История Кореи: с древности до начала XXI в. - Сергей Курбанов

Однако, несмотря на интенсивный процесс образования «новых» корейских религий, отражавший рост национального самосознания корейцев, наиболее популярным оставалось христианство[255], поддерживаемое посредством активной деятельности и финансовых средств протестантских (главным образом, американских) и католических миссионеров. К концу 1930-х годов в Корее насчитывалось около 500 тыс. корейцев-христиан. Посещение христианских церквей, помимо удовлетворения религиозных потребностей, давало корейцам доступ к образованию, медицинскому обслуживанию. Многие получили возможность отправиться в США. Христианские религиозные собрания нередко служили легальным местом проведения национально-патриотической работы[256].

Четвертым направлением движения за независимость были выступления студентов и школьников. Еще в 1919 г. корейские студенты, обучавшиеся в Токио, выступили с Декларацией независимости и продемонстрировали, что являются значимой силой в борьбе за восстановление независимости Кореи.

Как уже говорилось, в колонизированной Корее практически не существовало высших учебных заведений, кроме Столичного Имперского университета. В специальных школах (колледжах и техникумах) обучалось не так много корейцев: в 1930-е годы число студентов исчислялось 10-20 тыс. человек. Только в сфере начального образования японцы допускали более или менее массовый характер обучения корейцев: от полумиллиона до миллиона человек, согласно статистике 1930-х годов[257]. И тем не менее на протяжении всего периода колонизации Кореи выступления студентов и школьников продолжали играть важную роль в движении за независимость. Студенты создавали подпольные кружки, открыто заявляли о необходимости пересмотра программ обучения, коллективно не посещали занятия, которые вели японские преподаватели.

Иногда студенческие выступления принимали характер акций общегосударственного масштаба. Первый раз студенты приняли активное участие в подготовке так называемого «Движения за независимость 10 июня». 25 апреля 1926 г. скончался последний корейский экс-Император Сунчжон, и его похороны были назначены на 10 июня. Так же как и в 1919 г., ко дню похорон экс-Императора подпольные патриотические организации запланировали провести массовые акции протеста. В состав штаба по подготовке демонстраций входили представители самых различных организаций — чхондогё, молодежной социалистической организации (о ней речь пойдет в следующем параграфе настоящей главы), а также студентов, в том числе Столичного университета. К 10 июня было отпечатано 100 тыс. листовок, и демонстрации, начавшиеся в 8:30 утра у центральной улицы Чонно, по которой проходила погребальная процессия, распространились на весь Сеул и далее были поддержаны в различных городах страны. Однако «Движение за независимость 10 июня» не получило такого распространения, как Первомартовское.

В 1929 г. на юго-западе страны студенты развернули движение, ставшее вторым по масштабу после Первомартовского. В то время студенты и школьники объединялись во внешне безобидные «читательские общества», которые поддерживали связь между собой и позволяли быстро организовывать корейских учащихся на масштабные акции. Поводом для выступлений послужили столкновения между корейскими и японскими школьниками города Кванчжу в конце октября— начале ноября 1929 г. Массовые выступления начались 3 ноября[258]. В частности, корейские учащиеся ворвались в издательство местной газеты, печатавшейся на японском языке и неверно осветившей суть конфликта, и засыпали песком ротационную машину. К 12 ноября корейские учащиеся практически всех учебных заведений города Кванчжу присоединились к акциям протеста. Они требовали освободить всех арестованных ранее учащихся, запретить свободный вход полицейских в учебные заведения, предоставить свободу слова и печати, передать систему образования в руки корейцев. И, конечно же, из уст демонстрантов звучали призывы к восстановлению независимости страны.

Выступления учащихся в Кванчжу были подхвачены студентами и школьниками всей Кореи и не утихали вплоть до начала 1930 г. В акциях протеста были задействованы 194 учебных заведения и более 54 тыс. учащихся. В ходе подавления выступлений японская полиция арестовала 1462 человек, 582 учащихся были исключены из школ.

Быстрое распространение Кванчжуского движения студентов и школьников на всю страну произошло не без участия ряда подпольных патриотических организаций. Их деятельность относится к пятому направлению движения за независимость. В частности, большую помощь движению студентов и школьников оказало «Общество обновления» (Синганхве), образованное в феврале 1927 г. Считается, что Сииганхве было организацией социалистического толка. Поскольку вопрос распространения идей коммунизма и социализма в Корее 1920-1930-х годов имеет особое значение, и прежде всего в контексте последующих событий корейской истории, его рассмотрению будет специально посвящен следующий параграф настоящего раздела монографии.

Однако существовали в Корее и легальные организации патриотического толка, как, например, «Общество поощрения [потребления] товаров», созданное в 1920 г. патриотами Чо Мансиком (1882-1950) и Ким Донвоном, которое призывало к употреблению товаров исключительно корейского производства и отказу от курения и алкогольных напитков. В 1923 г. организация была переименована в «Общество поощрения [потребления] корейских товаров» и открыла филиалы в провинции. Однако ее деятельность не получила большой поддержки по причине обнищания корейского населения, а также противодействия японцев, приведшего к закрытию общества в конце 1920-х годов.

§ 3. Коммунистическое движение и выступления народных масс

Колонизация Кореи промышленно развитой Японией объективно приводила к расширению промышленного производства в самой Корее и, как следствие, к все большему увеличению численности новой категории населения — рабочего класса. В деревне все большее количество крестьян переходили в категорию сельскохозяйственных рабочих. Традиционная общественная мысль Кореи, имеющая многотысячелетнюю историю, регламентировала практически все аспекты личной, семейной и общественной жизни. Однако в ней, естественно, не было места для представителей нового класса рабочих.

С другой стороны, в соседней России, куда в 1910-1920 гг. переселилось большое число корейцев, в том числе и бойцов партизанской Армии справедливости, коммунисты — носители идеологии рабочего класса — взяли власть и строили новое общество. 24 сентября 1925 г. в Сеуле открылось Генеральное консульство СССР. В соседнем Китае, где также проживало большое число корейцев, в конце июля — начале августа 1921 г. была создана и начала активно действовать Коммунистическая партия Китая. В Японии такая партия образовалась 15 июля 1922 г.

В подобных обстоятельствах в самой Корее, но более всего среди корейцев, проживавших в сопредельных России, Японии и Китае, наблюдался всевозрастающий интерес к идеям социализма и коммунизма[259]. Образование Корейской коммунистической партии как раз связывают с влиянием корейских коммунистических и социалистических организаций, созданных за пределами страны.

В апреле 1918 г. во Владивостоке была образована Социалистическая партия корейцев (Ханин сахведан)[260], среди основателей которой были такие известные деятели корейского движения за независимость, как Ли Донхви (1873-1935). Одновременно по всей советской России стали создаваться корейские коммунистические кружки и организации. Наиболее сильной стала иркутская организация, созвавшая 12 июля 1920 г. съезд корейских коммунистических организаций России. Таким образом 4 мая 1921 г. в Иркутске была создана Корейская коммунистическая партия (Коре консандан)[261]. Вместе с тем в мае 1921 г. Ли Донхви, вошедший в состав Временного правительства Республики Корея в Шанхае (деятельности которого будет посвящен отдельный параграф следующей главы), создал там свою Корейскую коммунистическую партию с тем же корейским названием. Между двумя партиями, которые стали именоваться «иркутская» и «шанхайская фракции», развернулось противостояние в борьбе за лидерство. По решению Коминтерна, с которым обе партии поддерживали тесную связь, в декабре 1922 г. они были упразднены, а вместо них учреждено Корейское бюро Коминтерна (просуществовало до февраля 1924 г.), поставившее своей целью создание коммунистической партии на территории самой Кореи. Для связи с корейскими коммунистами, действовавшими в Корее, был отправлен представитель Коминтерна Чон Чжадаль.

А в это время в Корее начинали создаваться организации социалистической и коммунистической ориентации, во многом при участии патриотов, обучавшихся в Японии. В частности, 19 ноября 1924 г. было организовано «Общество изучения новый идей», т. е. коммунистических, переименованное впоследствии в «Общество вторника» (Хва-ёхве; во вторник родился К. Маркс). 25 ноября того же года студенты, обучавшиеся в Японии, создали в Сеуле «Общество северного ветра» (Пукпхунхве) как филиал корейского токийского «Общества северной звезды» (Пуксонхве), образованного 15 января 1923 г. Понятие «север» указывало на советскую Россию — источник новых коммунистических идей, изучением которых занималось общество.