Авалон:Хроники бессмертных - Антон Ермаков

Малиновская с некоторым облегчением обнаружила, что Флавиус и Сильфида дожидаются их внутри. Их наставники, как и обычно, почтительно поздоровались с каждым и, не давая им задать ни одного лишнего вопроса, велели следовать за ними. От глаз Марии не могли укрыться чужие сомнения — что-то явно было не так. Кажущаяся иллюзия беспечности рассыпалась, как карточный домик. Друзья озабоченно переглядывались, пока шедшая впереди Сильфида, ничего не комментируя и совершенно не оборачиваясь, торопливо распахивала по очереди массивные двери многочисленных залов, — одну за другой, и так без конца. Маша уже довольно хорошо знала устройство замка и расположение всех покоев этого величественного сооружения: она поняла, что сейчас они по огромной дуге огибают первый уровень Маханаксара — Зала Судеб, при этом едва уловимо, но неизменно поднимаясь вверх. Через некоторое время — если она всё верно рассчитала — они смогли пройти достаточно большое расстояние, двигаясь по коридору, который уже должен был уводить их в толщу гор. Частично это подозрение подтверждал и тот факт, что им перестали попадаться какие бы то ни было окна, обычно присутствующие абсолютно в каждом чертоге Нифльхейма.

Хотя по пути им и довелось подняться по нескольким узким лестницам, освещённым лишь чересчур низко расположенными тут факелами (это Маша поняла, приложившись об них пару раз головой), но всё же она очень удивилась, когда вместе с друзьями они вышли, наконец-таки, в некий очень странный, каплевидный формы зал. Авалон оказался перед большими, позолоченными дверьми, а справа от них располагались три узких стрельчатых окна с цветными витражами, через которые было отчётливо видно, насколько высоко в итоге они поднялись — огромный яйцевидный купол Зала Судеб виднелся сейчас чуть внизу и далеко слева, а почти напротив окон вырастало ввысь широкое каменное основание одной из сторожевых башен замка. Больше ничего разглядеть не удалось — Сильфида и Флавиус, распахнув позолоченные двери, пригласили их внутрь, и десять Бессмертных вошли в следующий чертог.

Удивительно, но этот зал Мария никогда раньше не видела, хотя, казалось, за столь долгое время ей удалось побывать практически во всех уголках замка. Помещение выглядело чуточку заброшенным, но именно это придавало ему необъяснимое очарование. В стенах были прорезаны все те же узкие окна-бойницы, как и в большинстве остальных комнат, украшенные цветной стеклянной мозаикой, хотя многих кусочков в ней уже недоставало. Странно, что дварфы — искусные стеклодувы, не нашли времени их заменить.

Никакой мебели вокруг не было. Первое и единственное, что бросалось в глаза — восемь каменных тронов, высеченных из белого и черного мрамора, чередующие друг друга, словно фигуры на шахматной доске. Они располагались небольшим полукольцом вокруг едва обозначенной круглой выемки в полу — довольно-таки обширной, чтобы напоминать собою некое подобие цирковой арены: она всего на пару сантиметров была вдавлена внутрь относительно основного уровня пола.

Всю причудливо изогнутую поверхность стен, до самого сложно-сводчатого потолка, покрывала тусклая, местами сильно облетевшая позолота. Во всех местах, где были заметны признаки искусственного соединения углов и изгибов — вокруг окон, дверей, либо просто множественные переплетения потолочных балок — всё это было инкрустировано довольно-таки крупными рубинами. Сами камни тоже были тусклыми и слабо мерцали от падающих на них через окна солнечных лучей, напоминая при этом собою запекшиеся капельки крови. Зрелище немного отталкивало, но в то же время завораживало.

Плиты серого мрамора на полу с прожилками красного граната были плотно подогнаны друг к другу, складываясь в невероятно сложный рисунок — нечто вроде распускающегося розового бутона: от более мелких, едва различимых фрагментов в центре, до все более крупных — по краям.

Пока все друзья разглядывали детали интерьера, внимание Марии с самого начала привлекли эти странные, с особым изяществом выточенные из мрамора прекрасные троны. Она медленно подошла к одному из них, осторожно провела рукой по черному подлокотнику — шероховатая поверхность была слегка прохладной — а затем села в него, заняв, таким образом, третье место слева, если стоять к тронам лицом. Евгений, увидев, что Малиновская уже выбрала себе место, решил также последовать её примеру. Поскольку всего мест было восемь, — то есть нечетное количество, и явно центрального среди них не наблюдалось (а то бы Женя непременно занял именно его — в этом Маша почему-то нисколько не сомневалась), поэтому Евген решил присесть на трон, наиболее близкий к середине. Так как Мария, сев в левой половине, уже как бы заняла эту сторону поля, а находиться непосредственно рядом с нею ему явно не хотелось, он выбрал кресло из черного мрамора через одно от неё — четвёртое справа. Спустя минуту Антон занял последний из наиболее центральных тронов — белый, аккурат между ними.

Все остальные друзья тоже начали понемногу рассаживаться, следуя их примеру, пока в чертоге не осталось лишь двое стоящих — Флавиус и Сильфида, которые по-прежнему безмолвствовали. Казалось, будто они делали это намеренно, чтобы никоим образом — ни звуком, ни словом — не мешать каждому из Авалона выбрать свое собственное место. Они специально, можно сказать, демонстративно дистанцировались от какого-либо вмешательства, не влияя, таким образом, на право выбора.

— Ну вот и всё, — наконец произнесла Сильфида, когда все взгляды устремились на неё. Её глубокий, немного дрожащий голос эхом отразился от древних стен и тут же потонул, словно поглощенный ими — странный эффект. Бессмертная слегка повернула голову влево, по очереди обводя взглядом всех сидящих напротив неё, при этом внимательно заглядывая каждому в глаза: Татьяна, Владимир, Мария, Антон, Евгений, Анастасия, Семён и Вячеслав.

— Ноэгин Фроуз — Тронный Зал, — перевела Сильфида с языка дварфов, печально оглядывая позолоченные чертоги.

— Отсюда вы будете править Нифльхеймом. — сказал Флавиус.

Наступила тишина. Все выжидающе замерли, пытаясь понять смысл озвученных слов, и Мария подумала вдруг: да, вот сейчас. Сейчас они скажут им нечто очень важное.

— Потому что сегодня, — продолжила Сильфида, — мы вынуждены покинуть вас…

Удивленные возгласы тут же раздались со всех сторон. Все были потрясены. Как? Почему? Какова причина? Внезапность и абсолютная неподготовленность к подобного рода «сюрпризу», казалось, обескуражила друзей. Это просто не укладывалось в голове!

— Сбегаете, значит? — громко осведомился Евген.