Беспредел в школе Прескотт - Кейтлин Морган Стунич

была моей матерью, — он пожал плечами. — Моя настоящая мама умерла, задыхаясь от пепла и костей… — он замолчал, когда мои глаза расширились, тело задрожало. Господи. Каллум снова улыбнулся мне, прищурившись и потирая шрамы на горле. — Все думают, что моя бабушка убила ее, но не зная всей истории, как я могу осуждать?

— Твоя бабушка… — начала я, голова шла кругом. Ух ты. Такое ощущение будто мы все были созданы друг для друга жесткой и непрощающей Вселенной. Опять-таки, очень мало учеников в школе Прескотт, чьи жизни не пропитаны кровью, секретами и дерьмом. История Каллума должна быть странной, ошеломляющей, но это не так. Не в Прескотте. — Ого.

— В смысле не недавно, — объяснил он, прислоняясь ко мне плечом и жестикулируя руками. — До того, как мне исполнилось три года. Так что, это не что-то важное, как могло бы показаться, — Каллум достал из кармана упаковку M&Ms и высыпал немного себе на ладонь. Он предложил мне, но я подняла руку, чтобы отказаться. — Когда-то моя бабушка была прима-балериной в Нью-Йорке. Она хотела, чтобы я стал всем, чем она не была, — Кэл уставился на конфеты в своей руке с отдаленным выражением во взгляде. — Какое же должно быть разочарование, — размышлял он, но не так, словно сам расстроен из-за этого.

Он закинул конфеты за раз и задумчиво пережевал.

— Ты рассказал, что твоя семья однажды снялась в шоу о расследовании убийства? — спросил Хаэль, и Кэл рассмеялся.

— Ах, это, — проговорил он, когда я вытаращилась на него. — Что? Серия вышла, когда мне было пять, пытаясь повесить убийство моей матери на бабушку. В любом случае, ничего не вышло.

— Зачем бы твоя бабушка стала убивать собственного ребенка? — спросила я, в ужасе от такой мысли. Но опять-таки… Памела, разве я не права? Она бы определенно убила меня, Пен и Хизер, если бы ей это было выгодно. Оскар позади меня издал звук отвращения.

— Ходят слухи, что бабуля убила своего мужа, когда маме было тринадцать, и заставила ее помочь разобраться с телом, — Каллум высыпал еще M&Ms на свою ладонь и закинул голубенькую в рот. — Видимо, моя мама призналась во всем моей тете до ее исчезновения, — Кэл прижался к двери, чтобы лучше видеть меня. — Тебе жаль меня, Бернадетт? Похоже, что да.

— Конечно, да, — сказала я, но Каллум лишь снова посмеялся.

— Не стоит. Я ничего из этого не помню. Лишь слышал истории, — Кэл закинул еще M&M в рот. — Моя бабушка всегда была добра ко мне. Даже не уверен, что верю в какую-то из этих историй, — он замолчал на время, улыбка погасла, взгляд остекленел. — Даже когда я получил свои травмы… — он похлопал рукой по колену со шрамом, — и ее мечты насчет меня были разбиты, она, не жалуясь, заботилась обо мне.

— Почему я никогда не слышала об этом? — спросила я, и Каллум снова пожал плечами.

— Я не был в опасности с моей бабушкой, Берни. Хоть и жил всегда в Южном Прескотте, у меня была хорошая жизнь. Я танцевал. Какое-то время я был лучшим. Это чувство, которое невозможно забыть, — Каллум доел M&Ms, а затем поднял винтовку с пола, кладя себе на колени. — Что, если наш отвлекающий маневр не сработает? — спросил, быстро сменив тему.

Полагаю, он имел на это право. Это его история.

Я села обратно, когда Оскар повернулся и присоединился к разговору.

Большая часть нашего плана заключалась в том, что парни Картер будут заняты Аароном, пока он участвует в первой гонке на камаро Хаэля.

Митч, Логан и братья Энсбрук примут участие в гонке позже. Нужно лишь выиграть Хаэлю время, чтобы незаметно добраться до их машин. Он сделает свое дело, а потом… что ж, надеюсь, команда Картера станет безголовой гидрой.

— Сработает, — заверила нас Оскар, словно у него был способ гарантировать это. — Люди предсказуемы. Как только они увидят Аарона, будут, словно акулы, унюхавшие кровь в воде. Самое важное, чтобы мы убедились, что он выйдет оттуда живым.

Моя кровь застыла.

Это пиздец, как опасно, но также и не что-то новое, с чем бы мы не смогли справиться.

Митч и его дружки должны были знать, что мы всегда будем на дюжину шагов впереди. У них были нанятые Офелией солдаты, они чувствовали себя неприкосновенными. Всегда приятно сбить спесь со своих врагов.

Я устроилась удобнее и закрыла глаза.

Представляла, что когда-нибудь у нас будут люди, которые будут делать подобные вещи за нас. Это произойдет, если мы правильно разыграем свои карты. Но ты не позволяешь своим подчиненным знать о всех совершаемых убийствах, особенно, когда копы сидят на твоей заднице. И определенно не отправляешь солдат выполнят основную работу.

Я открыла глаза, когда зазвонил телефон Хаэля, и он ответил на звонок через систему Bluetooth в машине.

— Как дела, любовничек? — спросил Хаэль, и я услышала низкий смех Аарона на другом конце линии.

— Я на позиции. Скажите, как будете готовы.

— Это то, что ты говоришь Берни, когда вы трахаетесь? — подразнивал Хаэль, поворачивая руль резко вправо. — Скажи, как будешь готова, детка.

— Да пошел ты, — фыркнул в ответ Аарон, когда Хаэль снова повернул направо, и мы увидели ярко красную камаро на другом конце от нас. — Будь со мной милым, или я специально разъебу твою машину.

— Даже не шути о таком дерьме, — прорычал Хаэль, но ухмыльнулся, говоря это. — Дай нам секунду, чтобы высадить Кэла на позицию, ладно? Не будь с преждевременным эякулятом. Никто не любит такое.

— Съешь дерьмо, Хаэль, — огрызнулся Аарон, от его голоса у меня пошли мурашки, хоть его и не было в салоне. — Я подожду.

— Пожелайте мне удачи, — сказал Кэл, вылезая из машины и беря с собой винтовку.

С капюшоном, скрывающим его светлые волосы, он за считанные секунды исчез в тени, уползая, чтобы достать нам необходимую информацию.

Хаэль постукивал руками по рулю в такт гремящей из колонок музыке, в то время как Виктор уставился через окно, словно на самом деле мог увидеть, куда пошел Каллум. Оскар ничего не говорил, оставаясь неподвижным, тихим и загадочным рядом со мной.

— Кэл только что написал, — спустя несколько минут