Зеленый - Владимир Алексеевич Абрамов

— Нельзя, — строго посмотрела она на ребёнка, дублируя свои слова мысленными образами. — Эльфам нельзя иметь волшебные палочки, иначе люди нас уничтожат.

— Моё, — потянул Игорь руку к палочке. Та сама прыгнула к нему в ладонь, словно он применил манящие чары. Но заклинаний он не использовал, что его ввергло в ступор.

— Дорогой, ну нельзя, — нежно погладила его по голове Динки. — Эльфы рабы. Стоит волшебникам узнать, что у кого-то из нас появилась волшебная палочка, как нас всех уничтожат, — вновь палочка была отнята, но на этот раз без рук, и отлевитирована к корням его дерева. — Я оставлю её хозяину леса. Тем более, это его часть. Он присмотрит за нею.

Игорь словил второй ступор, наконец, поняв, что его смутило с появлением домовушки. Она говорила нормально. Без кривляний, подобострастия и обращения к себе в третьем лице. Такими домовых эльфов, пожалуй, не видел никто из людей. Он даже в теле кота такого не наблюдал. И она назвала себя эльфийкой! Не домовой эльфой… Будь он компьютером, в этот момент перед его глазами вылетел бы синий экран смерти.

Пока он пребывал в прострации — пейзаж резко изменился. Динки с ним на руках телепортировалась на кухню Хогвартса. Работа тут же остановилась. Все эльфы большими глазами разглядывали его.

— Динки, — выдвинулся вперёд пожилой домовик, кожа которого была морщинистой и имела сероватый оттенок, — когда ты успела родить мальчика?

— Родить? Старейшина, вы о чём? — она перевела взгляд на ребенка и нахмурилась настолько, что её лоб прочертила складка. Прищурилась. Ещё сильней прищурилась. — Ох! И правда, мой… — охрипла она от шока. — Но как? Когда? Я же не… Я бы помнила.

— Удивительный случай, — старейшина подпёр пятерней подбородок. — Это не тот малыш, который только что кричал на весь мир?

— Он, — пустым взглядом смотрела вдаль Динки. — Он звал меня. Его мысленный портрет показался мне знакомым, теперь ещё я почувствовала в нём свою кровь.

— Подарок от мира, — прошептал старейшина. — Это тебе подарок от мира, Динки. Но малыша нужно скрыть от волшебников. Они не должны узнать о его чудесном появлении на свет и о его могуществе, сопоставимым с предками.

— Он обычный эльф, — вернулась осмысленность взору Динки. — Та сила, она… Была дарована ему хозяином леса. Он передал малышу часть своей сути в виде волшебной палочки. Но я испугалась и оставила палочку хозяину леса.

— Правильно, — с одобрением покивал старейшина. — Лучше скрывать его силу от волшебников. Необученный ребёнок не сумеет обуздать такую силу и наверняка выдаст себя, тем самым погубит всех эльфов.

— Я научу его всему, что должен знать эльф, — гордо выпятила плоскую грудь Динки.

— Хм… — помассировал подбородок старейшина. — Это хорошо, но мне кажется, что ребёнок хочет есть.

— Ох, точно!

Игорь был усажен на стул. Вокруг него тут же засуетилась щебечущие домовушки в количество двадцати особей, отчего у него зарябило в глазах. Он до сих пор не мог отойти от шока и боялся использовать мыслеречь или что-то сказать, чтобы не выдать себя.

«Пипец! — подумал он. — Полный пипец!»

— Нельзя говорить такие слова, — покачала указательным пальцем Динки. — Это плохие слова, которые хорошие мальчики не должны даже думать!

Когда первый шок прошёл, стало понятно, что это джек-пот. Древние приняли его за ребёнка, который появился на свет чудесным образом. Непорочное зачатие вышло на иной уровень: мама есть, но она не принимала участие в рождении сына — он сразу появился на свет шестилетнем. На этом фоне байки о найденном в капусте ребёнке начинают обретать совершенно иной ареол.

После того, как домовики успокоились, накормили найденыша и вернулись к своим обязанностям, с ним осталась лишь Динки. Она увела его в подсобку, о существовании которой он во времена жизни в Хогвартсе даже не подозревал.

Цокольный этаж вмещал в себя просторное помещение с множеством небольших комнат. В одну из них его привела домовушка. Внутри довольно аскетично: одна узкая небольшая кровать, будто детская; рядом с ней стоит тумбочка. Серые каменные стены с вечно горящими свечами в подсвечниках. На этом весь интерьер закончился.

— Это моя комната, Граф.

— Скромные апартаменты… — Игорь замолк. Только сейчас до него дошло, как его назвали. — Ты узнала меня?

— Конечно, — степенно кивнула Динки.

Она подхватила его под подмышки и усадила на кровать. А он боялся пошевелиться, ожидая от неё расправы из-за разоблачения.

Изначально он и не думал притворяться ребёнком домовиков. Просто хотел настроить к себе Древних более положительно и выведать их тайны. Теперь, после того, как он узрел настоящих эльфов и был раскрыт, осознал, что ему конец.

Удивленно распахнув глаза, домовушка вопросила:

— Сынок, почему ты меня боишься?

— Ты узнала, кто я?

— Конечно. Ты Граф.

— И тебя это не злит?

— Глупенький, — нежно погладила она его по голове, а он сжался, ожидая агрессии. — Не бойся, малыш. Динки тебя не обидит. Как меня может злить мой ребёнок?

Дуб в теле ребёнка Древнего перестал что-либо понимать.

— Почему ты продолжаешь называть меня сыном, хотя поняла, что я Граф?

— А кто ты, если ты эльф и я чувствую в тебе свою кровь? Конечно же, ты мой сын. И не важно, кем ты был в прошлой жизни — сейчас ты эльф. Раз ты родился эльфом, на то была воля мира.

— Эм… Понятно… — на самом деле он ничего не мог осмыслить.

— Граф, я знаю, что ты уже не младенец. Умеешь мыслить и говорить. Но по меркам нашего народа ты ещё малыш. Тебе предстоит многому научиться, поэтому слушайся меня и не шали.

— Хорошо.

Окклюменция помогла унять панику. Он успокоил себя мыслями о том, что в случае смерти всё равно ему грозит всего лишь вернутся в дерево и затем в своё тело сполота. На этом он полностью успокоился.

— Динки, расскажешь об эльфах? Я не знаю, откуда вы и что вообще происходит?

— Об этом должны знать все эльфы, малыш, — одарила она его тёплой улыбкой. — Наши предки в стародавние времена повелевали всем миром. Все хотели служить им, а они милостиво принимали служение. Но однажды их слуги обратились против них, и нашим предкам пришлось уйти в другой мир.

Примерно так он себе и представлял историю Древних. Навострив уши, он продолжил ловить каждое слово Динки.

— С собой они забрали слуг из низших, которые не были одарены силой высших. Они известны тебе как гоблины, — скривила она презрительную мину. — Новая родина оказалась суровой. Там нашим предкам пришлось тяжело. Когда-то эльфы были высокими, но в новом мире потомки начали мельчать, пока мы не стали такими,