Плечом к плечу - Дмитрий Воронин

А тот думал о странном и весьма удачном стечении обстоятельств, приведших мятежного Консула в Инталию. Безусловно, в этой удаче немалую часть занимала тщательная закулисная подготовка, стоившая немало и золота, и человеческих усилий — но и благотворной роли провидения и благосклонности Эмиала следовало отдать должное. Зато теперь можно с минимальными усилиями реализовать некоторые планы, ранее казавшиеся труднодостижимыми. Император, получив известия о том, что Консул не согласился на прощение и почетное возвращение, вынужден будет допустить, что перед смертью Блайт успел поделиться с Орденом кое-какой информацией. Много или мало тайн передано беглецом в загребущие руки Вершителей — не так уж и важно, куда опасней иное — Император и его наперсница Дилана Танжери не смогут угадать, что именно открыл Блайт в приватной беседе с Главой Совета Вершителей. И, следовательно, будут исходить из наихудших предположений — уж этой-то парочке лучше прочих известно, какими тайнами располагает подвергнутый опале Консул. А пока подозрения не подтвердятся или не будут опровергнуты, политика Империи вообще и решения Его Величества станут более осторожными и взвешенными.

Именно то, что и требуется.

Осталось немногое — подсунуть Императору наживку, которую тот жадно заглотит. А чтобы наживка показалась аппетитнее, подать её вместе с очаровательной, язвительной, эффектной… и не очень опытной посланницей. Которая покажется Его Величеству и, особенно, Дилане Танжери лёгкой добычей. А чтобы девушке случайно не свернули её очаровательную головку, надо будет окружить её помпезным, пышным посольством. И снабдить надёжным телохранителем.

АрГеммит, чуть приоткрыв глаза, окинул осторожным взглядом притихшую парочку и чуть заметно ухмыльнулся. Да уж, кандидат в телохранители уже имеется. И, вне всякого сомнения, пользы от него в этой поездке будет куда больше, чем от чрезвычайного и полномочного представителя Несущих Свет.

Каменный свод, почти касавшийся макушки идущего впереди Ангера, не позволял и на миг забыть, что над ними — огромная масса земли и камня, готовая в любое мгновение заскрипеть, исторгнуть облако пыли и обломков, а затем рухнуть, похоронив самоуверенных людей, посмевших забрести в глубину древних коридоров. Здесь было тепло, но Таша мелко дрожала, словно от зябкого осеннего ветра. Она и не предполагала, что под резиденцией арГеммита скрывается этот запутанный, кажущийся бесконечным, лабиринт.

Уже почти час они петляли по проложенным неизвестно кем и неизвестно когда туннелям. Идущий впереди Вершитель уверенно шагал через выглядящие одинаковыми проходы и залы, предупреждал о многочисленных ловушках, небрежным жестом снимал магические замки с редких дверей — то из потемневшего от времени дерева, то из металла, а один раз — из цельного листа красноватого стекла. В недалёком прошлом Таше приходилось прокладывать себе дорогу через подобное препятствие. В тот раз она, не сумев разбить магическое стекло, разнесла кабинет, принадлежавший Блайту. Но попытайся волшебница повторить подобный фокус здесь, в узком каменном коридоре — и обвал гарантирован. Следовательно, единственный способ открыть дверь в отсутствии арГеммита — распутать наложенные им на дверь чары. Легко сказать… Леди Рейвен была достаточно высокого мнения о своих способностях, но порвать плетение, выполненное самим Вершителем — это уже признак высшего мастерства.

После каждой пройденной двери следовала остановка. Маг восстанавливал замок. В голову Таши начали закрадываться панические мысли — как ни крути, но арГеммит уже стар. Не приведи Эмиал, что-то случится, ведь люди смертны и никому (ну, кроме Санкриста альНоора, но это совершенно отдельная история) ещё не удалось избежать последнего пути. Что тогда? Они с Блайтом окажутся заживо похороненными здесь, в вечной тьме каменного склепа. Сумеют ли они обойти западни, пробиться сквозь двери… да просто найти выход в бесконечной вязи туннелей, коридоров, лазов и развилок?

— Метиус, ради Эмиала, ну хоть не молчите!

Вершитель понимающе хмыкнул — в довольно ярком сиянии «светляка», заливавшего всё вокруг голубыми сполохами, его сухое, иссечённое морщинами лицо казалось маской ожившего мертвеца. Он прекрасно понимал страх девушки и не сомневался, что Блайту, мужчине и воину, тоже сейчас не по себе. Сам арГеммит спускался в лабиринт довольно редко, только в случае крайней необходимости — он, как и другие, был живым человеком, способным испытывать неконтролируемый страх перед опасностью остаться под землей навечно.

Жизнь Вершителя способствует постепенному, иногда быстрому, иногда медленному накоплению тайн, недоступных простым смертным. Некоторые вещи были известны десятку-другому особо доверенных лиц, в других случаях круг посвящённых мог быть расширен до сотни или больше. О существовании лабиринта в прошлом знали трое — он сам, погибший в последней войне Ингар арХорн и умерший накануне вторжения имперцев Святитель Орфин. Как и сотни лет до того — неформальный (пусть, согласно букве закона, члены Совета Ордена равны, среди них неизбежно имеется некто… «более равный») Глава Ордена, главнокомандующий и Святитель. Это не было правилом — скорее, традицией, постепенно перерастающей в статус истинного закона.

Преемником Аллендера Орфина стал человек, Метиусу довольно неприятный. Новый Святитель Верлон неоднократно давал понять Вершителю, что власть духовно-светская должна иметь в стране безусловно доминирующее влияние. А рыцарям и магам Ордена Несущих Свет следует знать своё место и почаще вспоминать о вассальной присяге. Насчёт того, носит ли заключённое многие века назад соглашение характер вассалитета, можно было и поспорить, но до тех пор, пока выпады Верлона оставались лишь словами, Вершитель предпочитал не предпринимать слишком уж радикальных действий. Но видит Эмиал — рано или поздно этот зреющий нарыв лопнет, и тогда Ордену придётся решать, что важнее — государство или человек, занимающий ложе Святителя. Сам Метиус не сомневался в собственном выборе, но не был уверен в том, что все рыцари и маги в случае конфликта примут правильную сторону.

Поэтому посвящать Верлона в тайну подземелья пока не следовало. По той же причине не удостоился войти в круг избранных и нынешний командующий вооружёнными силами Ордена. Безусловно, Мират арДамал был неплохим, в чём-то весьма симпатичным человеком. Но он не обладал теми чертами, которые необходимы настоящему лидеру и полководцу. Уровень арДамала — руководство крепостным гарнизоном, не более — и то лишь при условии, что речь идет о не слишком значительной цитадели. Сам арДамал, не будучи в душе карьеристом, прекрасно осознавал собственные недостатки и — если возникнет такая необходимость — готов был безропотно уступить более достойному кандидату свой пост, занимаемый лишь по необходимости. Но кто сумеет предугадать, как способна изменить человека власть — или её утрата? Лабиринт скрывал достаточно тайн, чтобы соблазнить слабого духом или недостаточно твёрдого в вере. То, чего не знаешь, не сможешь осознанно употребить во зло.