Солярис - Lia Fe

еще немного! Алек хотел сам поговорить с тобой, но всё пошло немного не по плану. Пожалуйста, прояви немного терпения.

Не успела я ответить, как Евгений продолжил:

— А сейчас, прошу извинить меня, мне нужно ненадолго удалиться. Я обещаю, что ты скоро увидишь его. Только не волнуйся! — выпалил он и ушёл стремительным шагом, оставив меня стоять в полном одиночестве. Уф, он что, Золушка, а сейчас полночь? Зачем так внезапно убегать?

Стоило остаться одной, как я почувствовала нарастающее внутри меня беспокойство. Оно было похоже на глыбу льда и черную дыру одновременно. Почему Алек поругался с отцом, да еще и перед самым приёмом? Я медленно вздохнула, потом выдохнула. Великие силы, просто пусть всё будет хорошо.

Чтобы не стоять на одном месте, как столб, я миновала часть залы и подошла к большому, длинному столу, расположенному рядом с баром. Моя рука потянулась к большой миске и отщипнула несколько виноградинок.

Очередной попыткой отвлечься от гнетущих мыслей, стало повторное оценивание всех присутствующих. На кушетке в противоположном конце зала сидели две женщины в возрасте. На них были надеты нелепые розовые платья, а на головах такие же нелепые шляпы с перьями. У меня создалось ощущение, что они прибыли сюда прямо из девятнадцатого века. Обе дамы держали в руках по крохотной чашечке с чаем, и о чём-то увлечённо беседовали.

В другом углу стоял высокий и очень худой мужчина. У него были длинные и пушистые усы, которые намокали при каждом глотке шампанского.

Что это за люди? Как очутились на этом приёме? Кем приходятся Антверленам? И кем приходится им Катерина?

Я вспомнила слова Евгения: «не родственница — пока что». Меня передёрнуло, невольно я обвела взглядом комнату, ища высокую брюнетку, и через миг мне это удалось. Мои глаза распахнулись от удивления, когда я заметила, что красотка направляется в мою сторону. Через несколько секунд Катерина уже стояла рядом.

— Хороший вечер нынче выдался, не так ли? — она взяла канапе и улыбнулась мне своей белоснежной улыбкой.

— Да, прекрасный приём, — выдавила я в ответ.

Девушка напротив мне не нравилась, её прямо окутывала дымка неизвестности. И меня преследовало плохое предчувствие. Зачем она подошла ко мне? Ну что же, нужно это выяснить. И для этого необходимо играть по её правилам.

— А тебе тут не очень весело, правда?

— Знаете, тут замечательно, и я прекрасно провожу время. Понятия не имею, что вам там показалось…

— О, прошу тебя, говори со мной на «ты», — прощебетала Катерина. — Ты меня не обманешь, я всё вижу: тебе здесь одиноко. Твой прекрасный принц пригласил тебя на бал, а сам даже не появился. Но я смотрю, ты не сильно из-за этого переживаешь, — ухмылка не слезала с лица брюнетки. На что она намекает и откуда вообще знает о том, как я сюда попала?

— Думаю, что если у Алека появилось неотложное дело, то я с лёгкостью смогу его подождать, — снисходительно ответила я. Возможно, следовало быть менее дерзкой, ведь стоило этим словам вырваться наружу, как брови моей собеседницы взметнулись до небес. Однако, нужно отдать ей должное — девушка сумела взять себя под контроль и вернула маску невозмутимости на место. И у неё было чем ответить на мой выпад.

— Да, но ты нашла, чем себя развлечь, или правильнее будет сказать — «кем». Весь зал смотрел на то, как вы с Евгением танцевали. О, сколько чувств, сколько эмоций, сколько напряжения! — Пришла моя очередь удивляться. Катерина явно пыталась задеть меня, вывести из себя. Но зачем ей это? Мы знакомы с ней пять минут, так когда я успела перейти ей дорогу? Возможно, самый простой способ выяснить это — продолжать подыгрывать ей? Возможно. Я не узнаю, пока не попробую.

В следующий миг моё лицо исказилось от шока.

— Как весь зал смотрел? И о каких чувствах ты говоришь?! — для убедительности я начала хлопать ресницами, словно испуганная лань.

— Милочка, такой танец между хозяином вечера и причиной всех сплетен не может остаться незамеченным!

Теперь, на моём лице отразилось негодование. И на этот раз эмоция была искренней.

По всей видимости, у меня на лбу возник огромный знак вопроса, потому как в ту же секунду девушка воскликнула:

— Великие силы! Ты ничего не знаешь! Он тебе не сказал!

— Не сказал о чём? — сквозь зубы прошипела я.

— О причине приёма. Его организовали из-за тебя! Все хотели посмотреть на таинственную девушку, из-за которой Алексей Антверлен почти перестал появляться дома и поругался со своим отцом, — ехидная ухмылка всё еще оставалась на лице Катерины, а снисходительный тон лишь подливал масло в огонь. Плевать. Мне уже было не до нашего негласного состязания. Всю мою уверенность как ветром сдуло, и я дала волю эмоциям.

— Как? У него проблемы из-за меня? Но… но что я такого сделала? Какое вообще я имею к этому отношение?!

— Прямое, — отрезала девушка. — Понимаешь, дело не в том, что сделала ты. Дело в том, что он сделал из-за тебя. Ты только появилась в его жизни, но уже успела всё испортить, — её хладнокровный голос даже не дрожал, наоборот, она почти смеялась. — Из-за тебя он теряет всё: семью, карьеру, признание. Ради какой-то простолюдинки он пошёл против отца.

— Я не простолюдинка, — лишь промямлила я.

— Продолжай убеждать себя в этом.

— Ты ничего обо мне не знаешь.

— Ты права, — согласно кивнула Катерина. — Но я знаю, что наши с ним судьбы были связаны с самого рождения. И что бы ты понимала: я не позволю тебе разрушить его жизнь, мою жизнь и наш брак! Тебе не место рядом с ним! — В этот миг меня словно сковородкой по лицу ударили. Катерина уже не улыбалась, она злилась и хотела, чтобы я ушла. Она откровенно прогоняла меня с этого приёма. И не только с него.

Думаю, она специально выжидала, пока Евгений уйдёт. Ведь когда я одна, ей проще всего вызвать меня на личную беседу. А я была и не против, только вот беседа оказалась уж слишком откровенной и зашла слишком далеко.

Я всё пыталась, но никак не могла переварить и усвоить её слова, а мои собственные застряли у меня в горле. Одни только вопросы хлынули на меня, словно дождь. Словно ледяной крупный ночной дождь. Многие из них я не хотела и начинать осмысливать, многие боялась произнести даже в своей голове.

Первая мысль, что пришла мне в голову, звучала как: «Почему она не выгнала меня сразу?». Сколько вопросов, сколько боли. Да, именно боли! Ибо эта девушка знала