Красавица и Чудовище - Валентина Шигина

Когда тетя Тамара наобнималась с мамой, пришла и моя очередь. Объятья ее всегда были слабы, но вот сила, с которой она оттягивала мои щеки — была воистину достойна лучших борцов ринга. Непонятно, зачем она это делает? А мне ведь больно!

— Василиса, девочка, как ты похудела! — воскликнула тетка.

— Здравствуйте, — надеюсь, она не будет меня тянуть за щеки? Я ведь уже большая. Я ошиблась.

— Наконец-то ты меня послушалась и начала следить за собой, — верещала эта женщина. — Худеть начала, а то раньше ты была очень толстой.

Толстой? Я была толстой? Никогда меня так еще не оскорбляли! Всегда была худая — я ведь бывшая модель. Да, я ее… надо перевести дух и не убить тетку. С мамой они очень похожи внешне, только мою маму сложно назвать скелетом обтянутым кожей, а Тамару можно. Меня она не любит, потому что ее дочь Елена совершенно ничего не добилась. Девушка пыталась заниматься музыкой, рисованием, пением и всем чем только можно, но у нее ничего не получилось. Фигура ее оставляла желать лучшего: она была очень полная (не смотря на все советы матери, как похудеть), волосы у нее были жиденькие, глаза маленькие. Но, не смотря на все свои неудачи Лена, считала, что есть и будет самой прекрасной девушкой на всем белом свете и ждет принца на белом коне, который обязательно за ней приедет. Если я встречу этого ее принца, надо ему посоветовать, не сажать свою Елену на коня — раздавит же.

— Тетя Тамара, — разрешила себе маленькую пакость. — Я смотрю, у вас второй подбородок появился.

— Вася! — одернула меня мама.

— Что? — вместе с ней воскликнула тетка. А что? Папе моя шутка понравилась, вон как улыбается. Чувствую, будут веселые выходные.

Нас проводили в гостиную. Здесь совершенно ничего не изменилось. Как всегда много разнообразных картин, большая хрустальная люстра, куча всяких фарфоровых вазочек и небольших статуй. Нафига ей это все? Такое ощущение, что я в музее. Как они тут живут? Я бы не смогла. Тетя Тамара считает себя великим коллекционером.

— Привет, Вася, — вплыла Лена в помещение. — А ты изменилась.

— Привет. А вот ты совершенно не изменилась, — оглядела я объемную фигуру сестры.

— Бледная какая-то, — обошла вокруг меня девушка. — У тебя, что грудь обвисает?

Вот же зараза такая! Лена никогда не упустит возможность сказать мне что-то плохое. Запомните раз и навсегда — зависть плохое чувство!

— Может быть, — равнодушно пожала я плечами. — А ты до сих пор не видишь своих ног из-за живота? Кстати, надеюсь, ты уменьшила количество складок на нем, хотя бы с пяти до четырех.

С этими словами удалилась, ну, не люблю я своих родственников. Может высокомерие у нас в крови? Я ведь тоже такой была. Посмотрела на папу, наверно, я в него пошла. Родитель у меня никогда не зазнавался.

Нас накормили ужином и проводили по комнатам. Лежа на большой кровати в комнате, которую всегда отдают мне, когда мы приезжаем в гости. Тетка, наверно специально мне ее отдает, знает ведь, что я ее статуи терпеть не могу — вот она меня и селит рядом с ними.

Живот заурчал. Ладно, хоть перед отъездом поела. На ужине я только пару щепоток съела. Тамара меня очень любит — креветками накормить решила, знает ведь, как я не люблю морепродукты. Ненавижу своих родственников!

Утро началось с беготни. Я, конечно, этим не занималась, но прислуга сводила с ума своими хаотичными движениями. Она расставляли столы, затем их накрывали. Бедненькие, как же им не повезло работать в этом доме. Чтобы им не мешаться, я вышла во двор и пошла в сторону зимнего сада. Что ни говори, а роскошь они любят. Там ждал меня сюрприз. Оказывается, не я одна сбежала из дома.

Молодой человек, посмотрел на меня. Разглядывал долго со вкусом. Ой, как же неприятно чувствовать на себе такой взгляд.

— Владимир, — парень встал и протянул мне руку.

— Василиса, — я протянула ему свою ладошку и получила поцелуй в тыльную сторону руки.

— Я знаю, — улыбнулся Вова. — Тебя сложно не узнать.

— Я рада, — улыбнулась, вырывая свою руку. Не понравился мне этот тип. — Что ты тут делаешь?

— То же самое, что и ты — прячусь от взрослых, которые пытаются оттянуть мне щеки, — пожаловался молодой человек.

— И тебе тоже? — посочувствовала я парню.

Я только сейчас решила оглядеть молодого человека. Светлый брючный костюм-тройка, рубашка с острым воротником, светлые ботинки, начищенные до педантичного блеска. Темные волосы зачесаны назад и держались с помощью геля. На руках красовались золотые часы, а в ухо был вставлен бриллиант. С утра и при параде?

Взгляд упал на мои потертые джинсы и потрепанные кеды. Я тоже сегодня выгляжу прекрасно. Толстый свитер, сверху куртка и волосы в творческом беспорядке.

— Почему ты не одета для праздника? — спросил парень и мягко улыбнулся. Глаза его перестали меня нагло разглядывать, и я уже не чувствовала к нему ничего плохого. Я все понимаю, высшее общество накладывает свой отпечаток.

— Так рано еще. Да, и не очень люблю такие праздники, — я огляделась вокруг. Повсюду были цветочки, миниатюрные деревья. Красиво. Хоть где-то мне в этом месте нравится.

— Не любишь? — удивился парень. — Но часто посещаешь их.

— Уже нет, — я доброжелательно улыбнулась. — Теперь я обычная студентка.

— Почему? Тебе не нравится такая жизнь?

— Раньше нравилась, — призналась я. — Просто многое изменилось. Я не хочу находиться в кругу лицемеров, которых поглотила звездная болезнь. Они считают, что выше простых людей, а ведь это не так. Если бы не все эти люди, то их общество было бы никому не нужно. Все люди одинаковые.

— Ты говоришь, как человек, который многое повидал в своей жизни, — пробормотал парень. Видимо, не ожидал от меня такой откровенности.

— Я видела не так уж и много, просто этого достаточно, чтобы задуматься о своей жизни, — отстраненно произнесла я.

— Чтобы в твоей жизни не случилось, — Владимир взял меня за руку. — Ты совсем справишься. Я неплохо разбираюсь в людях, и я уверен, что ты очень хорошая.

— Я так не думаю, — сказала я, понимая, что парень мне очень нравиться. Красивые, миндалевидной формы зеленые глаза, которые начали светиться добротой. Брови в разлет, чуть приподнятый нос, красивая форма губ, на которых сейчас красовалась приятная улыбка.

Вова хотел что-то сказать, но у него зазвонил телефон.

— Да папа? Да, я уже иду.

— Мне было очень приятно пообщаться с тобой, Василиса, но мне уже пара. Надеюсь, мы скоро увидимся.

— Я тоже на это надеюсь, — честно сказала я. После моих слов парень чуть склонился и, поцеловав мою руку, удалился.