Надсада - Николай Зарубин

— Не надо, милый, об этом. Слишком печально это. Я думаю о другом. Послушай, как в стихах своих сказала Юлия Друнина:

Ты рядом, и все прекрасно:И дождь, и холодный ветер.Спасибо тебе, мой ясный,За то, что ты есть на свете…

— Прости, дорогая. Меня и впрямь чего-то занесло…

— Не пей больше, вот и не будет заносить.

— Виктор Николаевич разглагольствует от полноты сердца и от того, что все у него в жизни складывается как нельзя удачно, Ольга Николаевна, — позволил себе заметить оказавшийся рядом тот, кого Курицин именовал «дружком». — Будь у него побольше забот, другие бы речи вел…

«Дружком» оказался бородатый мужчина лет под шестьдесят, однако видом молодцеватый, подвижный, легко управляющийся со своим хозяйством, и если бы Ольга Николаевна имела больше жизненного опыта, то в фигуре Анатолия Алексеевича — так он был представлен Курициным — без труда угадала бы бывшего служаку. Он и был в недавнем прошлом служакой, находясь многие годы в непосредственном подчинении отца Виктора Курицина — Николая Ивановича. А в том ведомстве, где служил, своих не бросают, даже если это дети и внуки бывших сослуживцев. Здесь, в лице хозяина катера, была для Курицина та пристань, к которой он мог пристать в любое время дня и ночи, в любую для себя лихую минуту. Анатолий Алексеевич поглядывал на молодоженов снисходительно, говорил только то, что от него ожидали, старался меньше попадаться на глаза, дабы не мешать и не смущать гостей, однако все, что им требовалось, доставлялось в полной мере и в самый срок. Оттого пребывание на Байкале счастливой супружеской паре доставляло одно удовольствие, и четыре дня пролетели, как один час.

— О, Анатолий Алексеевич, забот у меня как раз полон рот. Вот покинем тебя, и впрягусь в лямку мэра, а там котельные, сети, дороги, образование, здравоохранение, и всюду только дыры, а бюджет — с гулькин хрен. Как его наполнить, где взять деньги, с каких налогоплательщиков, как защитить статьи дотаций, какие программы представить в область и получить под них средства — это, знаешь ли, труд каждодневный, титанический и неблагодарный. Потому что спасибо тебе никто не скажет: ни старушка какая-нибудь, ни учитель, ни врач, ни бомж. И бомжу ведь в канализационном люке тоже тепло надобно. Но главное, где взять кадры? Где найти тех преданных людей, которые бы делали с тобой одно дело, были бы и помощниками, и поддержкой, и опорой в минуты сомнений, в условиях нищего бюджета, в обстановке недоброжелательства, а порой и откровенной ненависти со стороны тех, кому ты не позволил паразитировать на бюджетных деньгах, на природных ресурсах, на лакомых кусочках бизнеса, на еще большем обнищании людей? Где?..

— Все это, Виктор Николаевич, дела житейские. И потом, не зря в народе говорят: по Сеньке и шапка. Если шапка главы администрации по тебе (а я думаю, она по тебе), то беспокоиться не о чем. Проблемы и задачи будут разрешаться по мере их поступления.

Анатолий Алексеевич замолчал, думая о своем, потом добавил:

— Я никогда не умел отдыхать. При такой работе, какая была у меня, и семью завести было проблематично. Твой отец сгорел раньше времени по той же причине, потому что снимали стружку за всякую мелочь. Да если бы только стружку — голова могла полететь в любую минуту. Хотя, может быть, я не встретил такую женщину, которая могла бы все понять и простить…

— Ну а теперь, Анатолий Алексеевич, живи в свое удовольствие! Байкал, рыбалка, воздух, природа… Хор-рошо!

— Нет, Виктор Николаевич, жизнь все же была там, в прошлом. Здесь я прозябаю, хоть и в приятном соседстве с прекрасным озером — Байкал…

— А кто тебя здесь держит? Переезжай ко мне в Присаянский. Возглавишь службу безопасности — ты еще в силе, и опыта тебе не занимать. Мне на этом месте нужен настоящий профессионал, спец, к тому же человек свой, на которого я мог бы всецело положиться. А там, глядишь, полномочия твои мы значительно расширим. Я даже уверен, что расширим. Есть у меня некоторые мыслишки на сей счет…

— И есть такая необходимость?

— Есть. Криминал поднял голову. Есть вошедшие в силу предприниматели, которые будут почище любого криминала. Будем с ними со всеми дружить, но проводить свою собственную линию. А чтобы проводить, надо уметь и защитить себя, и провести в массы нужную нам идеологию, и кой-чего еще. Подумай, я — серьезно.

— И подумаю, тем более служить тебе — это все равно, что служить твоему отцу.

— Видишь, Оленька, мы с тобой не только отдыхаем, но и проблемы решаем, — повернулся к жене.

И добавил, переведя взгляд на Анатолия Алексеевича:

— По мере их поступления.

Ровно через неделю появился в здании администрации. Пошел не в свой кабинет, а к управляющему делами.

— Показывай, — бросил коротко и пропустил Ивана Васильевича вперед.

Кабинет мэра был таким, каким его представлял себе Курицин, чему он немало подивился и, повернувшись к управу, только и смог сказать:

— Работа тебе, Иван Васильевич, на ближайшие пять лет обеспечена, но за других я бы не поручился.

«Другие» вошли к мэру ровно через полчаса. Вошли несмело, уступая друг другу дорогу. С позволения хозяина кабинета расположились за длинным столом для совещаний.

Курицин еще с минуту продолжал что-то писать, потом поднялся, обошел собравшихся, остановился у окна.

— Я не имел чести работать в администрации, поэтому не могу судить о профессиональных и человеческих качествах каждого из вас. Скажу только, что мне нужны не только специалисты своего профиля, но такие работники, которым не надо напоминать об их обязанностях. Исполнительность, компетентность, точность, способность выполнить задание в любое время суток, честность по отношению к своему руководителю, и все это помноженное на личную порядочность, — вот качества, которые меня могут устроить. Поэтому каждый из вас пройдет своего рода тестирование на профпригодность, и если подтвердит эту свою профпригодность, то будет работать в аппарате администрации. А сейчас у каждого из вас равные стартовые возможности. Но каждому я готов дать шанс. Предлагаю следующее.

Вернулся к столу, взял только что исписанный лист бумаги.

— Это своего рода анкета, где проставлены вопросы, на которые каждый из вас должен будет ответить. Ответить по возможности грамотно, развернуто, откровенно. Суть же вот в чем: что, по-вашему мнению, должно быть сделано на каждом конкретном месте в аппарате администрации, чтобы улучшить работу этого аппарата, сделать ее более эффективной, максимально приблизив к нуждам и потребностям населения территории? Здесь должно быть указано все: просчеты прежней администрации, источники пополнения бюджета, пути решения каких-то вопросов, оптимальный штат служб и направлений, болевые точки административной, жилищно-коммунальной, предпринимательской, социальной и других сфер. Срок — неделя. Чье видение проблем и путей выхода из сложившейся ситуации покажутся мне более убедительными, тот и будет работать в составе аппарата.