Номер Один - Диана Андерсон

с ног до головы. На Тине были джинсы и обычный свитер, прикрывающий все ее изгибы, но я-то знал, что находится под всей этой одеждой. Она сама мне это показала, отправив ту фотографию. Я бы никогда не подумал, что стану насколько испорченным из-за нее, раз меня волновали такие вещи. Девушка искренне улыбнулась, ступая по лестнице вниз. Обезоруженный ее улыбкой, я понял, что в данную минуту ничего не могу поделать со своим желанием, ведь мы были на первом этаже рядом с моей мамой.

— Ничего не хочешь мне сказать? — наконец-то спросила мама, когда мы заканчивали ужинать. — Я вижу, что твое настроение сильно переменилось.

Тина молчала, глядя на меня искоса.

— Ничего особенного, — ровным тоном ответил я. — Просто профессор Ортега сообщил мне о том, что я уже принят в Калифорнийский университет в Беркли.

Наступила тишина, после которой мама и Тина оглушили помещение своими возгласами и поздравлениями. Мне было неловко, но я еле сдержался, чтобы не сообщить им об этом еще раньше. Встав из-за стола, Тина крепко обняла меня, целуя в щеку.

— Профессор дал рекомендацию в институты Кремниевой Долины без моего ведома еще в прошлом году, и сейчас от них пришел ответ. Они хотят видеть меня у себя, — добавил я.

Мама направилась к плите, радостно восхваляя все мои успехи и достижения, а Тина в этот момент тихо придвинулась ко мне и приобняв быстро поцеловала, так, чтобы этого не увидела моя мама.

— Люблю тебя, — прошептала она, а затем хихикнув, отодвинулась от меня.

Девушка догадывалась, что моей маме не сильно претят наши отношения, хоть и никогда не говорила мне об этом напрямую. После того, что я сказал своей маме, она просто закрывала глаза и делала вид, что не видит наших поцелуев. Они хорошо общались, и я был уверен, что сердце моей мамы постепенно таит и она начинает любить Тину так же, как и я, но только боится это признать.

Проводив маму до выхода, я закрыл дверь на ключ. Тина напевала какую-то мелодию на кухне, двигая бедрами, и увидев меня, подмигнула.

— Уже поздно, я обещала Джудит прийти к ней в гости, — сложив салфетку на столешницу, сказала она. Девушка схватила куртку с дивана, и чмокнув меня в щеку, направилась к выходу.

— Нет, — сцепив свои руки вокруг ее талии, я прижал Тину к себе. — Покажешь мне, какой выбор ты сделала в магазине. Хочу видеть лично. На тебе.

— Покажу, — хищно улыбнулась она, хватая меня за руку, и таща за собой на второй этаж.

Тина толкнула меня на кровать, а сама встала передо мной, и включив музыку на своем телефоне, стала медленно покачивать бедрами. Я поразился, поняв, что она собирается делать.

— Я не собиралась к Джудит, — хихикнула она, соблазнительно двигаясь в такт какой-то песне, которую я и вовсе не слышал, завороженно наблюдая за действиями своей девушки. — Хотела подразнить тебя.

Схватившись мертвой хваткой обеими руками за простыни, я привстал на кровати. В комнате стало жарко, потянувшись к горловине толстовки, я был прерван Тиной, схватившей меня за запястья.

— Больше ничего не трогай, — прошептала она у моих губ. Разряд тока прошелся по всему моему организму. — Я сама тебя раздену.

Схватившись за край своего белого свитера, Тина потянула ткань верх, и одним движением сняла с себя такую ненужную, в данный момент, вещь.

— Я очень хорошо умею танцевать стриптиз, — соблазнительно протянула она, улыбаясь уголком губ. — Но никто прежде не видел этого.

— Никто и не увидит больше, — рыкнул я, не узнавая свой голос и потянулся к девушке.

— Не дергайся, — она вернула меня на место. Ругнувшись себе под нос, я отвернулся к окну. — Странно, но меня возбуждает, когда ты ругаешься матом, — хихикнула она.

— Иди ко мне, — хрипло протянул я, но Тина покачала головой.

Отцепив замок на своих джинсах, девушка перешагнула через них и осталась щеголять передо мной в ужасно откровенном наряде. Я не думал, что такое может так сильно влиять на меня, ведь раньше я не испытывал никаких чувств глядя на подобное в журналах. Кровь прилила к низу, я выдохнул, а затем сглотнул. Не помогало. От одного взгляда на нее во рту выделялось бешеное слюноотделение.

— Тебе нравится? — качнув бедрами, Тина выгнулась в пояснице, приблизившись ко мне. Девушка вела своими ладонями по своей шеи и груди, спускаясь к животу.

— Ты издеваешься надо мной? — ругнулся я снова. — Еще как нравится. И я…

— Что ты? — улыбнулась она, проводя языком по своей губе. — Что?

Тина наклонилась над моим ухом, и снова задала этот вопрос. Я еле сдерживался, чтобы не говорить ей ничего такого, но слова сами вырвались из моих уст.

— Я думала, ты хороший мальчик, — ядовито ухмыльнулась она после моих слов. — Ты же паинька, забыл?

Встав в центре комнаты, Тина сделала музыку громче, плавно демонстрируя мне свои движения. Девушка повернулась ко мне спиной, и схватившись за застежку бюстгальтера, сняла с себя это подобие белья.

— Я тебе не паинька! — грозно процедил я. — Поверь мне, я сделаю это с тобой, — встав с кровати, я прижался к ней сзади. Сладкий аромат ее нежного тела будоражил меня, сжимая мои внутренности в тугой узел.

— Я хочу танцевать для тебя, — прошептала она, отстраняясь от меня. — А потом самый лучший студент и будущий ученый может делать со мной все, что захочет.

Я выдохнул сквозь стиснутые зубы, еле сдерживаясь.

— Черт, Тина, ты… — я прикрыл глаза, с трудом возвращаясь на место. Слова непроизвольно лились из моих уст. — Твои игры… — и я пробормотал что-то, чего никогда себе не позволял, и это не скрылось от ушей Тины.

— Хватит так грязно ругаться, — посмотрев мне в глаза, Тина развернулась и продолжила танцевать, скользя по своей обнаженной груди ладонями, задевая твердые соски. Я присвистнул, жадно изучая ее тело, Тина откинула свои волосы назад, для того чтобы я смог разглядеть всю ее красоту полностью.

— Пожалуйста, любимая, — отчаянно протянул я. Улыбнувшись, девушка наконец сняла с себя кружевные трусики, и подойдя к кровати наклонилась, целуя меня в губы.

Тина толкнула меня на постели, и потянув за край моей толстовки, сняла ее через голову.

— Почему ты носишь снизу эти футболки? — хрипло протянула она, грубо стягивая ее с меня. — Так сложно быстро раздевать тебя.

Протянув что-то нечленораздельное, я был заглушен губами Тины. Обнаженная, сладкая, девушка бесстыдно ерзала на мне, громко постанывая в мой рот. Я гладил ее спину, скользнув пальцами ниже, и коснувшись ее ягодиц, на секунду замер.

— Я же сказала, тебе можно