Преодоление преград - Елена Веснина

— А я думаю, победила любовь, — философски рассуждала Зинаида. — Как жизнь ни поворачивалась, как ни разводила Машу с Лешей, они все равно вместе!

Алеша почувствовал, что наступил очень подходящий момент и решил сказать при маме самое главное:

— Мама, я хочу сказать, что я женюсь на Маше. Зинаида Степановна… Я прошу у вас Машиной руки.

— Почему у меня? — заволновалась Зинаида. — Я — как Маша. Как она скажет, так и будет.

Алеша повернулся к Маше:

— Ты согласна быть моей женой?

Какая это волшебная фраза! Сколько женщин мечтают ее услышать! Мужчины даже не подозревают, какие чудеса можно творить не долгими объяснениями, а этими простыми словами. Возможно, поэтому они так редко ими пользуются. А зря.

— Я согласна! Я очень хочу, стать твоей женой, Лешка… — просто ответила. Маша.

— Благослови вас Бог, дети, — Зинаида прослезилась. У Полины тоже появились слезы радости на глазах.

— Вы просто созданы друг для друга. Надеюсь, вашему счастью больше ничего не помешает, — сказала она.

Костин звонок резко изменил Катино настроение. Она положила трубку и с тоской сообщила маме:

— Костю арестовали.

— Костю? За что?

— Я пыталась выяснить, но он ничего не сказал. Просто попрощался со мной. Навсегда…

— Навсегда? Что за бред? Катюша, главное — не паникуй, это какое-то недоразумение! — Таисия пыталась поддержать дочь.

— Мама, он освободил меня от моего слова, сказал, что нам нужно расстаться! — Катя готова была расплакаться.

— Нужно все выяснить, Катя.

— Да что выяснять? Он просто передумал на мне жениться! Все меня бросают. Леша, теперь Костя… Что со мной не так, мама? Я просто хочу быть счастливой. Почему мне так не везет?

— Катюша, сейчас не время жалеть себя. Если по-прежнему хочешь за Костю замуж, немедленно беги в милицию, все узнай! Не воспринимай его слова всерьез. Костя сейчас в состоянии аффекта. Он же арестован!

— Но я не смогу ему ничем помочь, — растерянно говорила Катя.

— Для Кости сейчас главное — твоя поддержка. Просто будь рядом с ним.

— Ты уверена, что я должна поступить именно так?

— Да, Катя, ты должна пойти к Косте.

— Ты полагаешь, он ждет меня? — засомневалась Катя.

— Поверь мне! Беги в милицию, проси свидания, говори, что будешь его ждать, когда бы он ни вернулся! — настаивала мать.

— Наверное, ты права… Но ведь мне придется ждать его несколько лет…

— Придется… Зато, когда Костя освободится, он будет носить тебя на руках. Он никогда не забудет, как ты поддержала его в трудную минуту.

— Знаешь, мама, если честно, как только я узнала, что Костю арестовали, я поняла, насколько Яне его жалко.

— Жалеешь — значит, любишь. И значит, я вдвойне права.

— Меня никто так не любил, как он. Я вспоминаю… И понимаю, что он никогда не хотел от меня отказаться.

— Я тоже так думаю, дочка.

— Он всегда хотел быть рядом со мной. Всегда хотел сделать мне что-то приятное…

— Он любил тебя много лет. Это вне всяких сомнений.

— Да. Я поняла. Я должна быть рядом с ним!

Для Кости действительно сейчас была важна поддержка, и не только Катина.

Самойлов, поговорив с Ириной, позвонил Полине, чтобы все-таки рассказать о Костином аресте. Дальше скрывать это от матери было невозможно. Полина в это время уже присоединилась к веселой компании на кухне у Зинаиды и была в хорошем настроении.

— Слушаю тебя, Борис, — ответила она. посмотрев на номер мобильника.

— Полина, у меня плохие новости.

— Что случилось?

— Не хотел тебе говорить, думал, обойдется. Но, похоже, все плохо: Костю арестовали. Я в милиции. Приезжай.

Полина сразу стала серьезной.

— Мама, что? — спросил Алеша, поняв, что это не случайный звонок.

— Надо ехать в милицию. Костя арестован.

— Едем! Маша, я позвоню, как только что-то выясню, — подскочил Алеша.

— Леша, я с тобой! — попросилась Маша, потому что ей не хотелось отпускать его ни на минуту.

— Останься, внучка, — посоветовала Зинаида. — Им лучше одним поехать.

Маша неохотно согласилась.

Оставшись втроем, Маша, Сан Саныч и Зинаида стали обсуждать случившееся.

— Что натворил Костя? За что его могли арестовать? — задумалась Маша.

— Его-то уж точно есть за что. Не ломай голову, Маша, Леша все узнает, — посоветовал Сан Саныч.

Зинаида же думала совсем о другом:

— Машенька, я так рада, что у вас с Лешей все сложилось! Хотя признаюсь: я так не хотела этого, так боялась предсказания цыганки.

— Теперь ты согласна, что все это — суеверия? — улыбнулась Маша.

— Не знаю… Ты, слава Богу, жива и здорова, хоть полюбила Лешу и всю душу ему отдавала. Но способности свои ты все же потеряла.

— Бабушка, эти способности как пришли ко мне неизвестно откуда, так и ушли неизвестно куда. Я смогу прожить и без них, — заверила Зинаиду Маша.

— Может, это плата за счастье с Лешей? — спросила Зинаида.

— Если так, за счастье с Лешей я готова заплатить всем, — призналась Маша.

— Девочки мои, хватит об этом. Время жертв и расплат закончилось. Теперь впереди — только светлое будущее, — Сан Саныч подошел к Зинаиде, обнял ее. — А если молодых ждет светлое будущее, то и нам с тобой, Зина, его просто не избежать.

Пока Полина с сыном и Буравиным ехали в милицию, Ирина давала показания по делу о похищении Алеши.

— И что вы хотели сообщить по поводу похищения Алексея Самойлова? Какое вообще вы имеете отношение к этому? — спросил следователь.

— Самое прямое. Потому и хочу дать показания. Похищение заказал мой покойный муж, Яков Гнатюк.

— Зачем ему это было нужно? — удивился. следователь.

— Чтобы узнать, где находятся пропавшие бриллианты, — объяснила Ирина. — Яков передал их смотрителю маяка для вывоза контрабандой. А смотритель их не уберег.

— А Леша здесь при чем?

— Яков решил, что он мог их забрать, когда упал с корабля. Помните? Леша находился в воде некоторое время. Как раз рядом с тем местом, где были спрятаны бриллианты.

— И ваш муж решил, что за это время Леша мог их найти и украсть? — предположил следователь.

— Да. И он дал задание смотрителю похитить Лешу и пытать, пока тот не скажет, куда дел камни…

— Но почему вы столько времени молчали, что ваш муж заказал похитить Алексея?

— Яков во всем признался только перед смертью. А потом… Леша к тому моменту нашелся, и я подумала: зачем ворошить былое, тревожить память умершего? Все и так встало на свои места.

— А сейчас? Почему вы решили все же сказать правду?

— Я узнала, что сейчас может пострадать невиновный человек, второй мой племянник, Костик.