Трон тени - Векслер Джанго

— Насколько это в моих силах — да. Мисс Сот уже ознакомилась с моими приготовлениями.

Сот кивнула.

— Если только Орланко после моего ухода не изобрел новых хитроумных уловок, нас никто не подслушает.

— Отлично. — Расиния помолчала, собираясь с мыслями. — В таком случае, может быть, вы двое наконец расскажете мне, что, черт возьми, происходит?

Она бросила на Сот убийственный взгляд:

Ты никогда, ни единым словом не упоминала, что знакома с графом Миераном!

Расиния и сама удивлялась тому, как сильно это ее уязвило. Сот была единственным человеком, кому она доверяла всецело, безгранично, и тем болезненней оказалось вдруг обнаружить, что камеристка от нее что–то скрывала. Впрочем, этого следовало ожидать. Сот явилась из мира, которым правили тайны.

— Уверяю вас, — проговорил Янус, — наше знакомство состоялось совсем недавно. Услыхав о вашем… падении, я связался с ней и предложил свою помощь.

— Так вы знали… — Расиния запнулась. Он знает всё. — Откуда?

— Думаю, — сказал Янус, — будет лучше всего начать с самого начала. Присядьте, прошу вас.

Он сопроводил свои слова приглашающим жестом. Они находились сейчас в прихожей особняка, за которой располагалась гостиная с диванчиком и креслами. Следуя приглашению, Расиния вошла туда и осторожно присела на диванчик, расправив жесткие складки траурного платья. Янус устроился в кресле напротив, а Сот осталась стоять.

— Я бы предложил чем–нибудь подкрепиться — ночь, как ни говори, выдалась на редкость долгой. Впрочем, полагаю, ваше величество не нуждается в подкреплении сил, да и в любом случае я отослал всю прислугу, чтобы мы могли поговорить, не опасаясь даже моих собственных людей.

Расиния коротко кивнула.

— Благодарю вас, — сказала она. — А теперь…

— «Что, черт возьми, происходит?» — Янус откинулся в кресле, и по губам его скользнула беглая улыбка. — Что ж, вопрос по существу. Дабы не вдаваться в ненужные подробности, я не стану рассказывать всю историю своей жизни и просто замечу, что глубоко изучил сверхъестественные и оккультные науки. То, что некоторые называют темными искусствами. Демонологию. Магию.

— Опасный род занятий, — заметила Расиния, прилагая все силы, чтобы не выдать своего удивления.

— Безусловно. И однако же есть места, где он процветает. По большей части в восточных городах Лиги — там власть Элизиума слабее всего. Именно туда я отправился, чтобы расширить свои познания, и именно там три года назад меня отыскали агенты вашего отца.

— Агенты моего отца? Вы имеете в виду Конкордат?

— Категорически нет. Разумеется, герцог входил в кабинет министров его величества, но в данном случае позиции короля и министра информации… скажем так, существенно различались. Тому, кто связался со мной, щедро, хотя и не напрямую заплатили, чтобы он разыскал людей, сведущих в тайнах магии, и представил их королю. При этом были предприняты все предосторожности, чтобы Последний Герцог остался в полном неведении относительно этих поисков.

Но зачем? С какой стати моему отцу понадобилось искать магов?

Отец, насколько знала Расиния, совершенно не верил в магию — впрочем, как и всякий здравомыслящий современный человек. Не будь она одержима магической сущностью, она и сама бы, наверное, разделяла его скептицизм.

— Его величество желал посоветоваться со мной по одному весьма деликатному делу. — Янус выразительно кашлянул. — Говоря без околичностей, это дело касалось вас.

Меня?! Что за нелепость! — Она энергично тряхнула головой — и вдруг застыла. Голос ее упал до едва различимого шепота. — Он… знал?

— Да.

Расинии внезапно стало тесно дышать — как будто черное траурное платье само собой резко уменьшилось и сдавило грудь.

Отец все знал.

Она всегда страшилась, что отец узнает правду о том, что с ней произошло. Даже сочиняла в уме драматические сцены разоблачения — как правило, среди ночи, когда неспособность заснуть становилась невыносимой. Воображала, как он велит заковать ее в цепи и увести, заточить в какой–нибудь мрачной тайной темнице. Может быть, даже казнить, если б только он придумал, как это сделать. Сжечь на костре. «В конце концов, его настоящая дочь мертва. Я — нечто совсем иное. Демон».

Расиния судорожно сглотнула.

— Он хотел, чтобы вы… избавились от меня?

Янус покачал головой.

Его величество искал способ… скажем так, вылечить вас. Исправить то, что сделал с вами Орланко. Разумеется, так, чтобы вы при этом остались живы.

Глаза предательски защипало. Расиния уронила голову в ладони, упершись в колени локтями.

«Отец все знал».

Она не хотела разрыдаться на глазах у Януса. Справиться с этим было легче легкого: Расиния попросту перестала дышать.

«Он все знал и желал мне помочь. О господи! Папа! А я думала, что… как же я могла такое подумать…»

И ведь он пытался намекнуть, что все знает. «Граф Миеран… в нем сокрыто больше, чем кажется на первый взгляд. Тебе будет дорог всякий союзник». Он не мог говорить прямо, ведь повсюду шпионы Конкордата, но теперь совершенно ясно, что он имел в виду.

«Ох, папа…»

— Ваше величество, — после долгого молчания проговорил Янус. — Если вам угодно, мы можем отложить этот разговор до…

Она с силой зажмурилась, отгоняя слезы, и сделала долгий вдох. Сущность тотчас засуетилась, исправляя последствия краткого удушья. Расиния подняла голову.

— Извините, — сказала она. — Продолжайте, прошу вас.

Мгновение Янус пристально всматривался в нее, затем кивнул:

— Будь по–вашему. Некоторое время мы с его величеством переписывались, и должен с сожалением сообщить, что оказать ему существенную помощь я не смог. Священники Черного на редкость успешно изничтожили малейшие следы магии повсюду, куда простиралась власть их церкви, а то немногое, что уцелело до наших дней, — лишь жалкие остатки былого величия. Если способ исполнить желание вашего отца когда–либо и существовал, он оказался погребен в подземных казематах Элизиума. — Янус помедлил, сложив руки домиком. — И тут неожиданное известие направило наши поиски в новое русло.

Разрозненные осколки мозаики начали укладываться в цельную картину.

— Мятеж в Хандаре? — уточнила Расиния.

— Именно. С незапамятных времен ходят сказки о Короле–демоне, который бежал за море, прихватив свою сокровищницу, однако в них не содержится никаких конкретных указаний. Впрочем, я обнаружил, что Черные священники и впрямь не единожды пытались вывезти что–то из Хандара, стал копать глубже — и в конце концов убедился, что сокровища, упомянутые в сказках, существовали на самом деле. Имена — связующие сущности — всех созданий, плененных Королем–демоном. Легендарная Тысяча Имен.

— И мой отец отправил вас в Хандар разыскать ее.

— Его величество пришлось убеждать, равно как и его советников. — Янус вновь бегло улыбнулся. — Герцог, к примеру, отнесся к этой идее с величайшим подозрением. Однако в конечном счете вышло именно так.

— И что же?

Имена существуют. Мы нашли их. — Янус произнес это небрежно, как будто походя упомянул о чем–то незначительном. — Правда, к тому времени, когда Тысяча Имен оказалась в наших руках, пришло известие о том, что положение здесь, в Вордане, серьезно ухудшилось. Поэтому я поспешил как можно скорее прибыть в столицу, и его величество назначил меня на вакантный пост в кабинете, дабы я мог оказать вам всю возможную поддержку. Льщу себя надеждой полагать, что он проникся ко мне доверием.

«Так Имена помогут мне?»

Расиния еле сдержалась, чтобы не выкрикнуть эти слова. Янус уловил выражение ее лица и едва заметно пожал плечами.

Я пока не знаю, удастся ли нам изменить ваше нынешнее состояние. Чтобы понять, найдется ли среди Тысячи нечто полезное для вас, Имена необходимо расшифровать и досконально изучить, а мне до сих пор представился только случай бегло осмотреть их перед отплытием из Хандара. Когда нынешний кризис благополучно разрешится, я немедля возьмусь за исследования, но сейчас…