Любви и магии все существа покорны (СИ) - Ольга Егер

— Хорошо, — согласилась я.

— А теперь, — горько усмехнулся Даниэль, стянув подол пеньюара…

Глава 37. Медовый ужас

До рассвета оставалось часа два. Мы лежали, крепко прижимаясь друг к другу. Молчали. Сон игнорировал нашу уже не уютную комнату, потому что страх пришел в гости и затаился в темноте. Мое сердце сходило с ума. Билось сильно, громко, отдаваясь сводящим с ума гулом в ушах. Дико хотелось разреветься.

Даниэль поцеловал меня в макушку, и нежно погладил по плечу.

Тишина угнетала. Мне, казалось, что мы приговоренные к казни и ожидаем часа, когда в двери постучит стражник и отведет нас к палачу.

Когда раздался стук в дверь, я невольно содрогнулась.

— Тише! — шепнул Куран, сжав меня в объятиях.

— Глава! Это Жак. Прошу прощения, но есть дело, требующее вашего личного присутствия! Дознаватели нашли лабораторию! — прокричали из другой комнаты.

— Сними полог, — попросил Даниэль.

Я замотала головой, вцепилась в его рубашку (мы уже давно успели одеться, подгоняемые предчувствием беды). Разревелась, ощущая, что вот-вот его потеряю.

— Не надо! Не иди! Пожалуйста, Даниэль! Умоляю! Не ходи туда! — я сорвалась в истерику. Рыдала и отказывалась отпускать его.

Он поцеловал меня и сказал:

— Помни! Ты обещала мне, оставаться здесь! Ни шагу отсюда!

Потом разжал мои пальцы и ушел. Я смотрела ему в спину и понимала — это все, конец! Мерзкое ледяное чувство убеждало меня в том, что любимый переступил порог не другой комнаты, а иного мира. Мира мертвых. Это довело меня до нервного срыва. Пять минут я ревела, кусая подушку, которую держала в руках. Все-таки сорвалась с места и прошлась до двери, но так и не осмелилась нарушить клятву. Споткнулась об какой-то черный камень на полу. Выругалась. Пока шла обратно к кровати разбила мизинец на левой ноге об другой булыжник. Чтобы не думать о происходящем в другом помещении поломала голову над тем, какой дурак принес камни в спальню? Причем еще и расставил их в форме звезды… Когда мой взгляд остановился на смутно знакомом украшении из металла, с ярким камнем внутри, привешенном над кроватью, поняла — Сашка! Он этот амулет сделал для усиления силы заклинаний, причем силу для безделушки выкачивал из меня еще в дни власти надо мной приступов. Колдовал здесь?! Небось, еще и пентаграмму под ковром нарисовал!..

Откинула угол мягкого ковра и действительно увидела, начерченную мелом картинку. Если мне не изменяла память, то это был защитный круг. Выходит, маг хотел спасти, защитить. От чего?.. Интересно, а Куран знал о том, что Сашка тут натворил?

— Даниэль? — пискнула я, и решилась — потянула ручку двери на себя.

Собственная магия сыграла со мной злую шутку. Установив полог тишины, я совершенно забыла его снять, когда стучался Жак. А с перепугу, еще и усилила. Не произвольно, и с обратным перекрытием. Творившееся в другой комнате я не могла слышать, а, увидев этот ужас, чуть не потеряла сознание: мебель сломана, всюду кровь, пепел. И самое страшное — Куран прибитый к стене. Один огромный, тонкий железный кол торчал из его головы, а второй — из груди. Его все еще придерживали двое — Жак и Мати. Сели, вампирша, жутко меня ненавидевшая, держала в руках последний кол, прицеливаясь, куда бы его вонзить в итак уже мертвого… моего… мужа… Я должна была бы покончить с ними, отомстить, но… Почувствовала дикую боль от укола иглы, угодившей на целый сантиметр в мышцу предплечья. Потеряла сознание, взглянув на изувеченное лицо любимого…

Сквозь тьму в мой маленький личный ад пробирались чужие голоса.

— Как думаешь, твой племянник успел сделать свое дело или он так и не научился обращаться с женщинами? — говорил Сюпри, наверное. Мне сложно было определить кому принадлежат голоса.

— Действительно, Поль, иди и доверши то, что он начал! Покажи, девчонке, какие настоящий мужчины! — это второй экспериментатор.

— Да! Нечего церемониться со смертными! Мы можем сделать это так: либо шприц, либо ты сам! Что предпочтешь?

— А у него шприц подымется?

— Подымется! — заявил Поль. — Но развлекаться с безвольной куклой — скучно! Я хочу, чтобы она сопротивлялась. Давно не приручал диких кошек! Думаю, племянник и не заинтересовался бы другой. Все-таки мы из одной семьи, и оба питаем слабость к темпераментным девушкам.

— Хорошо. Защитные амулеты мы уже поставили. Спасибо одному магу, расстарался. Ведь не хватало еще, чтобы она из-за твоих домогательств разрушила десятилетия наших опытов!

— Кстати, что насчет тех двоих? Все еще спят?

— Да! Фактически кома. Но странная. Признаков жизни минимум. Причем первая — еще понятно, почему впала сон, а вторая, наверное…

— Слишком сильная связь! Близнецы все-таки, — заключил Поль, криво усмехаясь. Кому, как не ему было это знать! Ведь он лично умертвил своего близнеца — Жульена. От собственной гибели после этого его спасли лишь собственные эксперименты. Ведь господин Дорье уже давно был не просто вампиром, а смесью… Адской смесью.

— Жидкость ввести не успели. Да и в таком состоянии их организмы не примут ее.

— При диагностике у одной обнаружили эмбрион. Срок маленький. Даже не знаю, что делать — вырезать его или просто убить, предварительно изъяв яйцеклетки? А?

— Завтра об этом подумаем! — заключил Поль.

Я открыла глаза. Маленькая, фактически тюремная камера с большим прозрачным стеклом во всю стену стала моим временным и возможно последним приютом. Совершенно ясно, что меня отсюда не выпустят. Их планы, судя по всему, заключались в изнасиловании и использовании меня, в качестве суррогатной матери для маленького монстра, которым меня наградит лично Поль Дорье. Также, как и двух несчастных девушек в других камерах. Меня тошнило от одной мысли о том, что должно произойти, ведь совсем скоро он явится сюда. Хотела подготовиться к этому визиту и…

Первая попытка выставить магический барьер, перекрывающий двери, вытащил силы настолько, что я упала на пол. Руки дрожали. Из меня словно высасывали магию, а вместе с ней и жизнь. Стоило напрячься, пустить хотя бы ток в пальцы, как те печально известные амулеты, о которых довелось подслушать — втягивали в себя не только разряд, но и лишнее. Очень быстро я почувствовала себя больной. Меня охватил озноб. Суставы ломило. Но я остервенело колдовала. Разве можно сдаться, когда на кону твоя жизнь? Нет! Я собиралась вырваться отсюда и разрушить все к чертовой матери за то, что они убили его, моего вампира… Ведь Курана больше нет…

Стиснула зубы, вытерла слезы и снова поднялась, напрягая каждую клетку своего тела, вытягивая магию из самой души…