DeFlor - Сергей Че

знала, что делать дальше. С одной стороны, она понимала, что лучше отнестись к предстоящему профессионально. Как к заданию. То есть отключить всякие рефлексии, деловито подрочить, пососать, вовремя взяться за яйца, а потом свалить в темноту, словно ее и не было.

С другой – он не был ей безразличен. В голове крутились воспоминания, как он прижимал ее к стене, как брал за талию, за горло. Жар внизу живота усиливался. Она снова хотела запустить пальцы в его темную шевелюру. Необходимость выполнить соглашение накладывалось на собственные смутные чувства, и от этого становилось немного не по себе. Она вдруг поймала себя на мысли, что если б за деревьями не торчал Паша и не буровил ее спину взглядом, возможно, она бы не стала ограничиваться минетом.

Она медленно, едва касаясь, провела пальцами по его груди. И только тогда заметила, что он не спит.

- Ты мне снишься? – едва слышно спросил он.

- Конечно, - прошептала она.

- Тогда иди сюда.

Он взял ее за руку и притянул к себе.

- Если это сон, тогда нам все можно.

- Да.

Его губы прошлись по ее волосам, щеке, нашли рот. Язык мягко проник внутрь, и она сперва замерла, прислушиваясь к новым ощущениям, потом стала робко отвечать. Сильные руки прижимали ее тело, скользнули по спине вниз и сжали ягодицы.

Он резко перевернул ее на спину и подмял под себя. Одна его рука вцепилась ей в волосы и оттянула голову назад, открыв горло. Другая оказалась под блузкой и сжала грудь. Алина почувствовала, что теряет над собой контроль. Волна вожделения поднялась из дальних глубин и накрыла ее с головой. Ноги сами разошлись в стороны и согнулись в коленях. Его руки скакнули вниз, ладони приподняли зад, стягивая трусы.

- Как я долго этого ждал, моя девочка.

- Нет…

Из последних сил она оттолкнула его, перевернула обратно и села сверху.

Он недоуменно посмотрел на нее.

- Что-то не так?

- Сначала я хочу по-другому.

Он улыбнулся.

- Все, что захочешь, детка.

Она легонько целовала его грудь, лаская язычком соски, опускалась все ниже, к мускулистому животу и кубикам пресса. Бедрами она ощутила его внушительный бугор и медленно провела вдоль него ладонью, обхватила пальцами. В голове мелькнула вечная мысль любой девственницы: «как эта огромная штука в меня влезет».

И тут на нее упала чья-то тень, Дарио вдруг вскрикнул и обмяк.

Алина вскочила на ноги.

- Какого хрена! Паша!

Стоящий над головой Дарио Паша выпрямился.

- Ты его что, убил?!

- Да нет, - буркнул тот. – Вырубил. До утра будет без сознания. Когда очнется, подумает, что видел сладкий сон.

- Но зачем?!

Паша хмуро почесал затылок.

- Ты понимаешь… Оказывается я не могу смотреть, как в твои сахарные губки лезет чей-то хер. Даже удивительно. Сам от себя такого не ожидал.

- И что теперь делать?!

Паша пожал плечами.

- Да то же самое. Доставай жучок и устанавливай ему на яйца. Ничего не изменилось. Надо было сразу действовать по такому плану.

- Ну уж нет! Сам его вырубил, сам жучок и устанавливай!

- С ума сошла?! Чтобы я к яйцам чужого мужика прикасался?! Это ж конченный зашквар! Меня пацаны не поймут!

- Пацаны не узнают. Давай, Паша.

- Никогда! Это твое соглашение и твоя работа.

Алина вздохнула.

- Ладно. Должен будешь.

Она подняла с травы свои шорты («когда он успел их с меня стащить?»), нащупала в кармашке контейнер с жучком, опять присела рядом с лежащим Дарио и протянула руку к ширинке.

21

- И что дальше?

Алина посмотрела на свою руку. Пальцы до сих пор помнили, как прикасались. А перед глазами до сих пор стояло. Ну, не совсем стояло, так, привставало скорее, но даже в таком полувисячем сонном виде… Он был не просто большой, он был реально огромный. Она попыталась представить, как он будет выглядеть в готовом состоянии, и тут же покраснела, почувствовав, что намокает. Оглянулась, чтобы скрыть смущение. Поляны уже не было видно. Только пробивались сквозь заросли отблески тлеющего костра.

- Ну, что дальше, что дальше… - Паша подошел к лифту, замаскированному под замшелый склон холма. – Жучок будет считывать инфу, начальство будет ее получать. Если попадется что-нибудь интересное, сделает выводы.

- То есть мы с этого жучка ничего не получим?

Двери лифта разъехались.

- Ну, почему? Если наверху сочтут нужным, то поделятся. Вопрос только, как и чем. Тем более, до сих пор не понятно, куда наши с тобой кураторы со своей яхтой делись. Может вскоре появятся… Чего застряла? Проходи.

Алина в ступоре вглядывалась назад, приоткрыв рот.

- Да… Извини, - она тряхнула волосами, выгоняя из головы развратные картинки, и шагнула внутрь.

Паша нажал кнопку и усмехнулся.

- Дай догадаюсь. Первый раз вживую мужской половой хуй увидела? Теперь никак не отойдешь?

Алина вновь залилась краской и пробормотала:

- Хуй как хуй. Ничего особенного.

- Это да, - согласился Паша. – Так то, конечно, елда у твоего очередного несостоявшегося ебаря внушительная, но до сатаны точно не дотягивает.

- Какого еще сатаны?!

- Это наша старая казарменная классификация. Тычинка, зубочистка, волшебная палочка, резиновая дубинка, палица и сатана.

- Почему сатана?

- От названия баллистической ракеты. У нашего сержанта такой был. Он им в натуре груши мог околачивать. Когда из штанов доставал, самые раздолбанные шлюхи в ужасе разбегались. А если кому по пьяни засаживал, так те потом неделю раскорякой ходили.

- Не позавидуешь.

- Кому? Сержанту или его бабам?

Лифт остановился, двери раскрылись.

- И бабам, и сержанту.

- Это точно, - хохотнул Паша. – Вечно ходил недовольный. Так, говорил, хочется до самых помидор присунуть, а не влезает. Полуметровый шланг – горе в семье. Короче, если не успокоишься, обращайся. Помогу.

- Ты это о чем? – подозрительно глянула на него Алина.

- Как о чем? Я же по глазам вижу. До сих пор хочешь снова на спинку лечь и ноги раздвинуть. Я даже, кажется, слышу, как у тебя в трусах хлюпает.

- Паша!

- Да я чисто из дружеских побуждений. Сама же понимаешь. Тебя полапали, чуть было не трахнули, ты возбудилась. Значит, нужна разрядка. Если тебя сейчас не выебать, станешь раздражительной, на людей начнешь бросаться. Тебе оно