Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

Сопровождавшая их дружина гномов, казалось, была всегда настороже. Они следили за дверными проемами, словно выжидая удобного случая для неожиданного нападения. Их арбалеты были заряжены и готовы к бою. Они производили впечатление воинов, застигнутых на середине поля битвы.

Внезапно они остановились. Их вожак жестом приказал замолчать. Все замерли, прислушавшись. Феликсу показалось, что он слышат звук поспешных шагов, но не был уверен. Он обвел взглядом окрестности, залитые ранним вечерним светом, но не нашел признаков для беспокойства. Вождь продолжал молча делать знаки. Двое вооруженных гномов тут же направились к углу стены и огляделись. Остальные построились в каре. После долгого, напряженного ожидания разведчики дали знак расслабиться.

Тишина была нарушена смехом Готрека.

— Опасаетесь пары гоблинов? — спросил он. Вожак уставился на него.

— В такую ночь, как эта, встречаются твари и похуже гоблинов. Будь уверен! — сказал он.

Готрек водил большим пальцем руки по лезвию своей секиры, пока не потекла кровь.

— Так подай их мне сюда! — проревел он. — Сюда!

Его крик несколько раз отразился от развалин, прежде чем его поглотила зловещая тишина. Потом умолк даже Готрек.

Город был больше, чем представлялось Феликсу — возможно, он даже не уступал размерами Альтдорфу, крупнейшему городу Империи. Большая его часть лежала в руинах, как следствие давней войны.

— Уверен, что не твой народ был причиной этих разрушений. Некоторые из них не кажутся такими уж древними, — сказал Феликс.

— Гоббы, — ответил Готрек. — Это проклятие всех тварей вроде них: когда им больше не с кем воевать, они начинают драться между собой. Не сомневаюсь, что после того, как город пал, он был поделен между разными военачальниками. Уверен, как в вероломстве эльфов, именно они все и разорили. К тому же было несколько попыток отвоевать город моими сородичами и людьми Порубежных Князей. Там, внизу, еще сохранились месторождения серебра. — Он плюнул. — Но удержать город не сумел никто. Тьма лежит на нем. А там, где однажды появилась Тьма, уже никогда не будет ничего другого.

Они вошли в квартал, где дома были некогда частично восстановлены, но теперь казались покинутыми вновь. Попытка заново освоить город провалилась, столкнувшись с сопротивлением необъятных руин. Под стенами цитадели гномы, казалось, несколько расслабились. Их вожак пробурчал свой привычный приказ быть бдительными.

— Помните Свенсона, — сказал он. — Он и его воины были убиты уже на пути к большим воротам.

Гномы немедленно собрались и насторожились. Феликс приблизил руку к мечу.

— Это нездоровое место, — прошептал Юлис Гаскон. Как только они прошли, огромные ворота башни захлопнулись за ними с грохотом камнепада.

Коридор был холодный, его стены украшали потертые гобелены. Он освещался странными, мерцающими самоцветами, которые свисали из светильников на потолке. На престоле из слоновой кости, украшенном золотыми пластинами, восседал престарелый гном, по бокам трона стояли воины в голубых туниках и кольчугах. Он поднял полуослепшие глаза, его взгляд скользнул от Победителя троллей к людям. Позади трона облаченная в пурпур гномиха наблюдала за происходящим с отчужденным, невозмутимым интересом. На цепочке вокруг ее шеи висела, покачиваясь, прикованная книга.

Феликсу казалось, что он заметил напряжение в лицах этих гномов. Вероятно, долгое нахождение в опасном и покинутом городе сказалось на их отваге. Или, возможно, была другая причина, но они постоянно оглядывались через плечо при малейшем шуме.

— Поведайте о вашей цели, чужестранцы, — сказал пожилой гном глубоким, важным, но ломким голосом. — Почему вы пришли сюда?

Готрек посмотрел на него с гордостью.

— Я Готрек Гурнисон из Вечной Вершины. Я пришел охотиться на троллей в темных Низовьях мира. Человечий отпрыск — Феликс Ягер, мой кровный побратим, поэт и летописец. Вы хотите отказать мне в моем праве?

Произнося последнюю фразу, Готрек выхватил секиру. Гномы-телохранители тут же подняли свои молоты.

Старик рассмеялся.

— Нет, Готрек Гурнисон, не хочу. Путь твой славен, и я не вижу причины, чтобы заграждать его. Хотя твой выбор побратима необычен.

Воины начали перешептываться. Феликс насторожился. Было похоже, что Готрек нарушил какой-то запрет.

— Это первый подобный случай, — сказала женщина в пурпуре. Оцепенение прошло. Феликс ожидал, что она продолжит и объяснит свои слова. Но она этого не сделала — а гномам, казалось, и сказанного было достаточно.

— Вы оба можете пройти, Готрек, сын Гурни. Будьте осторожны за вратами, которые вы выберете в темноте, и готовы к тому, что храбрость покинет вас. — В его голосе не было ни намека на сочувствие, только горечь и скрытый стыд.

Готрек коротко кивнул повелителю гномов и отступил к выходу. Феликс отвесил свой самый изящный дворцовый поклон и последовал за Готреком.

— Поведайте о вашей цели, чужестранцы, — продолжал правитель. Альдред опустился на одно колено перед троном, и остальные последовали его примеру.

— Меня привел сюда долг моей веры и древний союзный договор между моим народом и вашим. Моя история очень длинна и может отнять много времени.

Гном противно рассмеялся. В очередной раз Феликс почувствовал, что повелитель гномов что-то знает, но скрывает.

— Говори. У нас нет иного богатства, кроме времени. Мы можем свободно его тратить.

— Благодарю. Прав ли я в том, что вы тот самый князь Белегар, который возглавил поход, чтобы отбить этот город у зеленокожих двадцать лет назад?

Белегар кивнул.

— Ты прав.

— Вашим провожатым был гном-старатель по имени Фарагрим, обнаруживший много тайных ходов под Восьмью Вершинами?

Старый гном вновь кивнул. Феликс и Готрек обменялись взглядами. Это был тот самый Фарагрим, который рассказал Готреку об охраняемом троллем сокровище под горами.

— В том походе вас сопровождал молодой рыцарь моего Ордена, спутник Фарагрима в дни его приключений. Его звали Рафаэль.

— Он был благочестивый человек и гроза наших врагов, — сказал Белегар. — Он отправился в последний поход в недра гор с Фарагримом и не вернулся. Когда Фарагрим отказался искать его, я отправил туда своих гонцов, но они не обнаружили его тела.

— Приятно слышать, как вы уважаете его, но я вынужден признать, что меч, который он носил, исчез. Это был Меч Силы, и он очень ценен для моего Ордена.

— Вы не первый, кто пришел сюда в поисках меча, — сказала женщина-гном. Альдред улыбнулся.