Обман - Алеата Ромиг

ощущение, что даже Брайс теряет терпение из-за некоторых ее грубых манер. Взгляды, которыми я обменялась между ней и Брайсом, укрепили мою веру в то, что Александрии не следует выходить за него замуж.

Многие не распознали бы эти предупреждения, но я жила с ними более двадцати лет. Тревога Челси была настоящей. Даже без подтверждения физических увечий я была совершенно уверена, что Эдвард Брайс Кармайкл Спенсер действительно был сыном своего отца.

Вот тут-то ночь и начала угасать. Как в клубе, освещенный стробоскопами, были вспышки воспоминаний. Ничего не выделялось. Ничто не казалось неуместным. Ресторан. Еще один напиток на веранде с видом на океан. Возможность сфотографироваться вчетвером. Поездка на лимузине обратно в поместье. Проснуться от солнечного света.

Пропали часы. Там были большие зияющие дыры.

Два бокала вина перед рестораном и, возможно, два во время ужина.

Это едва ли стоило того, чтобы выпить за ланчем.

Возможно, потеря памяти была вызвана приступом мигрени.

Я медленно встала, прошла в ванную и открыла ящик туалетного столика. Зажмурившись, я мельком увидела женщину в зеркале. Конечно же, это была не я. Ее волосы были непривычно растрепаны. А глаза… я потрогала мешки, которые, казалось, выросли под ними. Почему они такие опухшие?

Какого черта?

Как только головная боль пройдет, мой пластический хирург ответит на первый же звонок.

Потребовалось бы всего несколько таблеток викодина, чтобы облегчить боль. В конце концов, я не принимала его уже довольно давно. Я хранила их для другого использования. А потом, Джейн нашла их…

Я порылась в ящике, вытащила пузырьки и бросила на столик. Грохот действовал мне на нервы, когда один за другим большие и маленькие пластиковые контейнеры падали на туалетный столик. Они были такие же, как и в обычной аптеке. Ацетаминофен. Аспирин. Даже Ибупрофен. Не было ни одного рецептурного флакона, ни одного янтарного контейнера с моим именем на этикетке.

Нет викодина. Нет перкоцета. Даже кодеина нет.

Черт возьми, Джейн!

Это ее рук дело. Я знала.

Она не только забрала таблетки, которые я держала в стакане, но и вошла в комнату, в мою комнату, в ванную и освободила ящики и шкафы от всех моих препаратов. Разве она не заметила прогресса, которого я достигла с той ночи, после встречи со Стивеном?

Мое тело задрожало, когда я представила, как зову и кричу на нее.

Сначала я позову, а потом закричу. Я не была уверена, что моя голова выдержит такую громкость. Даже мысль о том, чтобы говорить громче шепота, скрутила желудок и усилила пульсацию в висках.

Стук в дверь комнаты эхом отдавался от мраморной плитки ванной, словно отбойный молоток.

Спасибо Господь. Это, должно быть, Джейн.

Ухватившись за дверной косяк, я успокоилась, натянула халат, который нашла рядом с душем, и направилась к двери комнаты.

Это избавит меня от необходимости звать.

Я пригладила волосы, проходя через гостиную.

Еще один стук.

— Прекрати, — моя просьба была едва слышна, когда я неуверенно потянулась к дверной ручке. — Джейн… — Я замолчала, в фокусе появилось серьезное выражение лица доктора Бека.

— Аделаида.

Я прищурилась, пытаясь осознать его присутствие.

— Доктор Бек, почему вы здесь?

Он потянулся к моей руке и нежно взял ту в свою.

— Давайте-ка сядем. Вы дрожите.

Я не двинулась с места.

— Кто вам звонил?

— Одна из служанок. Она сказала, что я нужен вам, и вижу, что она была права. — Говоря это, он двинулся ко мне, заставляя отступить назад, пока мы оба не оказались внутри комнаты. Он тихо закрыл дверь. — Как вы? — Его слова прозвучали тихо, с ноткой сочувствия.

Я потянулась к вискам.

— У меня мигрень, и я не могу найти свое лекарство. Я собиралась позвать Джейн. Думаю, она знает, где оно.

Голова доктора Бека двигалась взад и вперед.

— Аделаида, за последние тридцать дней я прописал викодин на два месяца вперед. Я понимаю, что всякое случается, но это выходит из-под контроля.

— Да, знаю. Я его не брала. Мне не нужно, чтобы вы давали мне больше. Мне нужно, чтобы Джейн принесла мне лекарство, которое есть.

— Зачем Джейн понадобилось лекарство?

— Потому что… она заботится обо мне. — Я расправила плечи. — Это ее работа. Теперь скажите мне, почему вы здесь.

— Мне позвонили и попросили прийти, — повторил он. — Мне сказали, что вам нужно больше лекарств. То, что вы не просыпались, и мистер Фицджеральд уехал из города, беспокоило слуг.

Из города? Он не сказал, что уезжает из города.

Я должна позвонить Стивену и узнать, узнал ли он что-нибудь еще. Я могла бы позвонить Александрии и поехать в Нью-Йорк. Мысли приходили и уходили… мимолетные моменты мыслительного процесса. Я повернулась к доктору Беку.

— Сколько сейчас времени?

Доктор Бек посмотрел на часы.

— Уже почти четыре.

Мои глаза широко раскрылись, но тут же снова закрылись. Вдох. Выдох.

— Вторая половина дня? Нет. Не может быть четыре. У меня обед в музее.

Рука доктора Бека накрыла мою.