Гнев орды - Александр Андреевич Войкин

Вся стена там представляла собой обширный гобелен, только не полотняный, а буквально вырезанный в камне, эдакое изваяние, фреска, живописующая восхождение на царствие первого из имперского рода орков. Он стоял на поле битвы, склонив колено перед сухопарым старичком в монашеской рясе, а тот держал в руках костяную корону, инкрустированную каменьями — ту самую, что и по сей день покоилась на голове моего отца. Реликвия, получается, фамильная ценность.

Позади жреца и первого Императора была затихающая битва: зарево пожаров, чадящий дым, трупы павших и раненые орки, бредущие по полю в разные стороны. Схватка, как и война за престол и храм завершилась победой выживших, и теперь им предстояло основать здесь город, окружив будущий дворец зданиями, улицами, цехами и лавками…

Я моргнул, отгоняя возникшее передо мной видение постепенно развивающейся столицы Империи, будто в ускоренной съемке позволившее разглядеть даже самые мелкие подробности.

Император сел на трон, сложил руки на подлокотники, и как-то сразу весь огромный зал наполнился им, его волей, силой и влиянием. Понятия не имею, как такое возможно, но подобное ощутили все — я кожей почувствовал табуны мурашек по спинам моих спутников, хоть мы и стояли несколько в стороне.

А перед возвышением с прямой спиной замерла немолодая, но всё ещё видная и красивая женщина, неуловимо напомнившая мне Монику Белуччи лет так сорока. Фактически же ей было гораздо больше. Одета она в скромное платье, тем не менее, выгодно подчеркивающее все изгибы изящной фигуры. Женщина явно привыкла следить за собой и не планировала к старости превратиться в сгорбленное морщинистое чудовище, как большинство стариков.

Ещё в ней плескался дар. Слабенький, тусклый, но заточенный на поглощение и отдачу жизненной силы, что также объясняло отличный внешний вид, не соответствующий возрасту.

Вейлин с Кррагом стояли в десяти шагах от женщины, напряженные и явно готовые сорваться. Позади гостьи находилась западная делегация — человек десять благородных представителей княжеского дома, среди них затесался и невысокий кудрявый юноша, чей хитрый взгляд то и дело скользил с Вейлин на Императора, а с него — на Меллину. Я чувствовал беспокойство мальчишки, но он явно пока не понимал суть происходящего. А ведь спектакль разыгрывался специально для него.

— Ваше Величество, — Меллина склонила голову в знак уважения, но без благоговения, а как равная — равному. — Я получила сообщение, что здесь, во дворце, было предотвращено покушение на мою дочь, Вейлин. Прошу, расскажите, как это произошло и где сейчас убийца?

— Покушений было два, — степенно произнес отец, на лице ни единого намека на игру, все предельно серьезно, только вот я ощущал, как Император вовлечен в процесс — ему нравилось отыгрывать роль, придавало остроты повседневной рутине. Правда, план, который мы набросали по дороге сюда, вышел поспешным и в большей степени импровизационным, но что поделать, времени было в обрез. Будем действовать по обстоятельствам.

И для начала надо ослабить бдительность Реджина.

— В первый раз убийце почти удалось избавиться от вашей дочери, миледи, — хмуро заговорил отец. — Но, к счастью, у нас нашелся умелец, который не дал ей умереть. Забеспокоившись, я приказал охранять спальню княжны как зеницу ока, отрядив на это своих лучших воинов. Второй раз убийца явился под утро. Будь мы менее бдительны, он бы сумел убить вашу дочь, но наши сильнейшие бойцы смогли схватить мерзавца. И теперь нам требуется лишь ваше присутствие, чтобы выбить из него признание и личность заказчика.

Я в этот момент глядел на Реджина. Младший брат Вейлин вздрогнул, нервно облизнул губы, покосившись на сестру, но та смотрела перед собой, изображая испуганную жертву, а Крраг нежно поглаживал её руку, успокаивая. Мне почти было видно, как над головой Реджина закрутился значок обработки информации, полученные данные явно попали на благодатную почву, и теперь мальчишка пытался сообразить план действий. Учитывая, что людей в делегации с запада немного, он явно нанимал убийцу сам, или вообще провез втайне через границу, и это еще хуже. Для него.

— Когда мы сможем приступить? — бледная и взволнованная, Меллина прямо взглянула на Императора, и я еще раз отметил некую благородную красоту женщины. Да, в ней определенно есть порода, характер и крепкий стержень — что называется, кровь предков.

Его Величество улыбнулся.

— Прямо сейчас. Ведите убийцу!

Двери позади нас распахнулись, и заранее предупрежденные гвардейцы повели под руки всё ещё обессиленного и непонимающего ассасина. Кажется, парень уже не единожды проклял тот час, когда согласился принять заказ княжича. Жаль его, конечно, только вот пути назад нет.

Реджин закусил губу, весь его тщательно возведенный план стремительно рассыпался, и теперь его будущее зависит лишь от убийцы — прикроет он задницу высокородного юноши, или сдаст с потрохами.

Я незаметно хмыкнул. Что ж, понервничай, мальчик, пока всё идет как надо.

Гвардейцы опустили убийцу на колени напротив возвышения с императорским троном, рядом с Меллиной. Женщина бросила на ассасина взгляд, полный презрения и ненависти, разве что не сплюнула, затем вновь повернула голову в сторону моего отца.

— Итак, убийца, — негромко, но властно, произнес Император. Ассасин вздрогнул, глянул исподлобья, почти затравленно. Ой, кажется, я немного перестарался, когда выуживал воспоминания из его разума и задел пару нервных окончаний, иначе с чего бы прожженному головорезу так трястись?

— У тебя есть выбор, — продолжил отец. — Ты можешь хранить молчание, и тогда смерть твоя будет долгой и болезненной, через пытки и страдания. А можешь назвать нам того, кто нанял тебя, чтобы убить княжну Вейлин, и я дарую тебе легкую смерть. Выбирай.

— Ваше Величество, — хриплым голосом обратился к нему убийца. — Я не могу назвать вам имя заказчика, потому что не знаю, кто это был. Могу лишь сказать, что он — из делегации людей западного княжества, но кто именно — мне неведомо. Всякий раз при встрече он закрывал лицо маской и носил длинный плащ.

— Что ж, мы хотя бы знаем, где искать, — Император обвел взглядом делегацию за спиной Меллины, и люди невольно сжимались под его строгим взором. Реджин сильнее наклонил голову, явно посылая благодарности богам за то, что его