Техносоциализм. Как неравенство, искусственный интеллект и климатические изменения создают новый миропорядок - Ричард Пэтти

Удостоенный всяческих наград писатель-фантаст Ким Стэнли Робинсон написал невероятную трилогию о колонизации Марса, состоящую из трех частей: «Красный Марс», «Зеленый Марс» и «Голубой Марс». В своих книгах он предложил радикально иной тип экономики, основанный на оптимальном распределении ресурсов, когда люди не накапливают богатство, а соревнуются в созидании, жизни и выживании. Активы экономики красно-зелено-голубого Марса – изобилие энергии и использование ресурсов без вреда для экологии: колонисты гордятся тем, что производят больше энергии, еды, воздуха, воды и ресурсов, чем потребляют. Вся колония стремится к независимости от Земли при первой же возможности. В своей т рилогии Робинсон назвал это «экопоэтикой», предполагая, что у марсиан будут совершенно иные мотивы, нежели у транснациональных корпораций, долговечной богатой элиты и коллапсирующих рынков теранской экономики[293].

Если мы собираемся отправиться на Марс и вывести марсианские колонии на самодостаточный уровень, нам понадобится новая доктрина. Доктрина устойчивого процветания, а не просто прибыли и выгоды.

Капиталисты примутся утверждать, будто единственная причина, по которой Маск задумывается о переселении людей на Марс, – торжество самого капитализма! И стремится он к этому потому, что благодаря своим выдающимся предпринимательским успехам умудрился сколотить миллиардное состояние. Но существует и такой аргумент, что, не будь капитализма и политических разногласий, люди уже жили бы на Марсе. Вполне возможно, мы могли бы добиться и большего технологического прогресса, чем это позволяет нынешняя система.

То же самое верно и для будущей марсианской колонии. Получение прибыли, разграбление природных ресурсов Марса и дележ добычи между акционерами с Земли никогда не стали бы для нее главной задачей. Подобный подход был бы совершенно контрпродуктивен для марсианских поселенцев.

На самом деле, используя такую структуру, мы могли бы создать марсианский «центральный банк» с собственной валютой, которая воплотила бы в себе все эти ценности. Валютой, стоимость которой менялась бы в зависимости от самодостаточности колонии. Такой, при которой ваши запасы валюты увеличивались бы или уменьшались в зависимости от взаимодействия с экономикой. Если вы вкладываете в экономику больше ресурсов, чем забираете, то накапливаете богатство. Если вы ремонтируете оборудование, а не запрашиваете замену с Земли, то накапливаете богатство. Если вы способны вести безвредный образ жизни и помогать другим, вы способствуете процветанию планеты и жизнеспособности общества в целом.

Это и есть конечная цель техносоциализма. Система, которая побуждала бы всех нас преуспевать, которая подталкивала бы нашу экономику к развитию на благо всего человечества, а не только рынков и акционеров.

Рисунок 4. Марсианская база «Альфа» не станет рассчитывать на экономику Земли (изображение предоставлено SpaceX Media Relations)

В подобной системе конкуренция всё равно никуда не денется, но это будет конкуренция за оптимальное использование ресурсов и оптимизацию преимуществ, которые ваш бизнес или коллектив предлагает окружающим. Это не марксистский социализм, поскольку в данной экосистеме право собственности не будет играть никакой роли. Мы все делим одну планету, и все должны иметь возможность вести здоровую и счастливую жизнь, существуя в гармонии с другими населяющими ее видами.

Дело в том, что если нам удастся организовать всё это на Марсе, то мы должны быть в состоянии сделать то же самое и на Земле. Но тем самым будет подорвана власть элит, находящихся на вершине социально-экономической пирамиды, предназначенной для перекачивания капитала и богатства обратно на ее вершину. Назначение этой системы – служить обогащению 1 % наиболее состоятельных людей планеты и продвигать интересы исключительно их семей и кланов, а не наших собратьев. В конечном счете, капитализм – такая система, которая по самой своей природе в случае успеха приводит к экономическому расколу, а не к счастливому, здоровому и стабильному существованию. Она позволяет богатейшим миллиардерам мира сколачивать триллионные состояния во время самой страшной пандемии за последние 100 лет, в то время как простые люди лишаются крова, работы или, что еще хуже, жизни. Это и есть самый главный недостаток капитализма – он создает конкуренцию, которая заставляет нас вцепляться друг другу в глотки, вместо того чтобы сотрудничать. Те, кому выгодна такая система, не заинтересованы во всеобщем благе, их интересует только победа.

Вывод, учитывая всё остальное…

Не существует такого понятия, как национальная политика в области изменения климата, способная решить за нас наши общие проблемы, – климатические изменения так или иначе затронут каждого человека на планете. От нас потребуется согласованно действовать в глобальном масштабе, чтобы защитить человечество от наихудших последствий изменения климата. Соперничество и конкуренцию народов необходимо перенаправить в продуктивное русло, чтобы их плодами смогли воспользоваться все, а не только те, кто получает прибыль от владения интеллектуальной собственностью.

Нам всё чаще требуется сотрудничество, не зависящее от границ. Такие проблемы, как пандемия коронавируса и изменение климата, показывают, что нам необходимо работать гораздо теснее для решения самых серьезных проблем.

Мы выдвинули несколько простых, но радикальных предложений, стимулирующих инновации, необходимые для решения этих проблем. Например, гораздо более эффективное правительство, которое значительно снижает стоимость управления, заменяя алгоритмами раздутый чиновничий штат и автоматизируя его деятельность, и при этом требует гораздо меньших затрат, чем было необходимо в XX веке. Мы также предложили списать государственный долг, но только в том случае, если эти средства направятся на смягчение последствий изменения климата во всем мире. А кроме того, мы порекомендовали ввести единую глобальную ставку корпоративного налога, которая должна стимулировать компании направлять свои ресурсы на создание ценности для всех заинтересованных сторон, а не просто на выплату дивидендов акционерам.

Всё это позволит создать величайший пул финансовых и человеческих ресурсов, который когда-либо видел мир, но его целью станет решение двух простых задач: принятие упорядоченных и эффективных мер в ответ на разрушение рабочих мест из-за внедрения ИИ и разработка масштабных стимулов для решения проблем, связанных с изменением климата. Таким образом капитализм получит гораздо более гармоничную платформу для развития видов, а не для усиления раскола между богатыми и бедными. Конечно, найдутся и те, кто станет утверждать, будто это противоречит самой сути капитализма, будто ключ ко всему – конкуренция, а отнюдь не сотрудничество.

Вместо того чтобы, преодолев границы, делиться новыми технологиями, помогающими смягчить последствия изменения климата, мы сегодня используем их ради повышения прибылей корпораций. Нормы прибыли и дивидендов не являются неким экономическим эквивалентом человеческих жизней, но в настоящее время мы неявно меряем их именно этим мерилом. У нас самые большие экономические и технические возможности, которые когда-либо видел мир, и мы направляем их на создание транснациональных корпораций с многотриллионными доходами, Dogecoin, NFT и