Пульс Хибин. Сборник - Борис Николаевич Никольский

Клянусь, что, куда бы ни забросила меня судьба, я буду всегда и везде с честью и достоинством нести имя уроженца заполярного города Кировска во имя его славы. — Клянусь!»

Эта клятва давалась впервые в истории города. И будут теперь звучать ее слова в сердцах юношей и девушек Кировска, призывая их быть достойными трудовых и ратных подвигов старших поколений, их дедов, отцов и матерей. И молодые кировчане будут верны этой первой в своей жизни клятве, верны своему народу.

Любовь к горному камню, к его живой, неожиданной, всегда разной и новой красоте — во многих семьях кировчан, у старших и у младших. Летом во время прогулок и походов в горы мало кто возвращается без найденных случайно интересных камней, а многие собирают коллекции, и их можно рассматривать целыми часами. Даже как-то странно, что на таких, казалось бы, серых издали сопках можно встретить столь яркие цвета в камне. Не перечислить всей палитры красок, которые здесь встретишь — кроваво-красные или вишневые эвдиалиты, как золото сверкающие блестки астрофиллита, ярко-зеленые эгирины и амазониты, фиолетовые плавиковые шпаты, темно-красные нептуниты... Камни овеяны легендами, связанными с жизнью людей, которые испокон веку жили в этих местах, с историей их борьбы с природой, вернее сказать, с историей их жизни в единении с ней.

И еще одно. В начале своего пребывания в Кировске удивлялись мы обилию цветов.

Цветы во Дворце культуры, цветы в школах, в библиотеке, на фабрике. Магазин «Цветы». И вот мы в одной из оранжерей ботанического сада в Хибинах — самого северного в мире научного учреждения такого профиля. На улице мороз, а здесь под ярким светом ламп стоят лимонное дерево, дерево какао, вьется дикий виноград, растут кактусы — несколько видов, цветут какие-то диковинные, невиданные растения. Работниками сада собран богатый гербарий местных растений — в 56 тысяч листов. Удивляет не столько то, что он, этот гербарий, собран, хотя это поистине научный подвиг. Оказывается, в этих суровых краях богатая растительность! Это поражает. Но гербарий это лишь часть работы ботаников. В саду за время его существования испытано свыше 800 видов тропических и субтропических растений. Кроме того — более четырех тысяч видов травянистых растений и тысяча с лишним видов деревьев и кустарников подобраны для выращивания в открытом грунте. Города Кольского полуострова получают отсюда посадочный материал.

И только приезжие удивляются, когда на торжественном городском собрании, посвященном Международному женскому дню 8 Марта, каждой женщине вручают яркую гвоздику. И пылают они в руках, у тружениц заполярного города как символ победы человеческого характера над холодом, снегами, полярной ночью, как символ победы весны.

В связи с пятидесятилетием со дня основания и за большие успехи, достигнутые трудящимися Кировска в хозяйственном и культурном строительстве, город был награжден орденом Трудового Красного Знамени. Нам довелось быть на городском торжественном собрании, в зале Дворца культуры объединения «Апатит», где была вручена награда. И в общей атмосфере приподнятости, в словах выступавших — рабочих, инженеров, руководителей — звучала гордость, радость высокой награде на знамени родного города.

Поездка в Кировск превратила в моем сознании точку на географической карте за Полярным кругом в реальный город, где в едином ритме со всей страной живут славные настойчивые люди, по-ударному работающие на рудниках и обогатительных фабриках.

...Когда мы уезжали, нам подарили гвоздики. Цветы среди снегов уже не удивляли. Кировск встречает и провожает друзей цветами.

Юрий Рытхэу

НА РАЗНЫХ БЕРЕГАХ

Сколько всего саамов живет в мире? Цифру эту довольно трудно установить точно, потому что на Скандинавском полуострове представителей этого народа считают по-разному. Финны считают только тех, кто занимается своим исконным занятием — оленеводством, шведы — как-то иначе, норвежцы вообще склонны полагать, что саамы давно ассимилировались.

Однако саамы существуют, и эта реальность подтверждается расцветом культуры и хозяйства советских саамов, хотя их и намного меньше, чем их соплеменников за пределами государственной границы.

В нашей стране саамы проживают в Мурманской области, точнее на Кольском полуострове в Ловозерском районе, и насчитывается их около двух тысяч человек.

А сами коренные жители севера Скандинавии считают, что их всего около ста тысяч человек.

Несколько лет назад ЮНЕСКО приняло программу изучения современного положения народов, проживающих поблизости от Полярного круга, в связи с интенсивным промышленным развитием северных районов земного шара. Главная задача этой программы заключалась в том, чтобы выработать рекомендации правительствам, в странах которых имеется коренное население в арктических зонах, с тем чтобы эти рекомендации позволили разработать меры по сохранению самобытных культур и традиционных форм хозяйства.

Проблема эта оказалась далеко не простой. Прежде всего потому, что народы Севера разбросаны по всей огромной территории вдоль Полярного круга по всему северному полушарию. Иногда они очень сильно разнятся между собой этнически. Так, эскимосы, одна из наиболее многочисленных народностей, живут и в Советском Союзе, и в Соединенных Штатах Америки, и в Канаде, и в Дании. Так же и саамы: они живут на территории Советского Союза, Финляндии, Швеции и Норвегии.

Но саамы и эскимосы разобщены главным образом разными социальными системами.

Мне довелось побывать и среди советских саамов и посетить все места расселения зарубежных саамов по всему северу Скандинавии. И я имел возможность воочию сравнить, что несет коренным жителям освоение Севера в условиях социализма и в условиях капитализма.

Как я уже говорил, саамы в нашей стране в основном живут в Ловозерском районе Мурманской области.

Летел я туда на вертолете из Мурманска, пристроившись рядом с летчиком Владимиром Николаевичем Сиговым. Несмотря на начало весны, погода была пасмурная, и наш вертолет летел довольно низко, позволяя хорошенько рассмотреть непривычную для меня тундру — здешняя лесотундра мне, привыкшему видеть голые, безлесные пространства Чукотского полуострова, казалась настоящей тайгой.

Вертолет опустился в Ловозере. Это современный благоустроенный поселок, районный центр, застроенный вперемежку современными многоэтажными зданиями и индивидуальными домами.

О том, что Ловозеро — центр оленеводческого района, сразу же напомнила мне оленья упряжка, лихо промчавшаяся мимо нашей машины.

— Это школьники готовятся к празднику Севера, — пояснил мне председатель Ловозерского райисполкома Анатолий Абрамович Рочев. — У нас оленей около пятидесяти пяти тысяч.

Это довольно большое стадо, пожалуй одно из самых больших на европейском Севере нашей страны.

Мы проехали мимо прекрасной школы-интерната, столовой-ресторана, клуба. Вперемежку с машинами, снегоходами «Буран», гусеничными вездеходами то