Командир Разведгруппы. За линией фронта - Анатолий Терещенко

Потом был подробнейший инструктаж о наших дальнейших задачах за границей — в Германии…

Учитывая то, что меня многое связывало с Чехословакией, Берия послал меня снова именно в эту страну.

Так я снова оказался в длительной служебной командировке в милом моему сердцу государстве по велению Берии, но уже к тому времени… отстраненному от власти. Всё это случилось в считаные дни.

Из столицы я вернулся тогда в Берлин, сдал дела и выехал снова в Москву в распоряжение отдела кадров. Через пару дней мне вручили необходимые документы для отъезда в Прагу. При этом кадровики шепнули, что шеф (Берия) арестован, но пока об этом нигде не объявлено.

Не могу забыть ощущения, которые я испытывал, прохаживаясь по улицам Москвы. Заходя в любой магазин, видел там портреты вождей. Среди них был, конечно, и портрет Берии. Наблюдаю за москвичами, озабоченно спешащими по своим делам и не ведающими, что этот портрет уже „доживает“ свои последние минуты…»

По пути в Чехословакию Александр Пантелеймонович остановился в Киеве, где жила его семья. Потом зашел в свое ведомство и обнаружил большую тревогу своих начальников.

Оказалось, что министр МВД УССР Павел Яковлевич Мешик и его первый заместитель Соломон Рафаилович Мильштейн срочно вызваны в Москву. Домой, в Киев, они больше не вернулись. Их постигла участь московских коллег.

Оба не реабилитированы.

В Киеве ожидал своей участи и генерал-лейтенант Петр Иванович Ивашутин…

Слово Святогорову:

«А спустя пару дней я узнал об аресте бывшего руководителя советской разведки, под чьим началом я работал, — генерал-лейтенанта Павла Анатольевича Судоплатова. Это был действительно шок для меня. Я и мои коллеги его ценили и уважали как высокого профессионала и доброго по натуре человека.

Мне было ясно, что его арестовали только за то, что он работал длительное время рядом с Берией. Но разве человек выбирает, когда и где ему родиться? Военная служба, как и чекистская, тоже не предполагает бегства от назначений на соответственную должность.

Впоследствии Судоплатов отсидел… 15 лет — „от звонка до звонка“. Хрущев мстил всем, кто много знал о его деятельности, в том числе кровавой, на Украине. А у Судоплатова наверняка было много материалов на эту тему.

Откровенно говоря, я и сам не чувствовал себя уверенно, ведь в Чехословакию посылал меня формально Берия. Забегая немного вперед, скажу, что для меня всё обошлось…»

Да, политика — это грязная штука, это грызня пауков в банке за власть, в основном за власть над людьми, за положение в обществе, за корыто… Так оценивали её многие классики мировой литературы. Особенно это ярко проявляется в тех странах, где чиновников больших калибров не выбирают честным голосованием на выборах, а назначают с использованием кумовства и личной преданности.

Судоплатов был высоким профессионалом в разведке, но его арест не обошелся без вмешательства мстительного прародителя так называемой «оттепели пятидесятых с насморком для народа» Никиты Хрущева.

Так это «чучело от политики», как писали журналисты позже, «отблагодарило» одного из наиболее преданных и заслуженных сынов Отечества. Прославленному генералу, не щадившему своего «живота во имя безопасности страны», вменили в вину участие в заговоре Берии, имевшем целью ни много ни мало «уничтожение членов советского правительства и реставрацию капитализма».

Такое же обвинение Хрущев бросил и руководителю легендарной военной контрразведки в годы войны — «Смерш», а потом министру ГБ Виктору Семеновичу Абакумову, который был часто оппонентом Берии. Но его Никита записал в друзья Лаврентия Павловича и приказал «скорее кончать», то есть расстрелять. Министр много чего знал о кровавых грехах нового вождя СССР.

Той же монетой, только без ареста он отплатил, как уже упоминалось выше, и Г. К. Жукову, принимавшему участие в аресте Берии. Он снял его с должности министра обороны СССР с предательской замашкой, когда его не было в Москве, — тот отправился с визитом в Югославию.

Разве такую политику можно назвать чистой?!

Павел Анатольевич Судоплатов (псевдонимы «Андрей», «П. Матвеев», «Анатолий Андреев») родился в 1907 году в Мелитополе в семье мельника. Был воспитанником полка в Красной Армии. После разгрома части войсками генерала Шкуро беспризорничал, подрабатывал в порту и на базаре. В начале 1920 года вступил в Красную Армию. Участвовал в боях на Украине и на Польском фронте. В дальнейшем был сотрудником Особого отдела 44-й дивизии, затем Волынского губернского отдела ГПУ в Житомире. С 1923 года на комсомольской работе в Мелитополе, а затем там же был принят на работу в окружной отдел ГПУ.

В период с 1928 по 1930 год заочно учился на рабфаке. В феврале 1932 года он переведен в центральный аппарат ОГПУ. С 1933 года — в аппарате ИНО ОГПУ — в разведке.

В 1935 году под видом представителя украинского антисоветского подполья под псевдонимом «Андрей» внедрен в руководство ОУН в Берлине. Учился в специальной партийной школе НСДАП в Лейпциге. Завоевал доверие лидера ОУН Е. Коновальца, вошел в его ближайшее окружение и сопровождал в инспекционных поездках в Париж и Вену.

23 августа 1938 года по личному поручению И. В. Сталина осуществил в Роттердаме (Нидерланды) ликвидацию Е. Коновальца, передав любителю сладенького коробку конфет с заложенной в ней бомбой. Сладкоежка закончил земное существование после вскрытия коробки.

В ноябре — декабре 1938 года после ареста З. И. Пассова и С. М. Шпигельгласа Судоплатов исполнял обязанности начальника 5-го отдела ГУГБ НКВД.

В декабре 1938 года был отстранен от работы, исключен первичной парторганизацией из партии за «связь с врагами народа». Благодаря вмешательству вышестоящего руководства решение не было утверждено парткомом наркомата.

Руководил операцией «Утка» (ликвидация «красного зверя революции» Л. Д. Троцкого).

С февраля 1941 года заместитель начальника 1-го (разведывательного) управления НКГБ СССР. С января 1942 года — начальник 4-го управления НКВД СССР, руководил партизанскими и разведывательно-диверсионными операциями в ближнем и дальнем тылу противника, координировал работу агентурной сети на территории Германии и стран — её союзников.

С мая 1943 года — начальник 4-го управления НКГБ СССР.

В 1945–1947 годах под именем П. Матвеева и прикрытием должности советника МИДа участвовал в подготовке и проведении конфиденциальных переговоров В. М. Молотова с Чрезвычайным и Полномочным послом США в СССР А. Гарриманом.

В феврале 1947 года возглавил отдел «ДР» (диверсионная работа против военно-стратегических баз США и НАТО, расположенных вокруг СССР).