Будь здоров - Papirus

Потом мою голову посетила, наконец, разумная мысль. Я-то ладно, привык спать в пещерах, как придется, но вот девушкам будет трудновато.

— Леди, предлагаю решить проблему так. Вы сейчас перебираете содержимое сумки и оставляете те вещи, какие смогут послужить вам постелью в пути. Остальное лучше оставить.

— Постелью? Мы ночевать будем в этих страшных пещерах?! На грязном полу?

— Да, Олисия. Нам придется провести здесь дней восемь. Не меньше. Другого пути нет. Причем двигаться нам придется, как можно быстрее. Я думаю, среди захватчиков замка найдутся умные люди, которые догадаются, куда мы скрылись. Им на это потребуется время, но догонять нас будут опытные люди. Теперь вы понимаете необходимость избавиться от лишней обузы?

— Я понимаю, — сурово поджав губы, сказала графиня.

— Кстати, а ваша служанка взяла себе что-нибудь на смену? В пещерах давно не подметали, а когда мы выйдем на поверхность, вполне возможно стиркой заняться будет негде. Не желаете ли что-нибудь пожертвовать бедной девушке?

Олисия решительно открыла сумку и стала доставать вещи одну за другой в порядке обратном укладыванию. К сожалению пока не придумали, как можно достать вещь, уложенную первой, не вытаскивая на свет все последующие. Да и сам узор большей частью оставался для меня тайной и, как говорил учитель Лабриано, для большинства целителей тоже.

Кажется, юная леди приняла новые правила игры — прекрасная дама терпеливо переносит тяготы пути наравне с мужчинами. Собственно, пока это на пользу делу — я не против и готов поддержать любую игру. Чем бы ни тешилась, лишь бы не плакала.

Кисея, шелк, бархат, парча, муслин — не разбираюсь я во всей этой женской науке, поэтому оценивал ценность вещи по плотности ткани и пригодности для пещерной жизни. В итоге вес сумки снизился в три раза, а на полу образовался сталагмит из тряпья от лучших портных Лопера.

Перед тем, как двинуться дальше, я еще раз посмотрел нитью-лучом давно оставленный нами потайной ход. В этот раз картинка меня не порадовала. Видать, очень им нужна была юная леди, раз они не оставили попыток поймать ее. Когда я заделывал дыру, оставил довольно обширное пространство, очищенное от пыли и камней, как по эту сторону хода, так и со стороны потайного. Кто-то не глупый из преследователей, скорее всего, догадался, куда мы ушли, раз следы наши обрывались перед расчищенным участком и не продолжались после. Какие-то люди с шахтерскими кирками посередине чистого участка рубили два хода в противоположные стороны. Причем больше их было как раз с другой стороны — ее, видимо, посчитали наиболее вероятным вариантом нашего ухода, так как она вела в сторону Лопера. Но все равно в правильном направлении они должны были при таких темпах прорубиться часа через три. Затем следует ожидать свору охотников.

Я не знал принципа действия поискового амулета, поэтому, как замести следы, не представлял. Ненависти к преследователям не испытывал, а с монстрами-наемниками уже разобрался. У меня они настолько прочно ассоциировались с тварями из ущелья Змей, что даже отката почти не почувствовал — волна прошла, однако как-то нерешительно и очень быстро сошла на нет. Небольшой обвал, пожалуй, не помешает. В пещерах эта вещь непредсказуемая может и людей придавить, поэтому надо поточнее все рассчитать. Я выбрал одно из платьев из кучи выброшенных и подошел к графине.

— Леди Олисия, вы бы не согласились пожертвовать немного крови, чтобы сбить врагов со следа? — та вся задрожала и замотала головой.

— Нет. Я боюсь. Это больно.

— Я ведь травник. Обещаю — больно не будет. Я тут же все вылечу. Дайте Вашу руку, — она нерешительно протянула левую руку. Я тут же полоснул по запястью кинжалом, пока она не передумала, и брызнул кровью на подол выбранного платья, потом простым магусом залечил царапину. Девушка еще только успела ахнуть, как все кончилось.

Попросив всех оставаться на месте, я вернулся метров на триста назад, где свод был не очень прочен. Когда мы проходили, мне пришлось его немного поддерживать куполом. Теперь же я ударил по своду булавой…, затем еще три раза. Когда обвал нужен, его, наоборот, не дождешься. Платье перед этим положил так, чтобы его завалило почти полностью, оставив небольшой кончик с кровью графини. Заглянув лучом за завал, чуть-чуть подправил картину гибели девушки. Рассуждал так — погоня, лишенная возможности преследовать нас, вряд ли захочет бродить по пещерам в призрачной надежде случайно вновь наткнуться на наши следы. Даже если враги не поверят в гибель девушки сразу — постараются убедить себя в этом потом.

Дальше мы довольно бодро двигались до самого вечера. Время суток я определял просто — прошивал горы вертикальным лучом и по высоте Солано мог приблизительно представить, который час.

Первой же ночью в пещерах я связался со Свентой и сообщил ей, что произошло. Успокоил, заверив, что в этот раз к походу готов и ни в чем не испытываю нужды. На всякий случай про Олисию, компанию и возможное преследование рассказывать не стал. Не хотелось волновать жену понапрасну.

Скромный завтрак перед продолжением похода не очень поднял мне настроение, но был и положительный момент — его могло не быть вовсе, если бы я не готовился к уходу из замка. Интересно, ушел бы я раньше, заранее зная, что готовится штурм, или нет?… Скорее всего, нет. Я поклялся графу спасти его дочь и не важно, что в тот момент подразумевалось отнюдь не спасение от убийц.

По дороге продолжал просматривать состояние сводов и стен, прощупывал лучом окрестности и, в частности, место моего рукотворного завала. Наконец, часа через три нашего похода к месту моей мистификации стали приближаться преследователи. Я немедленно объявил привал, попросил не беспокоить и сосредоточил внимание на группе воинов во главе с офицером.

Добравшись до препятствия, офицер приказал хорошенько осветить его и тщательно осмотреть. Кто-то из солдат заметил кусок подола и позвал.

— Господин капитан. Смотрите, что я нашел.

Офицер подозвал несколько человек с кирками, приказал им расчистить место и достать, то, что есть под завалом. Видимо, эти воины неплохо знали горы, поскольку прежде чем приступить к работе осветили своды и стены, внимательно их осмотрели, посовещались меж собой, затем подошли к командиру.

— Ваша милость, нельзя здесь работать, — сказал один из них, вероятно, старший, — Вон там трещина идет, если убрать те камни, что на тряпке лежат, как бы весь ход не обрушился.

— Хорошо. Тогда просто отрежьте, что там торчит, а мы посмотрим.

Когда это было сделано, капитан чуть не облизал кусок подола.