глыбой льда и напряжённо смотрел на лицо почти мёртвого демона. Раньше ему казалось, что синие глаза живут на этом лице, теперь же он бы сказал, что они потухли.

– Ты говорил, что ненавидишь холод, – пробормотал он и поднял голову прямо к слепящему солнцу. Зеленоглазая фея не закрывал глаза, словно, собираясь ослепнуть. Слабая улыбка, полная дьявольского сарказма, исказила его губы. Тихий шёпот морозным облачком соскользнул с них:

– Ты ведь тоже не хочешь его потерять? Он нам нужен. В нем так много от тебя, огненная звезда. Так же обжигает, если приблизиться слишком близко. Так отдай мне свою силу. Он так похож на тех, кого называли твоими детьми.

Фея дотянулся до солнца своей силой, преодолев преграду льда, и с удовлетворением ощутил обжигающий жар. Правда он немного сомневался, что сможет преодолеть столь мощное заклинание, но почему-то ощущал, что должен, просто обязан, попытаться. Может, на него так повлияла заключенная Сделка? Или… ему просто нравиться этот полусумасшедший демон? В нем ведь явственно есть что-то такое, что роднит его с феями.

Когда он почувствовал, что набрал столько силы, сколько едва может выдержать, фея сфокусировал её на нужной точке и чуть заколебался – а если он переборщил? Но колебания длились лишь мгновение, ведь если он не сделает этого сейчас, то не сделает уже никогда.

И истинное существо своего мира обрушил мощь солнца на льдину, в которой застыла одинокая неподвижная фигура.

Фея открыл слезящиеся глаза и горько улыбнулся: всей его силы не хватило. Льдина осталась абсолютно нетронутой. Но, кажется, глаза его демона снова вспыхнули. Конечно это лишь воображение, но фея был и этому рад.

И тут в тишине раздался тихий почти неслышимый треск. Этот звук нарастал, становясь всё громче и громче и, наконец, он почти оглушал. Зеленоглазый рассмеялся, чувствуя ликование, льдина разваливалась, он победил заклинание древних!

Осколки вспыхнули и разлетелись в стороны.

Фея подождал, когда ледяная пыль осядет, и медленно подошёл к телу, лежащему среди холодных сверкающих развалин. Странно, но и сейчас ему показалось, что Янус выбрал очень удачную позу для того, чтобы он мог оценить его красоту. Казалось, он прилёг отдохнуть и полюбоваться небом этого ледяного мира, небрежно закинув одну руку за голову.

Зеленый взгляд скользнул по лицу иллюзорного лорда и застыли, словно, завороженные. Царапина на щеке кровоточила; красные капли одна за другой соскальзывали с щеки и с лёгким ударом падали на снег.

Фея присел на корточки и коснулся этого кровавого ручейка, кончики пальцев окрасились, он лизнул их языком и с ликование прошептал:

– У мёртвых так долго раны не кровоточат.

«Тепло… Как тепло…»

– Что?! – фея подскочил как ужаленный.

Ресницы над тёмно-синими безднами глаз дрогнули и как-то очень медленно поползли.

«Больно! Это больно!.. Я не мог закрыть их очень-очень долго! Как же больно!»

Зеленоглазый фея теперь не сомневался – Янус был жив! Всё это время…

Внезапно он понял, что больше не слышит мыслей Януса. И за очень долгое время, что он жил, им овладело чувство очень смахивающее на панику.

– Эй! – он подхватил демона на руки. – Не смей умирать! Я столько сил потратил на то, чтобы достать тебя оттуда.

Я помнил холод. Тот самый, который показали мне воспоминания еще Соарена. Если бы я знал, что будет так плохо, решился бы я на такой эксперимент? Наверное, нет.

Я видел фею, который последовал за мной, вот настырное создание. А фея смотрел на меня, и в глазах его светилось истинное торжество.

– Теперь ты у меня в долгу, демон, – хищная улыбка.

И я содрогнулся – что могло потребовать это создание, я даже не мог представить. И… имел все основания испугаться…

Когтистые руки помогли мне подняться на ноги. А потом он исчез… растворился в солнечных лучах, как видение, но его шепот впечатался мне в сознание огненным шрифтом.

«Найди рыцаря, демон. И возвращайся.»

Тонкая фигура брела между огромных льдин. Сверкающий холодный-холодный мир. И радуги замерзают в прозрачных колоннах и причудливых изломов… И шепот, шепот, шепот окружает медленно, но упрямо движущуюся фигуру. Он буквально пытался разорвать её на части. Дергал за одежду, щипал и резал…

Фигура спотыкалась, падала и снова упрямо поднималась, цепляясь за лед. И шепот нарастал, превращаясь в гневный крик, пронзительный визг, невыносимый для уха.

Синие глаза, подернутые ледяной коркой, насмешливо, с равной шепоту ненавистью смотрели вперед, что-то выискивая…

Золотая шевелюра выглядела седой… А с рук, которыми он цеплялся за лед, капала прозрачная кровь…

Янус искал. Он внимательно слушал фею, когда тот разбивал сковывающий его лед. И его воспоминания смешивались с воспоминаниями Соарена, особенно яркими оказались почему-то сцены с Эндимионом, наследником клана Земли. Его слова для Соарена, что тот закрылся в себе, сосредоточившись на мыслях, как в броне… казалось что это Янус слышал их, а Соарен – всего лишь сон. Давний и смутный, но тем не менее важный. Сквозь ненависть ко всему, что глодала его словно довольный оборванный пес, которому неожиданно перепало мясо на кости, он вспоминал как и к чему привели его раздумья. Он должен найти источник.