Антология советского детектива-38. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Азольский Анатолий

— Бедная девушка. Моисеенко сказал, что лично будет помогать ей, пока Саша не освободится. Скажите, а как у нее с деньгами?

— Нормально, я делюсь с ней своими процентами, — улыбнулся Эди.

— Это делает вам честь, — высокопарно заметил Марк. — Когда приедете в Москву, поговорим и об этом.

— А когда вы обратно собираетесь? — неожиданно спросил Эди. — Если побудете здесь до суда, можем поехать вместе.

— Мне надо вечером или завтра утром возвращаться — дела, — улыбнулся Марк, пожимая ему руку.

Попрощавшись с ним, Эди вернулся к себе в номер и, положив пакет с деньгами в сумку, вновь лег, обкатывая в мозгу детали прошедшей встречи.

«Как и положено профи, он не сразу пошел на контакт со мной. Видно, что понаблюдал со стороны и только потом решился. Надо будет у ребят спросить, почему не проинформировали меня о его прибытии. Хотя можно допустить, что они не обладают такой информацией. Московская наружка могла упустить его из-под наблюдения, и он смог тайком сорваться в Минск. В таком случае он наверняка бесконтрольно помотался по городу и даже не исключено, что встречался с кем-нибудь из своих людей. В таком случае мой утренний звонок дежурному был кстати и можно ожидать, что Марка возьмут под наблюдение. Как бы то ни было, необходимо форсировать подготовку Елены, чтобы она смогла противостоять хитростям «заботливого» Моисеенко. По всему, они начнут с ней плотно работать после возвращения в Москву», — рассуждал он, несколько раз срывая трубку со звонящего телефонного аппарата… Но на его «алло» никто не отвечал.

Наконец, отнеся это на счет происков Марка, пытающегося таким элементарным способом выяснять, не стал ли Эди по возвращении в номер звонить кому-нибудь или ушел из номера, что могло вызвать вопросы, а не ведет ли он двойную игру, майор лишь улыбнулся.

Через некоторое время с улицы стали доноситься шумы движения автомобилей. По коридору зашаркали дежурные и уборщицы, изредка перебрасываясь неотчетливыми фразами.

Спустя каких-то полчаса телефон вновь ожил. На этот раз в трубке послышался голос Елены:

— Эди, здравствуйте, я ужасно проголодалась.

— Привет, сейчас приведу себя в порядок, и мы спустимся на завтрак, — тепло ответил ей Эди и быстро встал.

После завтрака к ним присоединился Юра, и они вместе прогулялись на площадь Победы. В один из моментов, когда Елена отошла от них, разглядывая монумент, Эди спросил у Юры:

— Тебе известно, что вчера на площадке около моего номера ошивались два типа?

— Известно, это те двое, которых ты в прошлый раз отшил. Мои их сразу выгнали на улицу.

— А твои не в галстуках были? — улыбнулся Эди.

— Нет, конечно, — хихикнул Юра.

— Это радует, а то мой утренний гость интересовался тем, кто ваш номер сторожит.

— Мо-о-и, уверяю тебя, ведут себя тихо и незаметно, можешь быть спокоен, не подведут.

— Спасибо, Юра, ты меня успокоил, — прервал его Эди. — Как придем в гостиницу, тебе надо будет поехать к Николаю и рассказать, что Марк в городе и сегодня утром состоялась моя встреча с ним. Пока я остаюсь в номере, не исключено, что он наблюдает за мной. Пусть Николай проанализирует все вчерашние сводки по слежке за объектами, допускаю, что с кем-нибудь из них он мог встретиться.

— О чем разговор, не о девушках ли? — пошутила, приблизившись к ним, Елена.

— О предстоящей поездке в Брест, — отпарировал Эди.

— Возьмите меня с собой, хочу побывать в крепости.

— Конечно, возьмем, — согласился Эди.

— Туда надо прямо с утра ехать, чтобы успеть обернуться к вечеру, — пояснил Юра.

— Завтра и поедем, а сегодня мне нужно со следователем встретиться и обсудить кое-какие вопросы, — заметил Эди, беря под локоть Елену.

— Поняла, а я в это время буду отсиживаться в гостинице и считать, сколько машин по проспекту промчалось, — грустно промолвила она, бросив на Эди быстрый взгляд.

— А потом сходим в театр, билеты за Юрой, — предложил Эди.

— Не проблема, что только не сделаешь для хороших людей, — сыронизировал тот.

За такими разговорами они вернулись в гостиницу. Юра хотел было сразу поехать в театральные кассы, но Эди предложил ему сначала подняться к нему на стакан чая.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Уже в номере, пользуясь отсутствием Елены, забежавшей к себе на минутку, чтобы прихорошиться, Эди передал ему пакет с деньгами со словами:

— Здесь деньги, передашь их Николаю. Но сначала нужно заехать в ОВД и увидеться с Бородиным. После встречи с ним пакета в руках у тебя не должно быть. Наблюдающий за тобой человек должен сделать вывод, что деньги остались у него, а что такой будет, у меня сомнений нет. Предупреди своих, что он профессионал своего дела. Пусть будут осторожнее.

— Хорошо, я все понял, время не терпит, я пойду, — заметил Юра и направился к двери.

— Пакет неси в развернутом виде, — успел сказать ему Эди до того, как в дверь со стуком вошла Елена.

— Юра, а чай? — скользнула по нему вопросительным взглядом она.

— Потом, сейчас надо билеты купить и еще кое-куда успеть, — буркнул Юра и ушел.

За чашкой чая Эди осторожно и методично приступил к разговору с Еленой о сути и содержании тайной войны между спецслужбами стран противника.

Она слушала его рассказ с серьезным вниманием. Иногда задавала уточняющие вопросы. Просила детализации некоторых моментов, касающихся психологических аспектов поведения человека, выполняющего задания спецслужбы.

Когда Эди особо выделил необходимость строгого соблюдения тайны своего сотрудничества с органами госбезопасности и сути заданий, Елена дрогнувшим голосом заметила:

— Как тяжело было папе все это скрывать от меня и мамы, ему наверняка хотелось поделиться с нами, получить поддержку?!

— Со временем это становится устойчивым правилом, и человек свыкается с мыслью, что тайная сторона его жизни как бы не существует для других не сведущих людей, даже очень близких людей. Так что, Елена, ему было тяжело только на первом этапе. А сейчас будет рад разделить с вами и только с вами свою тайну. Но вы должны быть достойны этого и строго следовать нашим установкам, чтобы не подставить под удар ни себя, ни вашего отца. Вы это поняли?

— Поняла, хорошо поняла, как и то, что мне очень хорошо быть рядом с вами, быть нужной вам. Так что можете надеяться на меня. Я буду послушной и исполнительной ученицей и никогда не подведу вас, — промолвила Елена, глядя на него немигающими глазами.

— Елена, благодарю вас за искренность. Я с первого дня нашего знакомства пытаюсь быть с вами честен и заботиться о вас, как и обещал вашему отцу.

— Я знаю, у меня была возможность убедиться в этом, о чем и сказала папе. Правда, не стала говорить ему, что мы близки, поскольку чувствовала, вам это не понравится. Считайте этот поступок моим первым успешным экзаменом на умение хранить тайну, — промолвила за час повзрослевшая Елена.

Но неожиданно зазвеневший телефон прервал их разговор. Это был Юра, который выпалил в трубку:

— Я у Миши. Николаю позвонил от него. После твоего утреннего звонка мои выставились у гостиницы. Объект возьмут под наблюдение при выходе. Николай в трансе от того, что ему не сообщили о его прибытии. Со сводками он все понял, принял на исполнение. Еду покупать билеты. Попозже подъеду.

Дослушав до конца и пожелав удачи, Эди положил трубку.

— Это звонил Юра, — сказала, слегка улыбнувшись, Елена.

— Вы правы. Но как узнали? — удивленно спросил Эди. — Я же не называл его имени.

— Ничего удивительного. Он даже чаще, чем я, с вами общается. И чаще звонит, — отшутилась Елена.

— Он сообщил, что пытается взять билеты в партер, — пояснил Эди. После чего продолжил прерванный телефонным звонком разговор.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Где-то через пару часов их беседу вновь прервали, но теперь уже стуком в дверь… Это был Юра, который с порога заявил, что приобрел билеты на лучшие в театре места. А затем без всякой паузы пригласил ехать на обед в новое кафе, где готовят лучшие блюда с маринованными белорусскими опятами. Елене пришлось по душе его приглашение, и они, быстро собравшись, пошли к машине.