Долгая дорога к тебе - Ксения Вайсман

- Это прекрасно. Поздравляю тебя с победой, ты огромная молодец, что вернулась, я очень горжусь тобой.

- Да? А ты не думал, что выиграй я ту Олимпиаду, мне не пришлось бы никуда возвращаться?

- Я знаю, что виноват. Прости меня. Я не знаю, что сказать или сделать. Не знаю, как вымолить у тебя прощение. Ты полностью дистанцировалась: на звонки не отвечаешь, сообщения не читаешь.

- И что? Я имею на это полное право. Я не обязана понимать и принимать то, что ты накуралесил. Я знаю, что Дима более лоялен, что он общается с тобой, что как-то вы даже там втроем с твоим вторым сыном ходили в цирк, но мне кажется, что все это лишь потому, что где-то в глубине души, Димка просто благодарен тебе за то, что ты воспитывал его, не будучи его родным отцом. Я себя у тебя в долгу не ощущаю. Да, ты был хорошим отцом, с этим я не спорю, но нельзя выехать на вчерашних успехах. Это как я бы пришла и сказала: знаете, я когда-то была не плохой гимнасткой, берите меня сразу в олимпийскую сборную. Но нет. Я прошла все с самого начала, заново заслужила свое право оказаться там, где оказалась.

- Дашенька, я готов заслужить заново, но ты же не даешь мне и шанса! Я знаю, что я поступил мерзко и низко! Ты думаешь я не сожалею? Думаешь, мне так хорошо? Нет. Из райского сада я попал в какой-то сюрреализм. Я столько раз хотел уйти, но потом смотрю на ребенка и понимаю, что он ни в чем не виноват. Я ушел от вас, сделал больно, я не имею права бросать еще и Ваньку, да и знаешь ли, оставить вас с Ольгой, это не тоже самое, что оставить Ваню с Викой! Порой кажется, все, притерлись, но потом раз — и новый ураган, кто не спрятался она не виновата. Благо еще ее мать ей мозги вправляет. Да мне порой кажется, что мне проще было бы с тещей жить, чем с ней!

- Ну, это не удивительно, с тещей-то вы наверняка по возрасту ближе будите, - едко подметила Даша, - И знаешь что, вот почему-то мне тебя совсем не жаль. Может быть, потом, много лет спустя, я повзрослею, поумнею, помудрею, и много что еще, и мне будет стыдно за себя сегодняшнюю, но сейчас так. Я считаю, что ты получаешь то, что заслужил.

- И ты абсолютно права, я даже не вижу смысла с этим спорить. Я просто прошу дать мне шанс хоть как-то косвенно присутствовать в твоей жизни, или хотя бы надежду на то, что когда-нибудь, это станет возможно.

- Все, что я поняла за последнее время, так это то, что они от чего нельзя зарекаться, возможно, я когда-нибудь и сменю гнев на милость, но пока все, что я могу обещать, это обоюдное поздравление с праздниками в мессенджере и не более.

- Это уже прорыв, - улыбнулся отец.

- Но если ты только начнешь мне рассказывать про свою семью, высылать фоточки своего чада, я тут же тебя заблокирую. Если я когда-то созрею до общения с твоим сыном, я сама дам тебе знать. Не смей мне ничего навязывать.

- Даю слово, что так и будет, ни слова о моей нынешней семье, - пообещал отец.

- Хорошо. Тогда до нового года, - подытожила Даша.

- Договорились, до новогоднего поздравления, - разулыбался Костся.

- Дарья Константиновна, проходим, - обратилась к ней медсестра.

- Мне пора.

- Конечно. Лечись хорошенько, - напутственно добавил отец перед тем, как дочь вошла в кабинет.

Этот разговор с дочерью, оказался для Кости пожалуй самым приятным из всех событий последних лет, не считая всего того, что было связано с ребенком. Костя любил сына безгранично, но вот смириться с большинством закидонов жены он просто не мог. Когда-то, Вика казалась ему рассудительной, умеющей вести диалог и идти на компромисс женщиной, но все это ограничивалось работой, дома ее могло вывести из себя все, что угодно, от оставленной на столе кружки, до неплотно закрытых штор. Затем ураган утихал и она вновь превращалась в нежную, ласковую и вполне заботливую женщину, но это хождение по минному полю уже изрядно потрепало нервы Константина, что начало сказываться на здоровье. После очередного живописного взрыва жены, его вырубил гипертонический криз, причем в самом буквальном смысле, поскольку пришел в себя он уже по дороге в больницу, в карете скорой помощи. Порой ему казалось, что просто нет сил это терпеть, а Вика в такие минуты напоминала ему фурию, мечущуюся по дому в агонии, но ее мать всегда умела сгладить углы. Она прибегала к ним буквально тут же или на следующий день, воспитывала дочь, успокаивала Костю и вроде как все вставало на свои места, но лишь до нового взрыва Вики. Вот и сейчас уже две недели в доме царил покой и гармония, но Костя прекрасно знал, что вот-вот случится очередной взрыв и каждый день, возвращаясь домой гадал, сегодня это произойдет или все же потерпит до завтра?

Ольга вышла с работы как всегда в начале седьмого, вместе с Ириной, коллегой и попутчицей в дороге до дома. Они спустились по лестнице, когда Ольгу окликнул мужской голос. Как и раньше, она не могла спутать этот голос ни с одним другим. Это был Стас. Сердце заколотилось, ноги стали словно ватные. Ольга сама не ожидала от себя подобной реакции, от мысли, что сейчас она его увидит.

- Ольга! – крикнул еще раз Стас, спеша подойти ближе.

- Стас? – не скрывая своего удивления, переспросила Ольга, повернувшись к нему лицом.

Стас стоял прямо перед Ольгой с изумительным букетом цветов.

- Я, пожалуй, пойду, - шепнула Ирина подруге и поспешила удалиться прежде, чем Ольга успела возразить.

- Ольга, я прошу тебя, ты только не гони меня сразу. Дай мне сказать тебе хоть пару слов, - тут же начал тороторить Стас, что было ему совершенно не свойственно, поскольку обычно он говорил уверенно и неспешно.

- Ты сказал уже больше, чем пару слов, - усмехнулась Ольга. Она приняла букет, а это значило, что у Стаса есть шанс на разговор.

- Может быть, прогуляемся?

- Нет уж, я устала и хочу домой, так что говори, что хотел, и я пойду, -