Дворянство. Том 2 (СИ) - Николаев Игорь Игоревич

Женщина уже научилась более-менее разбираться в оружии, так что увидела не просто двуручную саблю в классическом стиле бретеров, а роскошную вещь, сделанную руками выдающихся мастеров. Неярко выраженный изгиб клинка, позволяющий колоть с той же легкостью, как рубить, отличный полированный металл без каверн и дефектов ковки. Казалось, что сталь тихо и мелодично звенит от одного лишь взгляда на нее. Рукоять обложена черным деревом со вставками голубого янтаря из северных рек. Перекрестье чуть длиннее обычного и сбоку не традиционный крюк, а витое кольцо. В навершие вставлен граненый камень, похожий на рубин, однако темнее, не столь прозрачный. Женщина даже примерно не могла представить, сколько может стоить подобная работа.

Хотя Елена в основном училась обращению с другим типом оружия, руки аж дрогнули от нетерпеливого желания взять эту роскошную вещь, проверить баланс, ощутить ее могущество, послушное воле хозяина. Женщина чуть прищурилась, заметив, что на клинке выгравирована какая-то надпись, необычно длинная. Прочитала: «Dw i'n yfed yn unig gwaed pur»

«Пью лишь чистую кровь». Но можно прочитать и как «лишь благородную».

Пока Елена старалась перевести вязь литир в осмысленный текст, она оторвалась от созерцания великолепного оружия и потому успела заметить, как на лице королевы промелькнуло еще одно странное выражение. Триумф, смешанный с катарсисом, будто Ее Высочество внезапно увидело решение сложной проблемы, решение простое и элегантное, наилучшее из всех возможных. Выражение мелькнуло, как метеор на темном небе, растворилось без следа, оставив лекарку в бесплодных гаданиях — что же такого увидела королева в бретерской сабле?

Раньян кинул косой взгляд на телохранителей и сложил руки за спиной, дескать, даже и не думал взяться за оружие в присутствии владетеля.

— Подарок доставят в дом, — сообщил король. — Полагаю, ты будешь носить мой дар.

— Безусловно. Со всем почтением и благодарностью.

— Это была награда. Что касается наказания… время покажет. Я еще не принял решения.

Раньян почтительно склонился.

— Я посмотрел на вас, и я доволен, — меланхолично сказал тетрарх, почесывая бородку. — Вы не развлекли меня, но и не утомили. Считайте, что сегодня вы добрые гости на празднике. Разрешаю удалиться.

На этот раз Елена внимательно следила за Раньяном и строго повторяла все его жесты — поклон, три шага назад, задом наперед, не поворачиваясь тылом к благородным особам, и так далее.

Дверь закрылась, без скрипа и стука. Король почесал нос и с тем же выражением тоскливой грусти на лице спросил, не меняя тон:

— Душа моя, зачем вы изволили притащить в наш дом своего рубаку?

— Потому, что он меня развлекает, — веер снова хлопал по руке, отбивая слова. — И потому, что я хочу посмотреть на дуэль настоящих бретеров. Молодость против зрелости. Светлое против темного.

— Вы кровожадны, — констатировал, как само собой разумеющееся, супруг.

— А вы снова хотите забрать мою игрушку? — королева недовольно сжала губы в нитку.

— Да. Мне эта дуэль неугодна, — тетрарх подумал несколько секунд и добавил. — Пока, во всяком случае.

— Вы заставляете меня скучать, — в голосе королевы прозвучала нотка искреннего гнева.

— Нет, я прошу лишь запастись терпением, — поправил тетрарх. — На некоторое время. Пока я не придумаю, как лучше использовать этого… Чуму. Душа моя, вы совершенны... почти. Все в вас прекрасно за исключением склонности ломать игрушки до того как они исчерпают полезность.

— Не можете решить, кому отдать его голову? — саркастически осведомилась королева.

— Справедливости ради, я пока не решил, стоит ли кому-либо отдавать его голову, — уточнил тетрарх. — Например, если судьба окажется неблагосклонной к Артиго… что маловероятно, но вдруг?.. Господь располагает, как известно.

Дворяне-телохранители дружно делали вид, что их здесь нет. Если бы Елена осталась в комнате и больше разбиралась в нравах высшей аристократии, она обязательно задумалась бы — какими средствами удалось добиться такой дисциплины? Но женщины здесь не было.

— В этом случае, — продолжил король. — Разве не лучше будет, если мальчик падет от меча обезумевшего бретера, натуры порочной, жестокой по природе своей? К тому же успевшей обагрить руки кровью честных воителей Его Величества.

И опять-таки если бы Елена оказалась тут, она отметила бы, что на лице королевы вновь промелькнула тень решительного триумфа, зловещее отражение глубоко скрытых мыслей и намерений.

— Понимаю, — улыбнулась дама.

— Поэтому дуэль не состоится, — подытожил король. — Пока что. Но вашего мастера отпускать не стоит, пусть живет нашим гостем, наслаждается жизнью и будет готов сыграть роль, которую мы для него определим. Если определим.

— Если же нет?

— Душа моя, — вяло махнул рукой тетрарх. — Ну откуда сия страсть к разрушению? Впрочем, обещаю, чья-нибудь кровь обязательно прольется. И если рубаки не понадобятся, я устрою между ними великий, достойно организованный поединок. Все к вашим услугам и ради вашего счастья.

— Благодарю, муж мой, — королева присела в грациозном реверансе.

— Что ж, а теперь нам пора встречать дорогих гостей, островитяне ждут, — король постучал золотом на пальцах, потирая ладони, словно купец в ожидании выгодной сделки. — Ах, как же утомительно продавать один товар сразу двум покупателям…

— Мой любезный супруг, не сомневаюсь, что вы решите эту задачу искусно и к наивысшему благу для нашей семьи.

— Кажется, все закончилось не так уж плохо? — спросила Елена, пока незнакомый слуга вел их к праздничному залу. Теперь, для разнообразия, они обошли резиденцию с другой стороны. Что-то мерцало за изгородями бледно-голубым светом, но женщина никак не могла понять, что именно. Такого ей видеть еще не доводилось.

— Плохо, — отрезал бретер, размашисто шагая. Будь Елена чуть ниже ростом, ей пришлось бы семенить частыми шагами, чтобы не отстать.

— Почему? — спросила женщина и разозлилась. — Да иди ты! Еще бы я за тобой бежала! Хоть и без каблуков.

Раньян притормозил, оглянулся.

— Не понимаешь, — констатировал он и, не дожидаясь ответа, сказал. — Мне указали, что в любой день могут вспомнить об убийстве стражей императора. Ясно? Кукле на веревочках показали ножницы.

— А… — растерялась Елена. — Ну да… Может быть. Но дорогой подарок?

— Приметная вещь, которую меня обязали носить. Дальше поймешь сама?

Елена сморщилась в напряженной попытке догадаться. Приметная вещь… всегда с владельцем…

— О, — только и вымолвила она, взглянув на бретера.

— Да, — кивнул Раньян. — По ней меня узнает и тот, кто не видел моего лица. Например, убийца или наемный дуэлянт. Это подарок с каплей яда.

— Действительно… Но ты жив. Артиго жив. Мы все живы. И будущее не случилось, а мы не знаем, что нам уготовано.

Елена шагнула к нему, хотела тронуть за плечо, но рука замерла на полпути. Женщина не знала, как суровый убийца отреагирует на столь близкий контакт. Раньян слабо улыбнулся, слегка наклонил голову, безмолвно благодаря за участие, и подал ей локоть почти как земной кавалер. Елена грациозно оперлась на него.

— Поспешите, — торопил слуга.

— Но мы ведь никуда не торопимся? — предположила Елена.

— Не вижу причин для спешки, — согласился бретер. — Волею короля, нынче мы добрые гости на празднике.

И они пошли, не торопясь, с любопытством разглядывая удивительное место. Слуга злился, но поделать ничего не мог. Опираться на локоть мечника было удобно, и Елене вспомнилось, как он выносил ее на руках из подземелья с чудовищем. Сильные, крепкие ладони, мышцы под льняной рубашкой, кажущиеся вырезанными из дерева. Сколько жизней отняли эти руки убийцы?.. И чуднО, как ей нет до того никакого дела. Жестокий мир порождает суровые нравы и таких же людей — плоть от плоти своей. Идти рядом с таким мужчиной было неожиданно приятно, особенно ловя завистливые взгляды разодетых дам, которым не досталось таких видных и мрачно-красивых спутников.