Имя – Смерть - Анна Малышева

– Что это с вами? – весьма подозрительно спросил он.

Муха поняла, что ее приняли за наркоманку в ломке или психически больную, и нашла в себе силы, чтобы соврать:

– Не обращайте внимания… У меня просто гастрит разыгрался. Все жжет…

– Анальгин дать?

– Что? Не надо…

Водитель недоверчиво умолк, а она заставила себя принять нормальное положение. Это было трудно, тело не слушалось, оно стало совершенно чужим, нечувствительным. Наконец, с помощью равномерного глубокого дыхания, она немного пришла в себя.

Посмотрела на часы.

«Яков Семенович, конечно, уже там, – подумала она. – С теми деньгами. Как же я влетела…»

Она боялась себе признаться, что вместе с болью и ужасом чувствует некоторое облегчение. Ей в голову пришла дикая мысль, скорее, не настоящая мысль, а догадка… Все сложилось так, как будто Алия, прослушав ее ругательства и жалобы, дала ей шанс…

«Нет, только не думать об этом… – приказала она себе. – Алия не знала, что находится в шприце, не могла знать! Она и меня-то толком не понимала! Она вообще ничего не поняла… Несчастная наркоманка – захотела еще одну дозу, встала. Сделала над собой усилие – в такие минуты они находят силы, неизвестно откуда. Увидела на столе заряженный баян. Взяла и не долго думая… А заряжала я. Я!»

Она подумала, как теперь выглядит Дана. Упустила добычу, идиотка! Яков Семенович сейчас вытряхивает из этой гадины душу… Во второй раз Дана упустила ее. Муху! Упустила, несмотря на всю свою хитрость, на все свое мягкое и ловкое вранье…

И девушка опять почувствовала нечто вроде радостного облегчения. Только слишком жутко было это чувство после того, что она увидела в том доме, в той комнате, на затоптанном дощатом полу. Она глубоко вздохнула и повернулась к водителю:

– Мне уже лучше. Знаете, я спешу. Не могли бы вы ехать быстрее?

– Смотрите, какое движение, – ответил мужчина, не глядя в ее сторону. Ему не нравилась эта пассажирка. – Я на тот свет не тороплюсь.

«Я тоже!» – подумала она и отвернулась.

Глава 18

В квартиру вошли двое – женщина поняла это, услышав шаги в прихожей. Дверь она не заперла и только теперь об этом вспомнила. Она сидела на полу, рядом с телом мертвой девушки, и мерно раскачивалась – вперед-назад, будто медитировала или молилась. Потом шаги приблизились к порогу комнаты, и она услышала знакомый голос:

– Что тут у вас творится?

– Вы, Яков Семенович? – спросила Дана, перестав раскачиваться.

Тот не ответил. Быстро подошел к ней, и она услышала, как он ощупывает тело девушки.

– Умерла? – спросил он.

– Да.

– Как вы это допустили?

Дана пожала плечами:

– Она сама вколола себе эту дозу… С кем вы пришли?

Она слышала, как про комнате расхаживает второй человек, судя по скрипу половиц – мужчина.

Второй гость пока не произнес ни слова. Яков Семенович тоже не стал его представлять. – А где Мухаббат? – спросил он.

– Сбежала, как только увидела ее мертвой… Я не смогла ее остановить.

– Вы понимаете, что наделали?! Где ее теперь искать?

Дана вздохнула:

– Не знаю. Теперь она спрячется как можно надежней. Ей ведь уже нечего терять. Самое плохое то, что… – Она замолчала.

– Ну в чем дело? – нервно переспросил Яков Семенович.

– Она забрала свои деньги, – призналась Дана. – У нее восемь тысяч. С этими деньгами она продержится долго… Она привыкла к бедности, нищенка с детства. Умеет экономить.

– Меня это не волнует! Так вы говорите, что не знаете, куда она подалась?

– Она и сама этого не знает.

– Не острите! – Он отошел от тела, распростертого на полу, и Дана подняла голову, прислушиваясь к его шагам. – Теперь уж она не признается, – сказал Яков Семенович второму.

Тот наконец подал голос:

– Да вам ее и не найти.

Дана насторожилась. Голос был ей знаком, но она не могла понять, давно ли и откуда.

– Вместо девчонки вы получили одну тухлятину, – продолжал этот второй. – Об этом мы не договаривались.

– Погодите, – нервно сказал Яков Семенович. – Это еще не конец света.

– Для Жумагалиева – точно не конец. Вашими стараниями!

– Погодите.

Дана поворачивала голову от одного собеседника к другому и нервничала все больше. Она уже понимала, что второй – заказчик… Имени его она не знала. Но голос был ей знаком.

– Я привез паспорта девчонок, – сказал Яков Семенович, подходя к телу. – Мухаббат забыла их у меня на даче. Надо поглядеть.

Второй тоже подошел и встал рядом. Дана давно уже уловила нестерпимо крепкий запах одеколона, исходивший от него. И запах этот был ей знаком! Но что это за запах – не могла бы сказать. На нее уже не обращали никакого внимания. Ей стало страшно.

– Видите? – спросил адвокат.

– Ну что вы мне показываете? – Его собеседник неожиданно длинно и цветисто выматерился.

– А вот фоторобот.

Раздалось шуршание бумаги. Дана невольно отшатнулась – бумага зашелестела прямо у нее над головой. Яков Семенович сказал:

– В сущности, какая разница, мертвая будет девчонка или живая? Вот ее паспорт.

– Это которая? – спросил второй.

– На полу Алия. Паспорт Мухаббат. Где ее сумка?! – резко спросил он, и Дана поняла, что вопрос адресовался ей. С заказчиком адвокат не посмел бы так разговаривать.

– А о ком вы говорите? – спросила она.

– Об этой вот!

– Об Алие? У нее не было с собой сумки, – ответила Дана.

– Где ее одежда?

– Все, что было, на ней.

– Быстро говорите, во что была одета Мухаббат, когда сюда пришла? Была при ней сумка? – сыпал вопросами адвокат.

Дана криво заулыбалась:

– Вы забываете, что я не вижу… Я только поняла, что она пришла в длинном пальто из сукна. Но даже цвета я не знаю.

– Черт…

– Ее вещи остались у меня на квартире, – сказала Дана. – На антресолях… Комната рядом с туалетом. Там целая сумка.

– Отлично, – сказал адвокат.

– Вы хотите выдать одну за другую? – догадалась Дана. – Грубая работа.

Адвокат не соизволил ответить. Он сказал заказчику.

– Выйдемте, поговорим.

Мужчины вышли, оставив ее одну. Она даже не пыталась пойти следом, подслушать. Сидела на полу, все так же покачиваясь, пока они не вернулись.

– Дайте ключи от своей квартиры, от комнаты, – приказал ей адвокат.

– Они в шубе, – вяло ответила Дана. – Шуба на вешалке. В углу.

Она услышала бряканье ключей, шелест бумаг, звук открываемого бумажника – щелкнула кнопка.

Адвокат обыскивал ее карманы. Но она и к этому отнеслась равнодушно.

– Вы нам очень усложнили дело, – сказал ей наконец Яков Семенович. – Упустили девчонку. Должны были ее держать тут до последнего. За что вы деньги получили?