Наследие Судьбы. Книга вторая - Дарья Владимировна Зубкова

годам окончательно испортила зрение. Я носила очки сколько себя помню. Но сейчас я открываю глаза, а мир чёткий и яркий, как никогда!

— Я бы не сказал, что он такой уж яркий, — заметил Влад с усмешкой. — Но пока ты была в бессознательном состоянии, я подправил твоё здоровье, и сейчас оно идеально во всех отношениях.

— О, Боже, — Лена прикрыла рот рукой в приступе шока и ужаса. — Зачем ты это сделал?

— Всегда пожалуйста. Это компенсация за доставленные неудобства, — Влад заметил обескураженное лицо девушки и её потерянный взгляд. — Ты много лет страдала. Позволь хоть как-то облегчить тебе жизнь.

Лена наконец-то пришла в себя и смогла сесть. Она тряхнула головой, как будто пытаясь избавиться от остатков слабости. Затем сняла очки и положила их на диван.

Когда мы с Владом увидели лицо Лены, мы оба были поражены. Перед нами была Елена, только без очков. Из-за очков сходство между девушками было не так заметно, но теперь, когда Лена сняла их и смотрела на мир без них, её лицо было точной копией лица Елены.

Заметив наше удивление, Лена изобразила наигранный кашель, чтобы привлечь наше внимание.

— Что с вами? Вы оба как будто призрака увидели.

— Первый раз видим тебя без очков, — сказал Влад, пытаясь вернуть контроль над ситуацией.

— У тебя совершенно другое выражение лица без них, — ответила я, мой голос был неразборчивым и невнятным.

— Я сама не привыкла видеть себя без очков. Надо бы подойти к зеркалу, как только у меня восстановятся силы, — Лена улыбнулась, пытаясь снять напряжение в комнате.

Влад протянул Лене ручное зеркало, которое он только что материализовал.

— Вот это да. И вправду совсем другой взгляд, — Лена осматривала своё лицо со всех сторон, вертя зеркало из стороны в сторону.

Я решила задать Лене вопрос, который меня беспокоил:

— Лена, ты что-то помнишь о своей биологической семье?

— Совершенно ничего не помню. Почему ты этим интересуешься?

— Стало интересно, что ты помнишь о своей настоящей семье, — лгать мне было непросто, но другого выхода у меня не было. — Вдруг мы сможем найти твоих близких.

— На сегодня оставим Лену в покое, — Влад расправил плечи, направляясь к выходу из дома. — Лера, я думаю, что нам уже пора.

— Мы оставим Лену одну?

— Всё нормально. Вы и так много сделали для меня, — Лена улыбнулась. — Я уже пришла в себя. Но на завтра возьму выходной и отосплюсь как следует. После всего произошедшего тяжело сразу вникнуть в рабочий процесс.

— Ты уверена? — спросила я с лёгким недоверием.

— Уверена. Со мной всё нормально, и ваша помощь уже не требуется, — Лена повернулась к Владу лицом. В этот момент щеки девушки приобрели румянец смущения. — Влад, тебе отдельное спасибо за всё, что ты сделал для меня.

— Не за что, — улыбнулся Влад. — Пообещай беречь себя и не встречаться с идиотами.

— О, Боже. Ты всё видел?

— Я видел. Могу с уверенностью сказать, что он поступил глупо и не был достоин тебя.

Когда мы уходили из дома Лены, девушка аккуратно коснулась Влада рукой. В её взгляде было что-то необъяснимое, что можно увидеть только у влюблённых людей. Влад ухмыльнулся и с довольным видом покинул квартиру. Уже сидя в машине, я продолжала видеть на его лице самодовольную и счастливую улыбку.

— Что с тобой?

— А что со мной? — Влад тут же стёр эмоции с лица, стараясь говорить безразлично.

— Насколько я помню, ты только однажды был в таком расположении духа. На нашей первой новогодней вечеринке в университете, — я пристально посмотрела на Влада. — Колись.

— Не понимаю, что ты хочешь от меня услышать.

— Всё ты понимаешь. Ты неравнодушен к этой девушке, как и она к тебе. Я права?

— С чего ты взяла?

— По-твоему, я настолько глупа и слепа, что не замечаю очевидных вещей вокруг? Тебе тысяча лет, но это не значит, что я в свои девятнадцать намного глупее тебя.

— Во-первых, тебе ещё нет девятнадцати, а во-вторых, я никогда не говорил, что ты глупее меня.

— Ну да. Но ты постоянно намекаешь на это.

— Не начинай. Ты прекрасно знаешь, что это не так.

— Конечно. Не так, — я отвернулась к окну и сделала музыку в машине громче.

— Какая муха тебя укусила?

— Никакая. Когда найдёшь смелость поговорить нормально и не будешь строить из себя бесчувственного Влада, тогда и поговорим.

Влад вздохнул и провёл рукой по своим взъерошенным волосам. Этот жест друга вызвал у меня множество воспоминаний и эмоций. Я знала Влада уже много лет, и он всегда делал так с нашей первой встречи. За эти несколько лет, проведённых вместе, Влад стал такой важной частью моей жизни, что я уже не представляла её без участия моего лучшего друга.

Возможно, Влад стал для меня тем близким и родным человеком, которого я всегда хотела иметь после того, как моя мама пропала. Все эти размышления помогли мне забыть об обиде и успокоиться.

Когда автомобиль остановился около дома, я продолжала сидеть на месте, не решаясь выйти из машины.

— Мы приехали, — напомнил мне Влад, не глядя в мою сторону.

— Я вижу, — ответила я, оставаясь в той же позе и не делая попыток выйти на улицу.

— Теперь моя очередь задать тебе вопрос: что с тобой?

— Я не могу объяснить. Можешь называть это шестым чувством, интуицией или как угодно, но мне тревожно на душе. Это мерзкое ощущение.

— Ты уже говорила это, и не раз. Но сейчас я спрашиваю о другом. На что ты обиделась?

Я запнулась, не зная, что ответить на такой прямой вопрос.

— Я хочу, чтобы ты мне доверял и видел во мне равную, а не глупую маленькую девочку.

— Почему ты решила, что я тебе не доверяю?

— Твои отношение и слова заставили меня так подумать.

— Послушай, — Влад заглушил двигатель и повернулся ко мне. Его карие глаза сейчас казались практически чёрными, а на лице не отражалось никаких эмоций. — Как думаешь, легко ли открываться кому-то после тысячелетнего уединения? Люди годами ходят к психологам, чтобы справиться с подобными проблемами, а у меня за плечами столетия опыта. Подумай и ответь: может ли человек мгновенно изменить свое мышление?

— Думаю, что нет, не может.

— Вот именно. Я стараюсь быть откровенным с тобой, но мне не удастся мгновенно изменить свои привычки. Дай мне время.

— Прости меня.

— Что? — глаза Влада расширились от удивления. — Что ты сказала?

— Я сказала «прости меня».

— За что?

— За то, что давлю на тебя и не понимаю, каково тебе. Я хотела, чтобы наше общение было похоже на