Все подвластно любви - Илинка Розе

сказал: «Все, я надеюсь вы меня правильно поняли и больше не станете повторять своих ошибок, через некоторое время я постараюсь подъехать к вам и мы все разрешим и устраним вашу проблему, до встречи», — последние слова мы уже слышали не четко, потому что закрыли дверь, но суть в том, что он сначала разговаривал с какой-то мочалкой, а когда заметил нас, то тут же сделал вид, что ведет деловой разговор.

Я обомлела от рассказанного и не могла поверить своим ушам.

— Вы уверены, что все было именно так7

— Ты же обещала нам поверить, — возмутилась Алена.

— Ладно, я просто уточнила.

— Послушай, мы знаем, что звучит это нелепо и глупо, но у него явно кто-то есть на стороне и он поехал вовсе не на деловую и неотложную встречу, а именно к ней, — постаралась донести до меня рита. То что по ее рассказу было и так очевидно.

Я помахала головой и сделала глоток чая.

— Господи, мне не верится в это… — отчаянно произнесла я и наклонила голову.

— Это нужно прекращать, слышишь? — Рассержено произнесла Алена.

— Да, нужно… — тихо сказала я.

Меня переполняло чувство разочарования и безнадежности, словно кто-то отобрал у меня последнее во что я так сильно верила-любовь и преданность Макса. В голове не укладывалось как он мог так поступить со мной. Из под ног словно почва ушла, я была вне себя от печали, грусти и тоски, которая внезапной ледяной волной нахлынула на меня и заморозила все мои мысли, выдвинув на первый план лишь эмоции.

Было так странно ощущать себя контролируемой только ими, но не головой, не сознанием. Эмоции прожигали большую дыру где то в середине моей грудной клетке. Я чувствовала как эта дыра с каждым разом становилась все шире, словно огромный великан беспощадно раздвигал ее своими ручищами и поджигал снова и снова с каждым разом все сильнее и сильнее.

Девчонки что-то говорили мне, ругались на Максима и сыпали утишения в мою сторону, а я лишь чувствовала как к моему горлу подходит невероятно жгучий комок, будто бы он образовался в той дыре и теперь хотел выплеснуться наружу. Я не могла слышать, видеть, понимать и осознавать что-то. Кровь приливала к моим ушам, глаза заполняли слезы, а голова болела из-за держания их в себе и лишь все, что я могла думать так это: «главное не разрыдаться здесь при всех».

— Даша, эй, — услышала я сквозь шум в моих ушах. — Ты слышишь? Не переживай, мы найдем эту девицу и устроим ей такую взбучку, что она нас на долго запомнит. Поняла? — Сказала Алена. Похоже девчонки были настроены решительно.

— Не нужно, я разберусь с Максом, а ее оставим в покое… — Я глотнула чай, чтобы хоть как-то заглушить свой приступ плача.

Глаза Алены чуть ли не вылезли на лоб, а кружка, которую она держала в руках с грохотом стала на стол.

— Ты что хочешь оставить ее в покое?! Ты сумасшедшая? Она твоего парня уводит спит с ним, а ты не можешь ей даже слова сказать.

Я встала из-за стола.

— Хорошо, слово мы ей скажем, но только после того как я разберусь с Максимом. Я даже, наверное, знаю кто это такая и как ее найти, но это мы сделаем потом, — я развернулась и направилась к себе в комнату.

Почвы под ногами я так и не ощутила и поэтому решила принять душ, чтобы хоть как-то привести себя в чувства.

— когда ты собираешься звонить ему? — Алена с Ритой перебрались ко мне в комнату.

Я достала из шкафа пижамные шорты и майку.

— Никогда, я хочу сказать ему все при встрече и посмотреть в его наглые и лживые глаза. А то он у нас хорошо устроился, две девушки рядом, с одной обламалось зато с другой вышло…нет уж я ему устрою марфаламеевскую ночь.

Рита посмеялась.

— Говоришь прям как твой отец.

— Вот бы еще терпение такое иметь как у него, цены бы мне тогда не было, — сказала я и вышла из спальни.

— У тебя оно и так хорошее, я бы на твоем месте давным давно уже нашла ту девку и показала бы ей как плохо уводить чужих парней.

Я пожала плечами, подумав, что может быть это и хорошо, что я не настолько боевая. Зайдя в ванную я включила теплый душ и разделась. Все мое тело дрожало от боли, причиненной мне Максимом, а слезы все таки покатились из глаз. Я знала, что сейчас за мной никто не наблюдает и я с легкостью могу дать волю своим чувствам.

Вспомнилось, как я последний раз рыдала у Макса в ванной и я подумала, что была глупая идиотка, потому что плакала из-за такого пустяка. Вот сейчас было действительно тяжело и невыносимо держать слезы в себе. Я любила Максима и понимала, что мне будет нелегко с ним расстаться, но позволять ему обращаться со мной как с вещью тоже никуда не годится. Я ему не игрушка. Думает, если устроил меня к себе на работу, если возит меня в институт, делает приятные сюрпризы, то ему разрешено играть со мной, как с куклой? Нет, этому не бывать.

Я намылила себя, а затем смыла все тепленькой водичкой. Потом я хорошенько умылась, стараясь вытереть следы своей слабости с лица, и вылезла из ванны. Когда я вошла в зал, то увидела, что девчонки смотрят телевизор и обсуждают поступок Максима.

— Даша, как ты себя чувствуешь? Все хорошо?

Да все просто великолепно, подумаешь какая-то невидимая горящая дырка испепелила практически уже все мое тело.

— Нормально, я очень хочу спать, поэтому наверное пойду. Спокойной ночи девочки.

— Спокойной ночи. Не переживай все наладится.

— Не успокаивайте меня, не надо…

— Да это я не тебе, — быстро выкрутилась Рита. — Это я вон Алену успокаиваю, что героиня выйдет из тюрьмы. — она взглянула на Алену и мы все громко засмеялись. — Еще чего не хватало мне тебя успокаивать. Иди уже спи, полуношница.

Они развеселили меня и мне стало чуточку по легче. Я залезла под свое одеяло и несмотря на все свои переживания, провалилась в сон.

Глава14.

Я зашла в какое-то помещение похожее на комнату для репетиций моей группы. Поняла я это по тому, что там сидели все те же люди, что и вечером. Только комнатта стала немного другой, более светлой и яркой, более ухоженой и убранной. В ней не валялись провода, сломанные барабанные палочки, а стулья были выставлены в аккуратном порядке. Мы начинаем петь