Грозовые Земли - Джон Робертс

— Полагаю, ты, наконец, покончил с Импабой? — поинтересовался подошедший Хошей, любуясь прекрасным мечом, захваченным в бою.

— Да — коротко откликнулся Гейл и вновь обернулся к Твиле:

— А что, в этих местах так много разбойничьих шаек?

— Несметно, — откликнулся молодой вождь. — Не меньше четырех десятков этих ублюдков спаслись сегодня бегством. Скорее всего, еще до новой луны они присоединятся к какой-нибудь другой шайке.

— Но почему же вы не прикончите этих негодяев? — изумился Хошей.

— Немного чести в том, чтобы убить изгоя, — пояснил Твила. Если воин ищет славы, он предпочтет сражаться с настоящим врагом, нежели с отбросами. Эти твари хуже падальщиков! Разбойники слишком трусливы и слабы, чтобы оказать сопротивление сильному отряду. Поэтому они могут только грабить деревни и проезжающих торговцев. Мы охотимся на них только если они обезумеют настолько, что нападут на наши стойбища или стада.

Гейл с восторгом подумал, что, похоже, ему открывается превосходное поле деятельности. Именно то, что нужно! Он видел, как эмси и матва объединились, вместе обшаривая тела нападавших, как они сражались, позабыв о давней вражде… До этого Гейл гадал, как ему помочь верховым лучникам обрести боевой опыт, не дожидаясь иноземного вторжения. Но теперь он знал, как ему превратить матва и эмси в боеспособное войско. Прежде он гадал, каким образом помирить прежних противников, чтобы те не вцеплялись друг другу в глотки при первом удобном случае… А теперь они будут заняты общим делом. К тому же они не только принесут пользу народу эмси, но и добудут немало кабо, необходимых племенам матва.

— Твила, — обратился юноша к молодому вождю, — а что ты со своими людьми собирался делать этим летом?

Вождь повел плечами.

— Ничего особенного. Поохотиться, поторговать… Ну, конечно, не стоит забывать и о девушках… Прежде, чем осенью мы соберемся в деревнях, нам особенно нечем заняться. Женатых среди нас нет, так что никто не следит, как мы проводим время. Мы не против повеселиться, но если ты о чем-то хочешь нас попросить, мы будем рады служить тебе, Предреченный!

— Вот и отлично, — воскликнул Гейл.

Он наклонился с седла и, сорвав пучок травы, тщательно принялся счищать кровь с наконечника копья.

— Твила, а как ты посмотришь на то, чтобы вместе со своими парнями поохотиться за кабо? Только не за дикими, а обученными… За теми самыми, что разбойники когда-то угнали у ваших племен? Конечно, без боя они не сдадутся. Может, большой чести в таких победах и нет, но все же ты сможешь стирать кровь с клинка, сознавая, что сделал в этой жизни что-то полезное. Что скажешь?

Твила довольно ухмыльнулся.

— Мне это нравится, — воскликнул он. — Мне казалось, что у нас и без того довольно кабо, но с тобой, Предреченный, мы отправимся куда угодно и с радостью пойдем в бой. Пусть даже победа и не принесет нам особой славы.

Когда отряд, наконец, вернулся в родные холмы, все жители деревни выбежали полюбоваться на восхитительное зрелище. Те всадники, которых вел с собой Гейл, очень изменились и ничем не напоминали юношей, покинувших деревню ранней весной.

Подобно эмси, они теперь носили одежды из кожи и заплетали в косички светлые волосы. Увы, их было на четверых меньше, чем полсотни: поход не обошелся и без погибших. Однако, потери были неизбежны…

Однако, не только вид всадников привлек всеобщее внимание. Матва с изумлением взирали на огромное стадо отлично выезженных кабо, в котором было не меньше тысячи голов; также Гейл привел с собой несколько сотен полудиких животных, пойманных в степи, чтобы на них учились ездить верхом подростки.

Три десятка эмси прибыли в деревню, чтобы помочь позаботиться о скакунах, Теперь эти два народа почти сроднились между собой. Сражаясь бок о бок, они забыли все прошлые предрассудки и былую вражду.

Теперь Гейл видел, каким образом сможет исполнить предначертанное ему судьбой. Он намеревался создать великий народ из этих двух сильных племен. Отныне каждое лето отряды матва вместе с эмси будут выезжать на равнины, пока не разделаются со всеми разбойниками. Так матва добудут для себя необходимых скакунов, а также заслужат благодарность и почет со стороны эмси. Гейл же сумеет, объединив эти два Племени, создать боеспособное войско.

Что касается эмси, то их заинтересовали короткие луки матва, и те пообещали научить новых друзей владеть ими.

В свою очередь, эмси показали собратьям приемы владения копьями для ближнего боя.

Пока все происходило именно так, как предвидел Гейл. Он верил, что путь, предначерченый ему, столь же определен, как путь корабля, идущего к берегу на приливной волне. Лишь одного он пока не ведал: в какую гавань приведет его этот прилив.

Однако, обо всех своих грандиозных планах юноша позабыл, едва лишь въехал в деревню и увидел женщину, что встречала его на мостике, перекинутом через ручей. Диена опиралась на перила и выпуклый живот отчетливо обрисовывался под платьем…

Гейл соскочил с седла. Сейчас он не думал ни о власти над народами, ни о победоносных походах, ни о воинственных армиях… Он бросил своего кабо и лук, бросил меч и копье и с безграничной любовью обнял жену, что носила под сердцем его дитя.

ЧЕРНЫЕ ЩИТЫ

Глава первая

Правитель объединенных племен восседал верхом на кабо. Это ездовое животное кочевники, в восхищении перед его мощью и быстротой, именовали Сотрясающим Землю. На кончиках четырех изогнутых рогов скакуна красовались золотые шарики, — животное славилось своим дурным нравом и уже успело забодать нескольких пастухов.

В руке у короля, опиравшегося на луку седла, было превосходное сверкающее копье, не длинное, каким предпочитали пользоваться кочевники-эмси, а подлинное оружие шессинов, населявших Острова, откуда был родом правитель. Древко его было изготовлено из огненного дерева, специальная выемка для ладони не позволяла руке соскользнуть в момент удара. Нижняя часть оружия, где имелся спиральный желоб, служила противовесом грозному лезвию и заостренную часть можно было воткнуть даже в землю, утрамбованную копытами. Бронзовое острие с боковыми стальными плашками составляло не менее трети длины копья. Это великолепное оружие снискало себе славу от далекого севера, покрытого снегом и льдом, до королевств жаркого юга. Оно сделалось символом королевской власти, и сейчас, на пороге войны, он нуждался в нем как никогда. И пусть гвардейцы личной охраны никогда не позволили бы Гейлу рисковать жизнью в схватках с разбойниками, однако в бою даже самые преданные бойцы не сумели бы отвести от своего повелителя опасность.