Тот самый непобедимый - Андрей Льгов

В центре же бился Тор. Могучий ас сражался один против всех остальных ванов. Вернее всего, как оценил обстановку Один, товарищи Тора сочли за необходимость отступить к стенам города и залегли там, прячась от смертоносного оружия своего же друга.

Тор стоял один посреди поля и вертел вокруг себя Мьелльнир, привязанный к руке на длинном ремне. Могучий молот наносил удары во все стороны, принося невиданный ущерб окружающей природе, круша скалы и ломая вековые деревья, если те попадались у него на пути, или просто оставляя в земле глубокие воронки. Шум, производимый Тором, Один и услышал, находясь далеко от Асгарда.

Несмотря на страшные разрушения, урон, наносимый врагу Тором, был значительно меньше, чем у Олафа или Хэймлета. Вернее, никакого урона не было вовсе. Ваны просто бежали, охваченные ужасом перед могучим оружием Тора. Ас, увлекшись, успел уже довольно далеко отойти от города. Казалось, Тор может вот так, без устали, гнать врагов до самого Ванахейма и дальше. Один достал из-за пояса рог и протрубил отбой.

Гром трубных звуков разнесся под небесами Асгарда, и тысячи голов поднялись вверх. Ваны, и без того начавшие массовое отступление, устрашившись, поспешили убраться восвояси. А асы, узнав в одиноком всаднике, парящем в небесах на восьминогом коне, своего владыку, разразились победными воплями.

Один направил Слейпнира в город.

Олаф сидел за столом и затуманенным взором высматривал аса поздоровее, чтобы затеять с ним драку. Банкет по случаю возвращения Одина и приобретения асами божественности был в самом разгаре. Выпито было достаточно, и теперь настало время поразмять мускулы по-мужски, как подобает викингам.

Однако Торкланду не везло. Все, на ком останавливал взор великий воин, не выдерживали его критической оценки и были явно недостойным объектом для мордобития. Наконец-то в поле зрения славного ярла попал Тор. Этот парень был хоть куда, однако Олафу очень не хотелось драться с другом, но выбора у него не было. Достойных противников Торкланд больше не видел.

Расталкивая окружающих, Олаф стал пробираться к товарищу, который в это время, ничего не подозревая, увлеченно спорил с Тюром. Торкланд, перевернув лавку, все же добрался до того места, где сидел Тор.

- Эй, приятель, а не хотелось бы тебе немножечко поразмяться? - пробасил викинг в самое ухо аса.

Тор повернулся и удивленно посмотрел на ярла.

- Олаф, а может, не надо? - как-то слишком уж мягко произнес могучий ас.

Торкланд принял ответ товарища за проявление слабости, а слабость, как известно, викинг не любил.

- Эй, Тор, я тебя не узнаю, неужели ты позволил себе превратиться в кисейную бабу? Я мигом вышибу из тебя эту дурь! - проорал Олаф на весь зал.

Викинг широко размахнулся и что было силы врезал Тору промеж глаз. Еще не решивший, что ему делать, ас растерянно покачнулся, но с лавки не свалился. Олаф был озадачен, удар был вымерен и нанесен верно и в точку - таким ударом, точно между глаз, ярл иногда клал быков, приготовленных под убой, однако сейчас усилия Торкланда не принесли желаемого результата.

Разъяренный викинг поднял свой тяжелый кулак и с размаху опустил его на темечко сидящему асу.

- Будешь ты наконец драться или нет? - вопил пьяный викинг.

Но, похоже, сотрясение мозга, устроенное Олафом, все же вывело Тора из себя. Ас не на шутку взбесился. Он медленно встал из-за стола и, схватив Торкланда за шиворот, оторвал приятеля от земли. Олаф был немного выше Тора, и поэтому асу приходилось держать викинга на вытянутой вверх руке.

Великий ярл был сконфужен и опозорен, до сих пор только он сам проделывал такое с окружающими. Торкланд дернулся, попытавшись вырваться или хотя бы как-нибудь ударить аса. Но хватка Тора была железной, все попытки викинга оказались пустыми.

"И откуда у него столько дури взялось? - промелькнуло в голове у Торкланда.- Еще ведь недавно мы с ним дрались на равных".

- Я ж тебе, недоумку, говорил: "Не надо!" - проговорил Тор, укоризненно посмотрев в глаза подгулявшему приятелю.- Глупец, я же теперь бог! Как ты собирался со мной тягаться? Но ты, Олаф, отличный парень, поэтому я удовлетворю твою просьбу.

Это были последние слова, которые услышал викинг перед тем, как у его лица возник натруженный, утыканный рыжими волосинами кулак. Тело уже отключившегося Торкланда поднялось в воздух и, пролетев над столом, врезалось в бревенчатую стену и мешком сползло на пол.

Тор хоть и получил божественность, однако не успел обвыкнуться в новой ипостаси и чувствовал угрызения совести перед своим будущим созданием, а теперешним лучшим другом Олафом Торкландом. К великому облегчению могучего аса, викинг, проснувшись рано утром, напрочь не помнил происшедших накануне событий.

Олаф ходил по дому приятеля и восторженно демонстрировал всем свое распухшее лицо, то и дело смотрясь в отшлифованный медный тазик. Силу Олаф уважал как в себе, так и в окружающих, поэтому, когда ему рассказали, кто его так разукрасил, Тор заметно вырос в глазах ярла. Правда, шлем с полумаской, который нашел для друга в трюме своего корабля Хэймлет, теперь не годился, и датчанин послал младшего хирдмана на драккар найти шлем, не стесняющий изрядно расширившееся в размерах лицо Олафа.

Тревожный рев Хеймдаллева рога застал товарищей за утренним элем.

- Ну они и упрямые! - Тор выразительно поднял глаза к небесам.- Утомили.

Однако воинам ничего не оставалось, как отставить хмельной напиток и поспешить на городские стены.

Ваны действовали с настойчивостью комара. Несмотря на вчерашний разгром, они с утра снова пошли в наступление. Впереди черноволосого воинства шла Хейд. Вопреки своим привычкам, ведьма не парила в облаках, а передвигалась на своих двоих. Что-то в ее действиях и выражении лица заставляло наблюдателей насторожиться.

Ворота Асгарда со скрипом отворились, и навстречу врагам выехал одинокий всадник на восьминогом вороном жеребце. Асы хотели последовать за своим владыкой, но Один жестом остановил их.

Ведьма, несмотря на свой пеший способ передвижения, шла ничуть не медленнее, чем Слейпнир, и две сходящиеся фигуры сошлись недалеко от стен города.

- Ты все не можешь уняться, вздорная женщина! - прокричал Один с высоты крупа своего коня.- Сколько уже погибло твоих сородичей, а тебе все мало!

Хейд оскалилась леденящей душу улыбкой и проговорила:

- Кто ты такой, презренный ас, что позволяешь себе выезжать мне навстречу один, не страшась моего гнева? Глупый варвар, только и умеешь махать заточенной и насаженной на рукоять железякой. Ты набрался наглости заглянуть мне в лицо и поплатишься за это.

Тихий голос Хейд разнесся по окрестным холмам и долинам, заставив в страхе затрепетать вековые деревья, а лесное зверье срочно убраться подальше, чтобы случайно не попасть под горячую руку великой колдуньи. Но Один в ответ рассмеялся:

- Ты хочешь знать, с кем ты говоришь, темная колдунья ванов? Так знай же, перед тобой твой бог, поставленный Создателем управлять той частью мира, к которой ты имеешь несчастье относиться. Так что, хочешь ты этого или нет, но теперь тебе точно придется убраться ни с чем. И считай великой милостью то, что я выехал тебе навстречу и разговариваю сейчас, а не уничтожил тебя сразу. Кстати, о заточенной железяке, про которую ты так неуважительно отозвалась: в новом мире, который будет создан асами по воле Творца, меч, а не соха и не магический жезл будет атрибутом властвующих, запомни это и проведи оставшуюся жизнь в скромности и смирении.

Теперь настала очередь рассмеяться ведьме.

- Ты - бог? Да ты не стоишь и заморенной жабы, в которую я тебя сейчас превращу. Нет, пожалуй, с превращением мы подождем, сначала я на твоих глазах разрушу ваш мерзкий городишко, а потом разберусь с тобой, полоумный дикарь!

Хейд махнула рукой, и могучие стены Асгарда, построенные каменщиком Вальбрандом из целых скал, задрожали. Но не рухнули.

- Проклятье! - процедила колдунья сквозь зубы и, вспомнив об Одине, вновь с ненавистью глянула в его сторону: - Ты еще здесь и до сих пор смеешься? Но, я думаю, сейчас ты увидишь то, что заставит тебя задрожать. Только один ас мог похвастать благодатью Создателя, и благодаря ему ваш город еще не разрушен. Но теперь я все равно сровняю Асгард с землей, несмотря на мощь стен, возведенных великаном Вальбрандом, и твое нахальство!

Хейд сунула руку за пазуху и извлекла на свет из кучи тряпья, свисающей с ее плеч, округлый предмет:

- Вот, смотри, глупый ас, что стало с тем, кто противился воле великой колдуньи ванов!

Один всмотрелся в выставленный ведьмой предмет и действительно задрожал, но не от страха, а от гнева, обуявшего великого аса. Перед ним была голова Мимира.

- Что скривился? Не по нутру такое зрелище? Но я еще даю тебе возможность убежать. Держи мой подарок и покажи его в Асгарде, пусть асы перед смертью проникнутся ужасом! - Ведьма небрежно швырнула голову Мимира в руки Одину.