Первое правило волшебника - Гудкайнд Терри

Ричард оглянулся на девушек. На лице его заиграли блики от факелов.

— Мне?.. А что мне с ними делать?

Кэлен глубоко вздохнула и посмотрела на огни.

— Ричард, я твой проводник. Если тебе и для этого нужны указания, тебе придется поискать их в другом месте.

Наступила тишина.

— И что, все четверо для меня?

Кэлен повернулась и увидела, как его лицо расплывается в озорной улыбке. Нельзя сказать, что эта улыбка ее обрадовала.

— Нет, ты должен выбрать одну.

— Одну? — повторил Ричард. Дурацкая улыбка все еще не сходила с его лица.

Кэлен утешала себя тем, что, по крайней мере, Ричард не собирается протестовать. Он переводил взгляд с одной девушки на другую.

— Одну... Это непросто. Сколько у меня времени, чтобы решить?

Кэлен посмотрела на огонь, на миг прикрыла глаза и повернулась к Птичьему Человеку.

— Искатель желает знать, когда он должен решить, какую женщину выбрать.

Казалось, Птичий Человек был слегка удивлен этим вопросом.

— До того, как он удалится к себе. Он должен выбрать одну и подарить нашему народу ребенка. Тогда его свяжут с нами кровные узы.

Кэлен перевела слова Птичьего Человека. Ричард тщательно обдумал услышанное.

— Очень мудро! — Он посмотрел на Птичьего Человека, улыбнулся и кивнул. — Птичий Человек очень мудр.

— Искатель говорит, что ты очень мудр, — перевела Кэлен, стараясь держать под контролем свой голос.

Птичий Человек и другие старейшины казались польщенными.

— Ну что ж, это будет трудный выбор. Придется подумать об этом. Не хочу спешить.

Кэлен откинула волосы и повернулась к девушкам.

— Искателю не так просто принять решение.

Он широко улыбнулся всем четверым и радушно подозвал их к себе. Две сели по одну сторону от него, еще две втиснулись между ним и Кэлен, заставив Исповедницу потесниться. Они так и льнули к Ричарду, клали руки ему на плечи, щупали его мышцы и хихикали. Они говорили Кэлен о том, какой он большой и какие большие дети могут от него родиться. Их интересовало, считает ли он их хорошенькими. Кэлен ответила, что не знает. Девушки принялись упрашивать ее спросить об этом Ричарда.

Она еще раз глубоко вздохнула.

— Они хотят знать, считаешь ли ты их хорошенькими.

— Конечно! Они прекрасны! Каждая по-своему. Вот почему я не могу выбрать. А тебе не кажется, что они прекрасны?

Кэлен не ответила ему. Она уверила всех четверых, что Искатель находит их привлекательными. Те ответили обычными застенчивыми смешками.

Птичий Человек и старейшины казались довольными. Все улыбались. Все шло, как они и задумали. Кэлен в оцепенении смотрела на празднество. Глаза ее следили за танцорами, но Кэлен не видела их.

Девушки кормили Ричарда с рук и хихикали. Он сказал Кэлен, что это самый лучший пир из тех, на которых ему приходилось бывать, и спросил, согласна ли она с ним. Кэлен проглотила комок в горле и, бесстрастно глядя на пляшущие языки пламени, ответила, что согласна.

Казалось, прошли часы, прежде чем к ним приблизилась пожилая женщина, на голове у которой покачивался плетеный поднос, где были аккуратно разложены кусочки вяленого мяса.

Кэлен очнулась.

Женщина, склонив голову, почтительно приблизилась к старейшинам, предлагая каждому угощение. Птичий Человек взял первый кусок и впился в него зубами. Вслед за ним и остальные старейшины взяли по куску. Жены старейшин последовали их примеру. Везелэн, сидевшая рядом с мужем, отказалась.

Женщина остановилась перед Кэлен, та вежливо отказалась. Женщина протянула поднос Ричарду. Тот взял ломтик. Все четыре девушки покачали головами и посмотрели на Ричарда. Кэлен дождалась, пока он откусил кусок, на мгновение встретилась глазами с Птичьим Человеком и снова уставилась на огонь.

— Знаешь, мне совсем непросто решить, какую выбрать. Они все такие красивые, — сказал Ричард, проглотив первый кусок. — Тебе не кажется, что ты могла бы мне помочь? Которую взять? Как ты думаешь?

Стараясь сдержать участившееся дыхание, она посмотрела на улыбающегося Ричарда.

— Ты прав. Выбор нелегкий. Думаю, мне лучше предоставить это тебе.

Ричард откусил еще мяса. Кэлен стиснула зубы и с трудом сглотнула.

— Странное мясо. Никогда такого не ел. — Ричард помедлил. Его голос изменился. — Что это? — Его интонация испугала Кэлен, она чуть не вскочила с места. Ричард посмотрел ей прямо в глаза. Кэлен не хотела ему говорить, но этот взгляд заставил ее забыть о своем решении.

Кэлен спросила Птичьего Человека и повернулась к Ричарду.

— Он говорит, это тот, кто сражался с огнем.

— Тот, кто сражался с огнем?.. — наклонился вперед Ричард. — А что это за зверь?

Кэлен смотрела в его пронзительные глаза. Ровным голосом она ответила:

— Один из людей Даркена Рала.

— Понимаю, — Ричард откинулся.

Он знал. Кэлен поняла, что он знал еще до того, как задал вопрос. Ему хотелось знать, скажет ли она правду.

— А что это за люди? Те, кто сражается с огнем?

Кэлен спросила старейшин, что они знают об этих людях. Оказалось, только Савидлин согласен говорить на эту тему.

Когда он закончил, Кэлен повернулась к Ричарду.

— Те, кто сражается с огнем, бродят по стране и заставляют всех выполнять указ Даркена Рала, запрещающий разводить огонь. Они бывают очень жестоки. Савидлин говорит, что несколько недель назад двое пришли в деревню, заявили, что огонь — вне закона, и начали угрожать, когда Племя Тины отказалось подчиниться. Они грозились, что приведут с собой других. И тогда охотники убили их. Племя Тины верит, что, если съесть врага, можно обрести его мудрость. Так ты познаешь врагов. Это главная цель подобных пиршеств. Это еще и встреча с духами предков.

— Я съел достаточно, чтобы удовлетворить старейшин?

Кэлен вздрогнула от выражения, появившегося у него на лице. Ей захотелось убежать прочь.

— Да.

Ричард подчеркнуто аккуратно отложил в сторону мясо. На лице у него снова заиграла улыбка. Обращаясь к Кэлен, он посмотрел на окружавших его девушек и обнял за плечи двух, что сидели ближе к нему.

— Кэлен, сделай одолжение. Принеси из моего мешка яблоко. Мне нужно избавиться от этого вкуса во рту.

— У тебя что, ноги не ходят? — огрызнулась Кэлен.

— Ходят. Но мне нужно время, чтобы решить, с которой из этих красавиц возлечь.

Кэлен встала, одарив Птичьего Человека негодующим взглядом, и направилась к дому Савидлина. Она рада была оказаться подальше от Ричарда и от этих девушек, которые так и льнули к нему.

Ее ногти до крови впились в ладони. Ничего не замечая, Кэлен брела мимо счастливых людей. Танцоры плясали, барабанщики барабанили, дети смеялись. Вслед ей неслись поздравления и пожелания счастья. Кэлен хотелось, чтобы кто-нибудь сказал такое, за что можно было бы от души его ударить.

Оказавшись перед домом Савидлина, она вошла внутрь и повалилась на шкуру, покрывавшую пол, безуспешно пытаясь сдержать рыдания. Всего лишь несколько минут, и она снова возьмет себя в руки. Ричард делает то, что требуют люди Племени Тины. Она сама обещала Птичьему Человеку, что Ричард это сделает. Она не вправе злиться. Не вправе. Ричард не принадлежит ей.

Кэлен рыдала от отчаяния. Она не имеет права на это чувство, не имеет права злиться на него. Но она злится. Она в бешенстве.

Она вспомнила, что сказала Птичьему Человеку: беда создана ее собственными руками, последствия падут на нее, последствия, которых она так боится.

Ричард делает лишь то, что необходимо, чтобы собрать совет.

Необходимо, чтобы найти шкатулку и остановить Рала. Кэлен смахнула слезы с глаз.

Но зачем он так радуется? Неужели нельзя было обойтись без этого?

Кэлен отыскала яблоко. Какое это имеет значение? Она не может изменить положение вещей. Но она не обязана радоваться ему. Она закусила губу и шагнула за порог, пытаясь снова придать лицу бесстрастное выражение. По крайней мере сейчас темно.

Пройдя сквозь веселящуюся толпу, она поднялась на помост и заметила, что Ричард снял рубаху. Девушки разрисовывали его знаками охотника Племени Тины. Их пальцы наносили на его грудь извилистые узоры черной и белой грязи, выводили круги вокруг рук. Когда она остановилась над девушками, те замерли.