Как продлить быстротечную жизнь - Николай Друзьяк

Холестериноз – это постепенное накопление холестерина в организме, частное проявление которого – атеросклероз. Увеличение количества холестерина и соответствующие дегенеративные изменения при холестеринозе можно обнаружить не только в стенках артерий, но и в межпозвоночных дисках, в хрусталике глаза, печени, мышцах, сухожилиях и т. д. Просто мы больше всего страдаем от атеросклероза сосудов и раньше всего замечаем его тяжелые последствия при поражении артерий, питающих сердце и мозг.

Холестериноз развивается постепенно. В первом периоде жизни – периоде роста и развития организма, когда происходит активное деление клеток, весь холестерин, который поступает с грудным молоком матери или синтезируется в самом организме, полностью расходуется на строительство мембран новообразованных клеток. Во втором периоде, когда жизненная активность максимальна, устанавливается счастливое равновесие между поступающим холестерином плюс синтезируемым и его расходом на пищеварение (желчные кислоты), на выработку половых и стероидных гормонов. В третьем, заключительном, периоде жизни происходит постепенное выключение половой, двигательной и социальной активности, что приводит к снижению расхода и накоплению холестерина в организме – холестеринозу. При этом отчетливо просматриваются три типа взаимосвязанных изменений: сужение устьев и просветов всех крупных артерий, питающих органы и ткани за счет развития атеросклероза, ухудшение проницаемости всех клеточных мембран из-за накопления в них холестерина, ухудшение процесса переноса кислорода и забора углекислоты из тканей из-за снижения активности эритроцитов. К тому же ухудшается активность лимфоцитов – главных иммунных защитников организма.

Все эти изменения связаны с уплотнением клеточных мембран, снижением их диффузионных, рецепторных, ферментативных и электрических свойств.

Таким образом, могучая и полноводная прежде река жизни – аорта – с возрастом посылает все меньше живительной крови к органам и тканям, они же – ткани и органы – и сами постепенно утрачивают способность ее впитывать, да и слабеющий поток крови не столь богат жизненными силами: все меньше в нем гормонов и ферментов, все меньше приносят кислорода и все хуже вымывают накапливающиеся шлаки плотные и деформированные эритроциты, слабеют и защитные силы когда-то живых и активных лейкоцитов.

Так постепенно вначале отдельные клетки, а затем клеточные ассоциации и далее целые органы утрачивают связь с окружающей средой. Этот процесс в конце концов и приводит к угасанию всех функций организма и при естественном ходе событий приводит к легкой, свободной от мук смерти.

Изумительный по своей гармонии и простоте выработавшийся тысячелетиями эволюции процесс умирания, постепенного и безболезненного ухода из жизни!» (Академик АМН СССР Ю. Лопухин, 1990).

Скажите, можно ли после такого гимна холестерину и, заодно с ним, атеросклерозу бороться за снижение уровня холестерина в крови и за профилактику и лечение атеросклероза? По-видимому, нет. Пусть все идет так, как оно и идет. Главное в жизни, оказывается, состоит в том, чтобы безболезненно умереть. Но в каком возрасте умереть? Если вам за 90 или 100 лет, то, возможно, вам и захочется спокойно и безболезненно оставить этот мир. Но не исключено, что при хорошем здоровье у вас и в таком возрасте не возникнет желания распрощаться с жизнью. Хотя до столь преклонного возраста мы чаще всего и не доживаем, и все по причине того же атеросклероза. Как много людей уходит из жизни в самом расцвете творческих сил по, казалось бы, нелепой случайности – от инфаркта миокарда. А тут вдруг оказывается, что по вновь придуманной теории холестериноза это всего лишь «эволюционный процесс… безболезненного ухода из жизни».

«Пока что в руках советских исследователей большинство призов за первооткрытия по ишемической болезни сердца. Будут ли они первыми в снижении смертности от нее до приемлемого уровня?» Таким вопросом закончил рецензию на книгу «Холестериноз» (авторы – Ю. Лопухин и др.) Ричард Купер – один из ведущих американских специалистов по атеросклерозу.

Создание теории холестериноза – это, на мой взгляд, признание полной несостоятельности ее авторов в борьбе с атеросклерозом. Теория холестериноза полностью обезоруживает нас в борьбе с атеросклерозом и, по-видимому, служит основательной базой для утраты последнего интереса к холестериновой теории. Да, сторонники холестериновой теории разработали метод очистки крови от избыточного холестерина с помощью сорбентов и снизили этим риск развития атеросклероза у многих больных, но такую процедуру не сделаешь каждому желающему. А нас интересует такой метод лечения и профилактики атеросклероза, который доступен был бы всем.

Холестериноз чем-то схож с кальцинозом. На первый взгляд, только по звучанию. Но мы уже знаем, что кальциноз (а это отложение солей кальция в тех тканях, в которых их не должно быть) – это не естественное накопление солей кальция в организме с последующим их отложением в тех местах, где их не должно быть, а всего лишь результат избытка кальция в организме, вызванный и внешней средой, и принятой системой питания. Поэтому с кальцинозом можно и нужно бороться.

А не вызван ли и холестериноз теми же причинами, что и кальциноз, или подобными им? На этот вопрос мы еще попытаемся ответить, а сейчас отвлечемся от атеросклероза и поговорим о внутренней среде организма.

Гомеостаз

Гомеостаз – это относительное динамическое постоянство внутренней среды организма. Этот термин предложил 70 лет назад американский физиолог Уолтер Кеннон. Однако представление о существовании внутренней среды организма было сформулировано еще в 1878 году французским физиологом Клодом Бернаром.

Внутренняя среда – это кровь, лимфа, тканевая жидкость. С ней контактирует каждая клетка животного организма.

«Постоянство внутренней среды, – писал К. Бернар, – есть условие свободной, независимой жизни… Постоянство среды предполагает такое совершенство организма, когда бы внешние параметры в каждое мгновение компенсировались бы и уравновешивались».

Химический состав внутренней среды очень сложен. Одни ее параметры изменяются лишь в очень узких границах («существенные переменные» по У. Кеннону), другие – более значительно, а третьи – весьма широко.

Постоянство внутренней среды организма нами часто понималось как абсолютная независимость этой среды от внешних условий. Подавай в этот организм все, что только возможно, а он сам решит, что использовать, а что выбросить. Но в действительности все обстоит далеко не так. Когда внешняя среда изменяется в значительной степени и надолго, то организм переходит на новый уровень гомеостаза. При этом всегда изменяется химический состав внутренней среды и прежде всего крови.

Я уже писал о том, что уровень кальция в крови может изменяться почти в три раза в зависимости от содержания его в местных природных водах и в продуктах питания. Писал я и о том, что у жителей высокогорий увеличивается почти в полтора раза содержание эритроцитов в крови – а это уже ответная реакция организма на низкое парциальное давление кислорода на больших высотах

Не одинаков и уровень сахара в крови у людей, проживающих в разных регионах, значительно отличающихся по внешним условиям. Если у жителей средних широт содержание сахара в крови колеблется от 80 до 100 мг на 100 мл крови, и когда этот показатель падает до 60–70 мг, то развивается гипогликемия. А дальнейшее снижение приводит к гипогликемической коме, когда человек теряет сознание из-за недостаточного снабжения мозга глюкозой. Но в Якутии содержание сахара в крови у коренных жителей всегда находится на нижней границе общепринятой нормы и даже может снижаться до 45–50 мг на 100 мл крови, и при этом не наблюдается гипогликемической комы (более подробно об этом говорится в 14-й главе).

Из приведенных примеров вытекают такие вопросы: с какой меркой нам следует подходить к оценке здоровья человека, что считать нормой и что патологией? Очевидно только одно – нельзя принимать за норму показатели среднего практически здорового человека. Не исключено, что эти усредненные показатели являются зависимыми от конкретных внешних условий, а эти условия могут быть не совсем благоприятны для организма человека.

Мы уже знаем, что уровень потребления кальция в разных странах не одинаков и, вероятнее всего, он привязан не к национальным особенностям людей, а к территориям их проживания. У японца в Японии уровень потребления кальция не превышает 350 мг в сутки, а у того же японца, но уже проживающего в США, уровень потребления кальция возрастает до 800. И вслед за повышенным потреблением кальция японец в США приобретет и весь набор болезней, свойственных населению этой страны.