Торжество тревог - Валерий Александрович Пушной

Марина удивленно уставилась в обтерханную дверь. Ощущение было таким, будто ей на голову плеснули ведро помоев. Она хотела сразу развернуться и уйти, но застопорилась и решила позвонить вновь. Между тем двери снова открылись и та же самая женщина с неопределенной фигурой, уже без фартука, в выцветшем платье, чуть сутулясь, вышла на лестничную площадку.

– Пойдемте, – буркнула Марине, защелкнула замок и стала спускаться вниз по ступеням. Всю дорогу шла молча, на лице не было никаких эмоций, как будто все, что происходило вокруг, для нее было совершенно бессмысленным. Явно погружена в собственные мысли, и эти мысли, вероятно, не радовали.

Печаева подумала, что этой женщине, видать, тоже надо все бросить и начать жить по-новому.

Вышли на улицу, направились в соседний подъезд. Он был примерно таким же, как и предыдущий. По истертым ступеням поднялись на этаж. Дверь была нестарая, металлическая, коричневая. Женщина поискала в кармане ключ и, открывая квартиру, коротко пояснила:

– Дочкина. Она с мужем переехала в другой город.

Марина осмотрела квартиру. Однокомнатная, с мебелью, не совсем новой, но в хорошем состоянии. Поймав вопросительный взгляд женщины, кивнула:

– Устраивает. Я согласна.

И только после этого женщина представилась:

– Меня зовут Зоя, – назвала ежемесячную плату и сразу перешла на «ты». – За оплатой я буду приходить к тебе сама в конце каждого месяца. Ни в коем случае не отдавай деньги мужу, чего бы он не молол языком. Этот паразит пропьет все до копейки.

– Договорились, – ответила Марина, также обращаясь к ней на «ты». – Тем более что я не знаю твоего мужа.

– Узнаешь. Этот паразит не заставит себя долго ждать, – усмехнулась Зоя, – когда появится, гони его, как таракана, прочь. – Отдала ключ и двинулась к выходу.

Марина изумленно окликнула:

– Постой, Зоя! А тебе неинтересно, кто я, откуда? Паспорт посмотреть не хочешь?

– Нет. А зачем? Я вижу, баба ты ладная, ухоженная. Какой резон тебе крутить мне мозги? Устраивайся, – отозвалась та.

– Возьми хотя бы часть месячной платы, – предложила Печаева.

– Деньги можно, если есть с собой, – согласилась Зоя.

Марина раскрыла сумочку, посчитала, положила купюры ей в ладонь. Зоя пересчитала и вышла.

Оставшись одна, Печаева достала из сумочки свернутый лист газеты, прошла в кухню и стала звонить по объявлениям с предложениями работы. Ее пригласили в три места для собеседования. Она решила посетить все три, чтобы выбрать наилучший для себя вариант. Но до конца дня успевала только в одно.

По навигатору в телефоне нашла ближайший адрес.

Фирма была небольшая, всего четыре-пять сотрудников в офисе. Директор, молодой парень, задав несколько вопросов, с ходу определил ей зарплату и объяснил, чем она должна заниматься. Предложил с завтрашнего дня приступить к работе. И несколько смутился, что она сразу не согласилась, решила подумать два-три дня.

В общем-то, условия работы Марину устраивали, хотя сейчас условия ее не очень волновали. Важнее было с головой погрузиться в дело, чтобы освободить себя от мучительных мыслей.

На второй день отправилась по второму адресу.

Здесь директором был человек немолодой. Неплохо владел правилами бухучета. Вопросы задавал грамотно и хотел получить исчерпывающие ответы. Сотрудники, которых увидала Марина, были также пожилого возраста. Директор пояснил, что он не очень доверяет молодым, ибо среди тех сведущие специалисты – редкость. Так, нахватаются верхушек и считают, что за это им должны платить большие деньги. После таких знатоков приходится долго разгребать. Дров наломают так, что мама не горюй. А ему дровосеки не нужны.

Марине сказал, что готов взять ее с испытательным сроком, чтобы посмотреть, на что способна и как вольется в коллектив. Она внутренне усмехнулась: для нее никогда не составляло труда влиться в любой коллектив. Испытательный срок для себя восприняла как оскорбление. Если директор, проведя собеседование, не понял ее профессионализма, то это была его проблема, а никак ни ее. Еще не договорив с ним до конца, она уже решила поехать в третью фирму.

Вышла из кабинета. Директор посмотрел ей в спину так, будто сказал, ишь, коза, фыркает, нет, такая мне не нужна.

Женщина поехала в третью фирму.

Здесь офис был значительно больше, чем в предыдущих. Сотрудники не рассматривали ее с ног до головы, были погружены в работу. Марине пришлось подождать в приемной, пока у руководителя шло совещание. Секретарь сидела с деловым видом, вздрагивая от каждого звонка и от всякого человека, входящего в приемную и выходящего из нее.

Марина почувствовала, что тут все боялись своего руководителя. Представила себе этакого монстра, похожего на Аспенского. Мысли о Константине неприятно кольнули. Она бы не хотела оказаться под руководством подобного человека. Впрочем, решение все равно за нею.

После совещания секретарь доложила о Марине и пригласила ее пройти в кабинет.

Печаева увидала за столом человека ее возраста приятной наружности. В синем костюме и бордовой рубахе с планкой. Ворот расстегнут. Из рукавов торчали манжеты с дорогими запонками. Он молча показал на стул против стола. У нее мелькнула мысль, на улице жара, а он так упакован. Впрочем, с кондиционером здесь можно и так. Еще отметила про себя, что во внешности руководителя не было ничего, что могло бы напоминать Аспенского, и это сняло камень с души. Села.

Он как-то странно глядел на нее, будто въедался взглядом. Сначала это ей показалось естественным, потом смешным, а затем стало действовать на нервы. Уже давно бы пора начать задавать вопросы, а он все пялился и пялился.

Марина подумала, что руководитель, видно, по внешности подбирает сотрудников. Впрочем, это не удивило, сейчас многие действуют по такому принципу: успех фирмы иногда зависит не только от умных голов, но и от красивых женских мордашек, фигур и ножек.

Она надеялась, что вполне вписывается в эти стандарты, хотя несколько полновата. Но этот недостаток с лихвой покрывается внешним обаянием и добродушием.

Марина глянула с вызовом. Руководитель сделал движение рукой и спросил об образовании и месте учебы. Она назвала институт. Тогда руководитель вместе с креслом отодвинулся от стола и неожиданно спросил о ее девичьей фамилии. Женщина, не понимая, зачем это нужно, назвала. Он качнул головой и сказал:

– Да, да, именно так, – потом вдруг спросил: – Так ты что же совсем не узнаешь меня, Марина? – Он перешел на «ты» и это озадачило ее.

Она удивленно вскинула брови, напрягла память, но не вспомнила, только проговорила:

– Вы, наверно, с кем-то меня спутали?

– Ну, конечно, тебя спутаешь, – ответил руководитель. – А ты на пианино продолжаешь играть? – спросил, и Марину это еще больше озадачило.

Она