Большой флот Страны Советов - Игорь Григорьевич Дроговоз

(боезапас 64 ракеты) и две пусковые установки ЗРК ближнего действия «Оса-М» (боезапас 40 ракет). Для поражения воздушных целей могут также использоваться спаренная 130-мм универсальная артиллерийская установка и шесть 30-мм шестиствольных автоматов АК-130.

Для обнаружения и уничтожения подводных лодок крейсер получил гидроакустический комплекс, два 533-мм пятитрубных торпедных аппарата для противолодочных торпед и вертолет Ка-25ПЛ.

Советский ВМФ до распада СССР успел получить от промышленности всего три ракетных крейсера проекта 1164 — «Слава» (Черноморский флот) в январе 1983 г.; «Маршал Устинов» (Северный флот) в сентябре 1986 г. и «Червона Украина» (Тихоокеанский флот) в октябре 1989 г.[223]

Ракетный крейсер «Адмирал Лобов» (пр. 1164) в постройке

Но командование ВМФ вместо того, чтобы создать из 6-и новейших крейсеров (трёх атомных и трёх газотурбинных) хотя бы две мощные ударные группы, предпочло «размазать» крейсеры по разным соединениям.

Вполне обоснованным выглядит мнение уже цитировавшегося эксперта, капитана 1-го ранга В. П. Кузина:

«Развитие «национального» класса ракетных крейсеров в военном отношении было бесперспективным, а в техническом (в том виде, в котором оно существовало) — тупиковым. Вместо крупных ударных кораблей в рамках стоявших тогда задач нужно было осуществлять приоритетное (под номером один), энергичное и целенаправленное и, главное, системное строительство авианосного флота.

Взявшись же за развитие кораблей указанного класса (уж коли так произошло), нужно было, «не дёргаясь», вести их ритмичное и непрерывное строительство, имея конечной целью создание хотя бы небольших однородных по типам кораблей, соединений, не разбросанных по различным ТВД. И, наконец, последнее: не ставить ударным крейсерам совершенно нереальных самостоятельных задач, а вводить их компонентом оперативных соединений разнородных сил, обязательно с авианосным крейсером во главе».[224]

Глава 7.

АВИАНОСЕЦ ПО-РУССКИ

Ни один класс боевых кораблей не вызывал таких ожесточённых дискуссий в советском военно-политическом руководстве, как авианосцы.

Несмотря на то, что события Второй мировой войны убедительно доказали доминирующую роль авианосцев в морских сражениях, советские вожди предпочли идти своим путём — строить абсолютно бесполезные линкоры и крейсеры, эпоха которых безвозвратно закончилась в 1945 году. Злодей Бармалей из фильма о докторе Айболите был прав: «нормальные герои всегда идут в обход!»

Все попытки наркома и главкома ВМФ адмирала Кузнецова убедить Сталина в необходимости строительства собственных авианосцев, без которых нельзя было всерьёз рассчитывать на выход советского флота в просторы Мирового Океана, успеха не имели. Слово «авианосец» вызывало у вождя только отрицательные эмоции.

Одну из последних попыток переубедить «величайшего гения всех времен и народов» Кузнецов предпринял менее чем за год до его смерти. В письме, направленном в Кремль 23 мая 1952 года, говорилось:

«Согласно программе военного судостроения, военно-морские силы получают от промышленности новые боевые корабли, до лёгких крейсеров включительно. В настоящее время начата постройка тяжёлых крейсеров. Поступающие в состав военно-морских сил крупные надводные корабли имеют оперативный радиус действия до 2000 миль (3700 км), что позволяет использовать их при нанесении ударов по боевым кораблям и десантным судам противника в противодесантной обороне побережья, в операциях по уничтожению сил противника в море, при действиях по срыву морских сообщений противника и других операциях на значительном удалении от побережья.

Однако в современных условиях войны на море использование надводных боевых кораблей в операциях без прикрытия их с воздуха сопряжено со значительными потерями от бомбардировочной и торпедоносной авиации противника.

Надводные боевые корабли требуют надёжного прикрытия истребительной авиацией с момента выхода их из базы и до возвращения. Расчёты показывают, что надёжное прикрытие кораблей с воздуха современной береговой истребительной авиацией возможно осуществить на удалении кораблей от береговых аэродромов не более 250—300 км (135—160 миль). Если на таких военно-морских театрах, как Черноморский и Балтийский, имеющих сравнительно ограниченные размеры, осуществлять прикрытие кораблей береговой истребительной авиацией возможно, то на Северном и Тихоокеанском военно-морских театрах, имеющих большую протяжённость, подобное прикрытие кораблей, действующих на расстоянии от побережья более чем 300 км, практически невозможно.

На этих морских театрах прикрытие с воздуха кораблей, действующих на значительном удалении от побережья, возможно лишь при наличии в составе флота авианосцев — носителей истребительной авиации.

В целях создания легкого авианосца небольшого водоизмещения с использованием уже освоенных промышленностью механизмов и вооружения целесообразно принять состав базирующейся на нём авиации в количестве 40 самолётов-истребителей (истребительный авиаполк). Этот состав истребительной авиации обеспечит прикрытие соединения боевых кораблей от удара 60—70 бомбардировщиков противника при одновременном их налёте...

Так как проектирование и строительство авианосцев не должны отставать от проектирования и строительства крупных надводных боевых кораблей, необходимо уже сейчас приступить к проектированию и строительству лёгкого авианосца и палубного самолёта-истребителя.

Учитывая неотложную необходимость иметь в составе военно-морских сил лёгкие авианосцы (авианосцы противовоздушной обороны), прошу Вашего решения теперь же начать проектирование этих кораблей с расчётом закончить его в 1953 г. и приступить к строительству их не позднее 1954 г.»[225]

Но и это обращение военно-морского министра осталось гласом вопиющего в пустыне. Вождь отделался от назойливого просителя неопределённым обещанием когда-нибудь построить парочку авианосцев ПВО, и на этом всё закончилось.

* * *

Надо заметить, что проблема авианосцев впервые начала обсуждаться в руководстве советского флота ещё в двадцатые годы. Так, проект программы военного судостроения на 1925—31 гг. предусматривал переоборудование в авианосцы повреждённого пожаром линкора «Фрунзе» (40 самолётов) и недостроенного линейного крейсера «Измаил» (50 самолётов), но дальше разговоров дело не пошло. В 1927 году был разработан эскизный проект переоборудования в авианосец учебного корабля «Комсомолец» (12 000 т, 42 самолёта). Для него даже создали палубный штурмовик «ШОН», однако отсутствие средств погубило и этот проект.

«Большая кораблестроительная программа» на 1938—42 гг. предусматривала закладку в 1942 году на заводе №199 (Комсомольск-на-Амуре) одного лёгкого авианосца проекта 71А (11 350 тонн, 30 самолётов), со сдачей его флоту в 1946 году, но этот план так и остался на бумаге. В годы войны началась разработка нового авианосца проекта 72, который в конечном итоге постигла судьба предшественника.

После окончания войны советские войска захватили недостроенный германский авианосец «Graf Zeppelin», спущенный на воду в декабре 1938 года и готовый на 85%. Но достроить его и использовать его по основному назначению Сталин не захотел, а командование ВМФ не просило.

Германский авианосец «Graf Zeppelin» (июнь 1945 г.)

По условиям Потсдамского соглашения с союзниками корабль подлежал затоплению. Советские моряки вывели «Zeppelin» в море и потопили его 16—18 августа 1947 года, (вместе с недостроенным тяжёлым крейсером «Seydlitz», на котором, кстати