Джо Р. Лансдейл. Повести и рассказы. - Джо Р. Лансдейл

— Действительно, пора, сэр.

— Сейчас? — спросил кролик, вынимая часы и рассматривая циферблат в лунном свете. — Давно пора.

Карпентер разразился истерическим смехом. На его щеках блестели слезы.

— Это безумие! Ты не можешь причинить мне боль. Ты — сон. Ты — чертов Белый кролик из "Алисы в Стране Чудес". Ты — сон. Я сейчас проснусь!

— О, — сказал кролик, выглядя озадаченным, и с удивительной ловкостью достал из жилетного кармана нож с острым лезвием. — А ты?

И он перерезал Карпентеру горло.

Затем все сели за стол.

Перевод: Zanahorras

Бог Лезвий

Перевод: Григорий Шокин

В оформлении использована иллюстрация Дарьи Кузнецовой

Дизайн обложки: Юлия Межова

Joe R. Lansdale, "The God of the Razor",2007

Бог лезвий

Перед вами — изъятый из «Пронзающих ночь» фрагмент, претерпевший минимум изменений, хотя бы в части описания Бога Лезвий.

Мне нравится описание этого парня — звучит хвастливо, но, увы, дела обстоят так. Он жил в моей голове еще до «Пронзающих ночь», этот гибрид сказочного чудовища и современной городской легенды, выходец из страшного сна — собственно, именно в страшном сне я и узрел его образ.

Бог Лезвий стал для меня наваждением, и я, мягко говоря, расстроился, когда выяснилось, что быстрая публикация «Пронзающим ночь» не светит и что мир не скоро узнает об этом монстре. Вскоре мне пришла идея посвятить ему отдельный короткий рассказ, и, хоть его нельзя назвать лучшим образцом моей прозы, «Бог Лезвий» худо-бедно производит эффект. Его перепечатывают, даже выпустили радиоподкаст на его основе — мне результат очень даже понравился. Возможно, из истории получится классный эпизод недавних «Мастеров ужаса»[26] от «Шоутайм», но, так или иначе, здесь, в книге, она представлена на пике формы — прозаической. Наслаждайтесь.

Ричардс прибыл около восьми. Полная луна светила ярко, несмотря на завесу из облаков, и дом предстал перед ним во всем своем отсутствующем великолепии. Именно таким его описал хозяин — старый, полуразрушенный, до неприличия безобразный.

В нем было что-то готическое, что-то — от плантаторского особняка, а что-то — от расколоченного ящика из-под апельсинов. Задумавший его архитектор то ли не смог до конца определиться с воплощением своей фантазии, то ли напился перед сдачей проекта, то ли питал странную любовь к непостижимым углам.

Достав вверенный ему ключ из кармана, Ричардс зашагал к дому, надеясь, что поездка не окажется напрасной. Уже не раз его охота за антиквариатом превращалась в ловлю водяной струи ситом. В этот раз все могло закончиться тем же. Хозяин, болезненный старик по имени Кляйн, не бывал в доме уже двадцать лет — за это время со всем, что внутри, многое могло произойти, несмотря на замки и заколоченные окна. Кто-то мог забраться внутрь и что-то украсть, или фундамент сточили термиты, в стенах завелись крысы, начала протекать крыша. Любой из этих факторов, поодиночке или с чем-либо в сочетании, был способен превратить лучшие образцы фурнитуры в опилки и материал на растопку. Но игра стоила свеч. Если внутри дом уцелел, Ричардса, вероятно, ждала удача.

Когда плотная темная туча закрыла луну, Ричардс, подсвечивая путь фонариком, взобрался на скрипучее крыльцо, снял с двери экран и повернул в замке ключ.

Оказавшись внутри, он пошарил лучом по сторонам. Кругом, казалось, были только пыль да тьма, но давешняя туча миновала, и столбики лунного света проникли в дом через прорехи в заколоченных окнах, нарисовав замысловатый частокол. Глазам Ричардса предстали отклеившиеся обои, свисавшие почти до пола, подобно ветвям плакучей ивы.

По левую руку от него вверх поднималась широкая винтовая лестница. Посветив туда, Ричардс заметил, что перила местами держатся лишь на добром слове.

А прямо напротив была дверь, узкая и побитая временем. Рассудив, что здесь, в первом помещении, ничего интересного на глаза не попалось, Ричардс решил начать осмотр дома с того, что за ней. Особой разницы выбор отправной точки, видимо, не давал.

Следуя за лучом фонарика и смахивая по пути паутину, он подошел к двери и открыл ее. Поток холодного воздуха окутал его, увлекая за собой кисловатый душок, как от холодильника, где долго лежало тухлое мясо. Его почти хватило, чтобы вывернуть желудок Ричардса наизнанку, и на долю секунды он был почти готов закрыть дверь и забыть, что за ней. Но представив себе залы, полные скрытых полумраком ценных вещиц, он решился на повторный, более уверенный шаг. Если уж, миновав все препоны, выторговал ключ от этого места и приехал сюда в поисках антикварной мебели, придется тут все хорошенько осмотреть — и плевать на запах.

Подсвечивая себе фонариком, на помощь которому пришел лунный свет, Ричардс убедился, что нашел вход в подвал. Ступени, ведущие вниз, казались древними и небезопасными, да и пол при взгляде сверху выглядел странно-стеклянным.

И все же Ричардс рискнул. Аккуратно поставив ногу на первую ступеньку, он не спеша перенес на нее весь свой вес. Та сдюжила, не хрустнула и не провалилась. Сойдя еще на три ступеньки вниз с большой осторожностью, он наслушался скрипов