Пособие по выживанию - Элен Уайт

— Да, но я не могу. — Мне едва удавалось совладать с собственным голосом, а разноцветных пятен перед глазами стало в два раза больше. Накатившая слабость мешала сосредоточиться, все силы уходили на то, чтобы удерживать тело в вертикальном положении. Как же не вовремя! Я сжала кулаки, чтобы боль от впившихся в ладонь ногтей хоть немного вернула ощущение реальности.

— Я так и думал. — Алекс не дал мне ничего объяснить и вышел.

Шаг, еще один. Непослушные пальцы схватились за дверь, я попыталась удержаться на ногах. Нужно рассказать ему все, я должна заставить послушать…

Перед глазами все поплыло, а стены замка закачались, словно небольшой корабль на волнах. Ноги казались чугунными, грудную клетку что-то сдавливало, мешало дышать. Что со мной?

«А папенька у нас тот еще кадр! Может, его зеленым сделать? Это я могу!» — Я услышала детский осуждающий голосок у себя в голове, он, как луч света, пробился в гудящий от слабости мозг.

«Глюк!» — метнулась ленивая мысль.

«Мам, а ты сообразительней казалась! Какой же я глюк?» — удивленно продолжал говорить все тот же голос.

— Алекс, — успела прошептать я, перед тем как померк свет.

ГЛАВА 34

Александр

Хотелось крушить все и всех на пути, когда перед глазами вновь и вновь всплывала увиденная в зале совещаний сцена. Это какое-то дежавю…

Влетев в кабинет, я едва не разбил хрустальную бутылку о стену. Вот дрянь! Расслабился, понадеявшись на собственную неотразимость и поверив во все эти покорные взгляды влюбленной овечки. Хороша, чертовка! Супруга оказалась хитрее и коварнее, чем даже я мог предположить! Тоже мне, Темный Властелин, которого смогла провести какая-то девчонка. Радовался, что не боится! Черт! Да она вообще ничего не боится, раз шашни перед моим носом завела!

Злость кипела в сердце, и я уже жалел, что лично, собственными руками не оторвал голову любовника супруги, что не растянул пытку на несколько месяцев, не заставил его почувствовать хоть ту часть боли, которую ощутил я, застав любимую женщину в объятиях другого.

Двух бокалов коньяка, которые выпил залпом, даже не ощутил. Ни вкуса, ни опьянения, лишь горечь, поселившаяся в душе. Ничего, разберусь с демонами, отправлю жену подальше с глаз, чтобы очи не мозолила, в какой-нибудь замок на окраине империи. Пусть живет как знает!

Наливая очередной бокал, заметил в дверном проеме супругу. Поначалу она меня даже удивила тем, что не упала сразу на колени, моля о прощении, но тот бред, что она несла… Уму непостижимо — перепутала! Еще и это признание в любви с нотками отчаяния в голосе. Я почти поверил в эту игру — хороша актриса! Она действительно думает, что может меня убедить этим дешевым цирком?

Разозлился не на шутку и был готов ударить. Сдержался. Но, черт, скольких усилий мне это стоило!

И все равно, почему не ее, а себя ощущал каким-то монстром?! Почему хотел поверить ей, хотя мои глаза видели другое? Сопливый мальчишка, а еще попытался со мной тягаться… Чтобы не наделать глупостей, пошел прочь, напомнив перед этим, что теперь супружеский долг я исполнять не намерен. Не сделал и десятка шагов, как услышал ее слабый вскрик — новый метод манипуляции? Додумать эту версию я не успел, бросился туда. В этот момент я меньше всего думал, что еще недавно видел Элли в объятиях другого мужчины.

Подбежав, успел подхватить падающую в обморок жену. Не похоже на симуляцию… Да и не бросать же ее здесь. Отнесу на кровать, а потом подумаю. Уже когда опустил тело жены поверх покрывала, понял, что принес ее в свою спальню. Ладно, пусть лежит — комнат, что ли, мало? Уже хотел уйти, но все же как-то слишком долго она не приходила в себя. Попытка привести Элли в сознание с помощью воды не увенчалась успехом. Даже несильная пощечина не подействовала — я дыхание проверил, нормальное.

Беспокойство охватило душу, и я уже хотел звать лекаря, когда в комнату медленно, по-королевски вплыл кот.

— Не понял, а где крики восторга? — флегматично заявил он, открыв лапой дверь, и медленно прошествовал в спальню.

— Я еще и радоваться должен?! — возмутился от всей души. Кузьма издевается? Или, может, это современные нравы такие? Может, любовь втроем — это нормально, а я застрял среди пережитков прошлого?!

— Ну, обычно мужчины радуются такому событию! — торжественно объявил кот, устраиваясь возле Элли.

— Это я рогам должен радоваться?! — возмутился, зло сверкнув глазами.

— Ты ей рога наставил?! — громко завизжал кот, выставив когти и намереваясь защищать честь хозяйки. Хотя о какой чести сейчас могла идти речь?

— Скорее она в этом преуспела, — хмыкнул, сев в кресло немного дальше от кровати.

— Ничего не понимаю. Она же тебя любит! — Кот тряхнул головой, будто отгоняя плохие мысли. — Я ведь ей предлагал завести любовника, но она была категорически против.

— Наверное, не столь категорически, как тебе показалось… Стоп, что ты ей предлагал?!

— Не обращай внимания. Так с чего ты взял, что она тебе изменила? — безразличным тоном уточнил кот, облизывая лапку. Этому все нипочем, лишь бы кормили.

Пришлось кратко пересказать события вечера и закончить рассказ фразой: «А теперь она уже минут десять не приходит в сознание».

— Волнуешься? — спросил кот.

— Волнуюсь, — согласился я. Все-таки любовь в сердце еще жива, хотя предательство не смогу простить. — Она долго не приходит в себя. С ней такое бывало?

— С ней еще не такое будет, одна тошнота чего стоит! — доверительно пожаловался кот, продолжая вылизывать шерстку.

— Какая тошнота? Это серьезно?

— Тю, так она тебе еще не сказала? Что ж, сообщу я, раз у вас такая размолвка случилась. Буду аистом на полставки работать. — Картинно прокашлявшись, рыжий толстяк продолжил: — Поздравляю, ты станешь папой.

— К-как папой? — От неожиданности я аж заикаться начал. Не каждый день подобную новость сообщают.

— Да что же ты такой непонятливый? Обычно.

— К-как обычно? — Ничего не понимая, я пару раз моргнул. Все это походило на какой-то страшный сон.

— Ты мне глазки не строй — не девица. Вот вроде и взрослый дядя, а ничего не знаешь. Ладно, просвещу тебя по доброте душевной! — продолжал тараторить Кузьма, пока я отходил от шока. — Процесс того, как ребенок попадает в живот, думаю, тебе описывать не надо. Раз сделал, значит, знал как — дурное дело не хитрое. Потом ребенок растет, а вместе с ним и аппетит будущей мамаши. Через девять месяцев родится пищащее существо, которое только и делает, что плачет, кричит и гадит. Точнее, родится кошмар на мою седую голову! — под конец заголосил кот.